Шрифт:
Глава 1. Дым и японцы, почти – как война и немцы…
Я выглянул в зарешеченное окно.
Перекрещенные стальные пруты ещё в земские времена установили, а сейчас они и пригодились.
Точно, со стороны Козьего болота какой-то желтый дым на территорию института тащит. Что там такое случилось? Гореть вроде нечему…
Корабль! Там же корабль этих проклятущих особей теперь установлен!
Вот мля!
Сначала, в том направлении сильно бабахнуло, а сейчас – дымит… Что-то в корабле взорвалось? Вполне, вполне себе такое может быть…
Так, к выходу, что в сторону болота, идти нам не надо. Кто знает, как этот дым на кожные покровы действует. Может, после контакта с ним даже мясо от костей отвалится…
Куда тогда? Придется вести Сталина и всех других через выход, что к механической прачечной ведет. Там рядышком и машины сейчас стоят, на которых они приехали…
– За мной! – я махнул рукой в сторону дверей из помещения, бывшего когда-то палатой арестантского отделения губернской земской больницы.
Без всякой суеты мы быстрым шагом почти миновали коридор. Только бы дверь, через которую в прачечную ходили, не была сейчас закрыта.
А, нет. Кто-то её с улицы на себя потянул и в коридоре сразу народу прибавилось. Ещё и на дороге у нас все эти люди в рядок встали, выход наружу перегородили.
Не понял… Японцы? Откуда тут японцы?
Я японцев от лиц других национальностей без труда отличу. В плену на них нагляделся по самое горлышко…
Из прачечной они сюда приперлись? Нет, там у нас пара китайцев только работает, никаких японцев мы не нанимали.
Вообще, что за бардак – посторонние на территории режимного объекта!
– В сторону! – крикнул я стоящим поперёк коридора подданным микадо. Ну, или – тэнно. Тут уж кому как нравится.
Глава 2. В Низяны
В коридоре было сейчас уже темновато, так что оружие в руках японцев я разглядел не сразу. Нет, разглядел, но окружение Иосифа Виссарионовича сделало это быстрее меня.
Поскребеня, так в детстве Александра Николаевича дразнили, ловко сшиб Самого на пол, своим телом его накрыл, а охрана генерального секретаря Центрального комитета партии почти одновременно с японцами стрелять начала. Ну, может, чуть-чуть позже.
Как меня не убили, я до сих пор гадаю…
Пули, что мне прямо в лоб, что со стороны спины так и летели.
Рухнул я на пол – всё же не одна война позади, не поцеловала меня костлявая и на этот раз. Локоть зашиб, да и хрен с ним. Пройдет, не родимое…
Как эти японцы сюда пробрались? Забор у нас – ого-го, охрана с пулеметами на вышках, да и Сталин в институт не один приехал?
Обучены они по системе ниндзюцу? Такие куда угодно просочатся, всех обманут и неожиданно нападут.
В охране Вождя тоже не полоротые карапузы были и вскоре японцы уже на полу последние вздохи испускали. Однако, дорого они свои жизни продали, ой дорого – потери и у нас были.
Викеня и его отец, на удивление, живы остались. Повезло, иначе не скажешь.
– Здесь не пойдем.
Моя чуйка бузника сейчас во всю глотку вопила, что через эту дверь наружу из института не надо выбираться. Кто-то ещё там есть смертельно опасный.
– Силантий, моя машина на месте? – есть из института ещё один выход, рядом с ним обычно мой автомобиль стоит.
– Там, там… – бывший старший унтер свою руку баюкал – и его задело тоже.
– За мной, – который уже раз за сегодня я Сталиным командую, кому рассказать – не поверят.
Иосиф Виссарионович, Покребышев, два охранника, что ещё на ногах оставались, Викеня и Силантий Артемьевич со мной во главе обратно по коридору спятились, за угол завернули, по лестнице в пять ступенек спустились и вот мы ещё у одной двери на задний двор института.
– Посмотрите, что там снаружи, – Поскребышев отдал приказ телохранителям Самого. Те без разговоров подчинились, как так и надо.
Не успела ещё дверь за ними закрыться, как снаружи опять выстрелы послышались.
Всё, попали… И здесь, эти сучары…
Что, делать-то?
Стрельба, как началась, так почти сразу и прекратилась.
– Выходите. – один из охранников Сталина пошатываясь стоял в дверном проеме. – Чисто…
Ну, я бы так уверен не был…
– Точно? – Поскребышев, видимо, разделял то же, что и я мнение.
– Тут один только и был. – телохранителя качнуло, а затем он и совсем свалился. Выполнил свой долг и умер. Смертельно раненый он уже о том, что путь свободен говорил. Не человек – кремень, стальной гвоздь. Других в охране Вождя и не держали.
Эх, Бог не выдаст, так и свинья не съест…
Никто из нас сегодня, скорее всего, не успел ещё нагрешить и через считанные секунды мы уже сидели в автомобиле. Викеня – на водительском месте. Он вокруг моего личного транспорта с самого начала как вокруг баской девки ходил, вот и я приказал поучить его шоферскому делу. Парень ещё асом не стал, но уже свою жизнь ему доверить было можно. Впрочем, других вариантов и не имелось – ноги моего штатного водителя в сей момент из кустов торчали. Принял он безвинно свою смертушку от японцев-ниндзя.
– Куда? – Викеня повернул ко мне голову.
– В Низяны.
В деревне Силантия Артемьевича нас точно никто искать не будет. В городе неизвестно что творится, может уже здесь японцы вовсю хозяйничают?
У меня даже вопросов не было, как они сюда добрались. Добрались и добрались. Пешим ходом через всю Сибирь тайком прошли, через Урал перевалили, а дальше – ползком. На Сталина сколько раз уже покушались – и англичане, и бывшие белые, и те же японцы. В газетах про это писали. В Москве у японцев не получилось, так они в Вятку и прибыли. Упорные ребятки, этого у них не отнимешь.