В шоколадном дворце

Принц Нико надел шляпу и поднял воротник – на улице моросил дождь. Кроме того, так меньше шансов быть узнанным. Его семья вернула себе трон королевского дома Монтеневада меньше полугода назад, но Нико уже устал от всеобщего внимания. Почему к нему относятся с таким восторгом, словно он рок-звезда? Он не подавлял восстание в горах, длившееся пять лет. Нико считал, что борется за нечто большее. А теперь он не был так уж в этом уверен…

Темные, почти пустынные улицы освещал лишь тусклый свет фонарей. Проехала машина. Прошла компания студентов, припозднившихся после занятий. Направляясь в сторону Гонглия-бридж, Нико заметил стоящую на мосту женщину со странным, блуждающим взглядом. Оглянувшись на раздавшиеся шаги, она посмотрела словно сквозь Нико. Густые светлые пряди волос промокли и теперь довольно небрежно обрамляли милое личико, но такой «растрепанный» стиль был сейчас в моде, и Нико не задумался об этом. Однако ее взгляд не давал мужчине покоя. Дойдя до арки моста, он оглянулся посмотреть, что делает эта девушка.

– Эй!

То, что увидел Нико, заставило его броситься назад. Сумасшедшая девица собралась прыгать с моста! За те полминуты, что он прошагал дальше, она успела перескочить парапет и замереть над простирающимися внизу темными водами.

– Держись! – закричал Нико, в одно мгновенье очутившись рядом.

Девушка подняла глаза и отпрянула, оказавшись в еще более опасном положении. Он грубо схватил ее за руку – на соблюдение вежливых условностей не было времени. Крепко держа незнакомку, Нико запустил свободную руку в ее густые волосы и буквально вытянул девушку обратно на мост. Он успел почувствовать, что эта безумная встала на ноги, когда она развернулась и взглянула на него, сверкая глазами, как дикая кошка.

– Отстань! – закричала она. – Оставь меня одну!

Нико поморщился. Незнакомка начинала его раздражать. Как раздражали и остальные – те, кто обычно устраивали подобные шоу, чтобы привлечь к себе внимание. И тут полы ее куртки распахнулись, и Нико увидел – девушка была беременна!

Произошедшее сразу же предстало в совершенно ином свете. Нико знал, что беременность может изменить очень многое – для самой женщины и окружающих ее. Он заглянул в темные глаза незнакомки и обнаружил, что все же невольно испытывает к ней сочувствие.

– Я рад бы оставить тебя, но только если ты не станешь больше прыгать с мостов.

– Я не хотела прыгать.

– Неужели? Тогда у тебя хорошо получилось изобразить самоубийцу.

– Нет. Я просто смотрела, куда улетели мои вещи. – Незнакомка отвлеченно посмотрела куда-то в сторону. – Он… он выбросил их через парапет и… – она взглянула на Нико затуманенным взором, – это неважно… – Девушка еще что-то пробормотала, закуталась в куртку и отвернулась.

Нико не разобрал ее остальных слов, да это было и не важно. В конце концов, он свое дело сделал и теперь свободен. Но не мог же он уйти вот так! Девушке явно требуется помощь.

– Что ты искала? Я могу что-нибудь сделать?

– Нет. – Она как будто пыталась отдалиться от него. – Вы не можете мне помочь. – Незнакомка пошла прочь.

Нико попытался представить ситуацию ее глазами. Темно. По мосту идет он, высокий и сильный. Наверное, девушка видит в нем угрозу. Но как объяснить, что он вовсе не желал пугать эту несчастную?

Что за черт! О чем он только думает! У него есть дела и поважнее, чем преследовать какую-то сумасшедшую.

– Хорошо. Иди куда хочешь.

– Спасибо.

Нико смотрел ей вслед. Лучше, конечно, оставить девушку в покое, но что-то не давало ему это сделать. Она беспокоила его.

К тому же всего несколько месяцев назад в этом городе шла война. Здесь еще полно подозрительных типов, от которых можно ждать чего угодно. С этим Нико и его братьям еще предстоит разобраться. И очень быстро. А что, если кто-нибудь из этих подонков встретится на пути бедной девушки?

Ты не спасешь всех.

Эти слова болью отдались в голове. В прежние времена, когда они боролись за освобождение своей страны, лучший друг и однополчанин Нико Гордон Грейв часто повторял их.

Перестань, Нико. Ты не спасешь всех.

Весь ужас состоял в том, что Гордон погиб в последнем бою, пытаясь сделать как раз это.

Всех не спасти, верно. Но ведь можно попытаться. Что сделать для этой незнакомой девушки? Ей требуется не так уж и много. Но она ясно дала понять, что не желает никакой помощи.

Пожав плечами, Нико направился в другую сторону. Ему хотелось выпить.

Он услышал музыку и смех еще до того, как заметил бар. Нико замешкался на пороге. Он мог бы войти, заказать скотч, позволить алкоголю разлиться по телу приятным обжигающим теплом и забыться. Как соблазнительно… Нико уже представлял, как сидит там, в темноте, в дыму сигарет, окутанный приглушенным шумом голосов.

Но это лишь фантазия. Он знал, что будет дальше. Как только официантка примет заказ, начнутся перешептывания. Пока кто-нибудь не осмелится подойти к Нико и заговорить. Люди начнут обсуждать войну и спрашивать, почему же сейчас все не так чудесно, как раньше, если хорошие парни снова на коне?

Отвернувшись от бара, Нико снова взглянул на воду. И снова перед глазами возник образ незнакомки с растрепанными светлыми волосами и отрешенным, загадочным взглядом. Нашла ли она то, что искала? Добралась ли до дома? Теперь, с того места, где стоял Нико, мост казался зловещим. Словно дорога в никуда.

Уже поздно. Пора бы решить, где он собирается провести следующие несколько часов.

Он шел вдоль дороги, засунув руки в карманы, когда неожиданно уловил в темноте какое-то движение. Нико остановился и вгляделся в черноту ночи, потом выругался и бросился к кромке воды. Это снова была она. Теперь незнакомка склонилась над черной пластиковой сумкой.

– Что, черт возьми, ты делаешь?!

И снова она подняла на него удивленный взгляд. Поправила мокрые волосы, но несколько прядей все же прилипли ко лбу.

– Тебя это не касается!

Она плакала. Увидев слезы на ее щеках, Нико понял, что не сможет бросить ее здесь одну. Эта девушка слишком беззащитна. Только совершенный мерзавец кинул бы беременную женщину в таком состоянии одну посреди ночи.

Эх, заставить бы эту дуреху с помощью пары ласковых слов выполнять то, что в ее же интересах! Но на женщин, как Нико знал из собственного опыта, твердые слова команды плохо действуют. И он спокойно, даже приветливо произнес:

– Почему ты не расскажешь мне, что случилось?