Валис
Шрифт:
Это объясняло все, и особенно наложение времен, когда Жирный увидел Древний Рим и Калифорнию семьдесят четвертого. Доктор Стоун разрешил загадку.
Психиатр, который должен был лечить безумие Жирного, обосновал и одобрил его. Жирный теперь уже никогда не отречется от связи с Богом.
5
Тринадцать дней провел Жирный в Северном отделении, попивая кофе, читая и гуляя с Дугом, однако побеседовать с доктором Стоуном ему больше не довелось. Человек занятой и облеченный ответственностью, доктор Стоун отвечал за все отделение и за каждого в отдельности, будь то пациент или обслуживающий персонал.
Только когда Жирного выписывали, ему удалось переброситься с доктором Стоуном несколькими словами.
– Думаю, вы готовы к выписке, – бодро заявил доктор Стоун.
– Позвольте вопрос? – попросил Жирный. – Я не утверждаю, что никакой разум вообще не управляет вселенной. Я говорю о Разуме, описанном Ксенофаном, но считаю, что этот Разум безумен.
– Гностики верили, что божественный создатель безумен, – произнес доктор Стоун. – Слеп. Хочу кое-что вам показать, это еще нигде не публиковалось. Я получил машинопись от Орвала Винтермюта, который сейчас занят расшифровкой записей Наг-Хаммади. Отрывок из раздела о сотворении мира. Прочтите.
Жирный взял бесценную страничку и прочитал:
И сказал он: «Я есть Бог, и нет никого кроме меня». Но когда он произнес это, то согрешил против всех бессмертных (вечных), и они защитили его. Более того, когда Пистис узрела дерзость верховного правителя, она разгневалась. Оставаясь невидимой, она произнесла: «Ты согрешил, Самаэль (т. е. „слепой бог“). Просветленный, бессмертный человек существовал до тебя и существует. Приидет он среди вылепленных тобою тел и сомнет тебя, как гончар мнет глину. И падешь ты вместе с ними вниз, к своей матери, имя которой Бездна».
Жирный сразу понял, о чем речь. Самаэль, божественный создатель, решил, что он единственный бог, как в Книге Бытия. Однако он был слеп. Так сказать, закрыт. «Закрыт» – одно из любимых словечек Жирного. Оно включает в себя все другие понятия: безумный, сумасшедший, иррациональный, долбанутый, с приветом, псих. В своей слепоте (состояние иррациональности, то есть оторванности от реальности) Самаэль не понимал, что…
Как там написано? Жирный торопливо начал просматривать текст, а доктор Стоун добродушно похлопал его по плечу и сказал, что Жирный может оставить текст себе – доктор Стоун снял несколько копий на ксероксе.
Просветленный, бессмертный человек существовал до божественного создателя, и этот просветленный, бессмертный человек должен был появиться среди созданных Самаэлем людей. И этот просветленный, бессмертный человек, который существовал ДО божественного создателя, должен смять придурочного слепого божественного создателя как гончарную глину.
Поэтому встреча Жирного с Богом – настоящим Богом – произошла посредством маленького горшочка О-Хо, который Стефани вылепила на своем гончарном круге.
– Значит, я прав насчет Наг-Хаммади, – сказал Жирный доктору Стоуну.
– Вам виднее, – ответил доктор Стоун, а потом произнес слова, которых прежде Жирному не говорил никто: – Вы специалист, – сказал доктор Стоун.
Жирный осознал, что доктор Стоун возродил его – Жирного – духовную жизнь. Стоун, великолепный психиатр, спас его. Все, о чем доктор Стоун беседовал с Жирным наедине, было направлено на его лечение. Не важно, о чем говорил доктор Стоун; его целью с самого начала было вернуть Жирному веру в себя, которая исчезла с уходом Бет, а на самом деле гораздо раньше, когда Жирный не смог спасти Глорию.
Доктор Стоун был не безумцем, он был целителем. Наверняка он излечил многих, самыми разными способами. Стоун подгонял свое лечение к человеку, а не человека к лечению.
«Будь я проклят!» – подумал Жирный.
Простой фразой «Вы специалист» Стоун вернул Жирному его душу.
Душу, которую отняла у него Глория своей отвратительной, мерзкой психологической игрой со смертью.
Они – обратите внимание на «они» – платят доктору Стоуну за то, чтобы он понял, что привело очередного пациента в Северное отделение. Можно сравнить каждого пациента с раненым – в него угодила пуля, причинив боль, которая все нарастает, пока не расколет его точно пополам. Задача персонала, да и других пациентов – собрать человека в единое целое. Увы, это невозможно, пока пуля внутри. Посредственные врачи отмечают, что человек раздвоен, и пытаются всякими способами вернуть его в общество, но терпят неудачу – они не могут найти и извлечь пулю. Фрейд понимал, что такое роковая пуля, угодившая в человека. Он называл это психологической травмой. Доктора устают искать пулю – слишком много требуется времени, слишком много надо узнать о пациенте.
Доктор Стоун обладал паранормальным даром вроде его паранормального эликсира Баха, который был не чем иным, как явной мистификацией, прелюдией к тому, чтобы выслушать пациента. Ром, настоянный на цветах, не более того, однако цепкий ум не упускал ничего из сказанного больным.
Доктор Леон Стоун оказался одним из самых значимых людей в жизни Жирного Лошадника. Чтобы попасть к Стоуну, Жирному пришлось едва не убить себя физически после того, как наступила духовная смерть. Не это ли имеют в виду, когда говорят о неисповедимости Господних путей? Как еще мог Жирный познакомиться с Леоном Стоуном? Только зловещий акт попытки самоубийства – настоящей попытки – мог привести к цели. Жирному надлежало умереть, или почти умереть, чтобы излечиться – или почти излечиться.
Интересно, где сейчас практикует доктор Стоун? Каков процент выздоровления среди его пациентов? Интересно, как он применяет свои паранормальные способности? Многое мне интересно. Самое ужасное событие в жизни Жирного – уход Бет с Кристофером и попытка самоубийства – повлекло за собой неисчислимые положительные последствия. Если оценивать события по их результату, Жирный пережил лучший период в своей жизни. Он покинул Северное отделение сильный, как никогда. В конце концов никто не может быть постоянно сильным; для любого бегающего, прыгающего, ползающего или летающего создания существует предел, которого не избежать. Но доктор Стоун дал Жирному то, чего тому не хватало, то, чего полуосознанно лишила его Глория Кнудсон, которой хотелось забрать с собой как можно больше народу. Стоун вернул Жирному веру в себя. «Вы специалист», – сказал доктор Стоун, и этого оказалось достаточно.
Я всегда говорил, что для каждого человека существует определенное предложение – последовательность слов, – способное уничтожить его. Когда Жирный рассказал мне о докторе Стоуне, я понял, что существует и другое предложение, другая последовательность слов, способная излечить. Если повезет, вам достанется второе словосочетание, но нельзя забывать и о первом, так уж все устроено. Люди инстинктивно, без обучения умеют составить первое предложение, однако второму нужно научиться. Стефани была близка к этому, когда вылепила маленький горшочек О-Хо и подарила его Жирному в знак любви, которую не умела выразить словами.