Шрифт:
Читатель книг, и я хотел найти
Мой тихий рай в покорности сознанья,
Я их любил, те странные пути,
Где нет надежд и нет воспоминанья ...
...
Но вечером ... О, как она страшна,
Ночная тень за шкафом, за киотом,
И маятник, недвижный, как луна,
Что светит над мерцающим болотом!
Н. Гумилев
Пролог
"Вот до чего доводит жадность!
– в который раз повторял про себя он, когда они уже битый час тащились по пыльной деревенской дороге.
– Но ведь и отдавать этому хмырю 100 баксов за какие-то 4 км пути было выше всяческих сил. Благо, подруга отлично все понимала и стоически выносила эту вынужденную прогулку. Да и еще бы! Чемоданы-то приходилось нести ему.
– Однако, вечереет, - задумчиво проговорила она глядя на красную полосу заката.
– Слушай, а ты уверен, что мы правильно идем?
– А вот сейчас спросим у той парочки, - ответил он кивая в сторону появившихся словно из под земли двух молодых людей - мужчину и женщину, бревших им на встречу.
– Похоже, они как раз оттуда, куда нам надо. И, кажется, наши.
– Слушай, браток, - обратился он уже к парню, когда они поравнялись. Обратился как-то сразу по-русски, словно и не сомневался, что встретил земляка - Ты не из замка?
– Из замка, - ответил тот тоже по-русски, но с довольно сильным акцентом.
– Привет! Вот ведь удача!
– он поставил чемодан и протянул для рукопожатия руку.
– А мы вот никак не добредем. А я тебя чего-то не помню. А главные хозяева приехали?
– Приехали, - парень улыбнулся, сверкнув увеличивающимися клыками, и точно такая же улыбка появилась на лице его спутницы. Ноги обоих путников подкосились...
Глава 1. День первый
Мой замок стоит на утесе крутом
В далеких туманных горах.
Его я воздвигнул во мраке ночном,
С проклятьем на бедных устах.
Н. Гумилев
Аэропорт жил своей обычной суетной жизнью, когда один за другим через горнило паспортного контроля прошли шестнадцать человек: шесть мужчин и десять женщин. Случайный прохожий, волею Провидения остановивший свой взгляд на этой очереди, сразу определил бы, что это одна компания, и что невысокий пожилой человек с густой полуседой шевелюрой и пронизывающим взглядом желтых рысьих глаз является ее несомненным лидером. Что компания эта, как единое целое, существует сравнительно недавно, ибо распущенные хвосты молодых людей не заметить было просто невозможно. Кроме того, наглость, с которой они держались, вне всякого сомнения, выдавала в них представителей класса нуворишей, не слишком обремененных почитанием какого-либо уголовного кодекса.
Но Георгию Салопову не нужно было ничего этого угадывать, ибо именно этих людей он и приехал встречать за многие десятки километров в этот единственный в округе международный аэропорт.
Таможенно-багажные процедуры не заняли много времени, и вскоре два автомобиля - роскошный "Мерседес Бенц" и похожий на "Газель" фордовский микроавтобус несли маленькую компанию туда, где они собирались провести незабываемый отпуск.
Георгий Салопов, он же Жорик, он же Гога, он же Лысый, он же... Стоит ли перечислять все имена, которыми успел обзавестись этот человек? Так вот, Георгий Салопов сидел за рулем "Мерседеса" сам. На заднем сидении машины сидел один человек - Степан Мороз. Кто впервые слышал его фамилию, обычно принимал ее за прозвище. Однако это была именно фамилия. В кругу же друзей он звался коротко - Дед.
– У нас новостей много. Есть плохие, есть хорошие, - последнее слово, несмотря на все потуги, далось Жорику с трудом.
– Ну, рассказывай. По порядку.
Мороз привык к тому, что самой хорошей новостью обычно является отсутствие новостей, а посему приготовился философски встретить что бы то ни было.
– Здесь очень красивое место. Дивная природа. Прекрасные условия для охоты...
– Ладно, - перебил его Дед.
– Я - не прекрасная маркиза, говори по существу.
– По существу - так по существу.
– Тон Жорика изменился от гротесково-возвышенного до приземленно-естественного.
– Во-первых, этот пидор Слизун подвел нас донельзя. В замке жить ни хрена нельзя. А работы осталось... В общем, ты меня понял.
– Понятно. Но, как я понял, это далеко не все новости, которые ты собирался мне сообщить.
– Да. С размещением будут проблемы: деревня-то небольшая. Но как-нибудь разберемся.
– И это понятно. Что вы еще успели натворить?
Последние слова были сказаны скорее утвердительно, чем вопросительно. За свою долгую и бурную жизнь Степан научился неплохо определять недосказанное.
– Приезжал тут один адвокат. Привозил бумаги какие-то. Я его толком не понял, но получалось, что замок этот не наш. Ну, мы с Шуриком его и пристукнули.
Мороз долго и пристально смотрел в лицо Жорика, так что тот заерзал и чуть не потерял управление автомобилем.
– Что, что?
– Ну, пристукнули и замуровали в стенке подвала...
Жорик нутром понимал, что сделали они с Шуриком что-то не то, но никак не мог в толк взять, почему.
– Его бумаги у тебя?
– спросил Мороз ледяным тоном.
– Обижаешь!.. Конечно.
– Откуда адвокат?
– Местный, но гражданин США. По-русски говорил неплохо.
– Вы что, обалдели совсем?
– Мороз выразился несколько по иному, но литературный язык не дает право дословно цитировать язык разговорный.
– А что?
– Жорик удивленно поднял брови.
– Да ничего. Не хватало нам только Интерпола на хвосте.
– Оставь! Ты к старости становишься слишком мнительным. Здесь живут такие же овцы, что и у нас.
– Ага. И козлы, - Мороз сделал паузу, соображая, правильно ли он выразился, - которые иногда бодаются. Ну ладно. Сделанного не воротишь. Будем танцевать ото для сегодняшнего. Где у тебя документы?
– В сейфе охотничьего домика. Там мы пока остановились.
– А Деулин, он-то где был?