Чтение онлайн

В общей куче оказался также свежий выпуск местной ежедневной газеты. Я заставил себя просмотреть ее, не слишком часто поглядывая на часы. Весь мир, как всегда, разваливался на части. Местные политиканы высказывались крайне непонятно и загадочно, как всегда бывает там, где вы никого не знаете. Какого-то парня ограбили прямо на улице.

Кража со взломом в частном доме. Лаборант одного из правительственных учреждений — я вспомнил загадочные строения, расположенные вдоль дороги, — умер, получив огромную дозу радиации, после того, как взорвалось нечто, что не должно было взрываться.

Женщина с ребенком погибла в аварии после лобового столкновения легковушки с грузовиком. Водитель грузовика отделался легким испугом. Так обычно и случается — это одна из причин, почему я приобрел свою старенькую и увесистую развалюху на высокой подвеске вместо того, чтобы щеголять на одной из модных приземистых моделей...

Я встал и посмотрел на дверь. За истекшие пятнадцать минут не раздалось ни звука. Что ж, если за мной и впрямь охотятся, то они своего дождутся, все равно — теперь или час спустя. Я вышел за дверь с револьвером на изготовку. Воздух снаружи был потеплее, чем в моей комнате с кондиционером. Ничего не случилось. Я залез в грузовичок и отъехал. Никто меня не преследовал.

Убедившись в этом, я остановился у ближайшего телефона-автомата и назвал телефонистке номер в Вашингтоне, по которому предписывалось звонить только в случае крайней необходимости. Девушка, которая сняла трубку, хотела немедленно соединить меня с Маком, но я попросил ее не спешить.

— Выходил ли на связь Пол в последнее время? — спросил я. — Или он задержался с очередным сообщением?

— У него нет фиксированного времени связи. В последний раз он звонил позавчера.

— Возможно, мне понадобится врач, который умеет держать язык за зубами, — сказал я. — Есть такой в Рино?

— Одну минуту.

Я услышал, как шуршат бумажки в двух тысячах миль от Рино.

— Да, доктор Дицингер. Мы никогда с ним не работали, но другие службы использовали его и остались удовлетворены. Предупредить его?

— Да, пожалуйста. Она назвала мне адрес.

— Дайте нам несколько минут, чтобы связаться с ним.

— Это еще не точно, — сказал я. — Перезвоните ему утром. Если за ночь ничего не случится, то пусть он выбросит это дело из головы. Если же ему придется кого-то лечить, то передайте шефу, что опыт подхватил падающее знамя из ослабевших рук юности. Как будто он сам заранее не знал, что так случится.

— Извините, сэр. Я не поняла. Повторите, пожалуйста.

— Ерунда, куколка. Передайте только, что если юный Пол выбудет из игры, что весьма вероятно, то я его заменю. Правда, в таком случае нужно, чтобы сюда срочно направили еще одного человека. Пусть держится наготове, но не вступает со мной в контакт, пока я сам не скажу. Тут и так уже кустарники кишат ползающими героями; менеджер мотеля поднимет свинячий визг. И еще один вопрос.

— Да, сэр?

— Пол сумел опознать своего подопечного? Вновь зашуршали бумаги.

— Да, сэр. Это как раз в его последнем донесении. Цитирую: “Докладываю, что опознал Мартелла в человеке, скрывающемся под фамилией Фенн и состоящем на службе у Сальваторе Фредериччи, он же Солли Фредерико, он же Большой Сол Фредерикс, местный король наркобизнеса, а также...”

— Наркобизнеса, вот как? — перебил я. — Что-то многие в него ударились. Рицци тоже им промышлял. Интересно, зачем Мартеллу... Ладно, это неважно. Если Пол опознал его, то почему ничего не предпринял? Для чего мы бережем Мартелла — для чьего-нибудь дня рождения или для очередной годовщины русской революции?

— Передо мной лежат инструкции для Пола. — Снова шуршание. — Вот: “Не предпринимать никаких мер, пока не выясните, какое задание выполняет субъект”.

Ясное дело — Мака распирает любопытство выяснить, почему суперагент такого класса вот уже семь лет маскируется под дешевого гангстера, но его любопытство может стоить жизни многим людям. Или уже стоило.

— Хорошо, — сказал я. — Передайте, что я перезвоню, когда узнаю что-нибудь стоящее.

— Да, сэр.

Голос у нее был довольно приятный, но сейчас мне было не до приятных голосов и не до девушек, которым они принадлежали. Я повесил трубку и вернулся в мотель. Зря я договорился насчет врача. Пол и в самом деле лежал в кустах, но ни один врач на свете не смог бы ему помочь. Беднягу избили до смерти или до такого состояния, откуда до смерти уже было рукой подать. Даже в темноте зрелище было не из приятных. Как всегда.

Я присел на корточки рядом с телом. Насколько я мог судить, при жизни Пол был блондином лет двадцати, возможно, одним из тех, кто проходил подготовку вместе со мной в прошлом году. Когда я отправился на задание, никому из них еще не присвоили кодовую кличку. Мне показалось, что я его узнал, но не был уверен, поскольку кто-то очень постарался, чтобы сделать опознание крайне затруднительным. Впрочем, сейчас это уже не имело значения.

Дождавшись, когда вокруг не было ни души, я выволок труп из кустов и погрузил в свой грузовичок. Потом повез его прямиком к доктору Дицингеру. Изобразил величайшее изумление, когда врач сказал, что мой юный друг уже мертв. Совладав с нервами, я попросил доктора Дицингера запросить у Вашингтона дальнейших распоряжений, после чего убрался вместе со своим горем.

На обратном пути, пересекая мост через Траки-Ривер, я притормозил. У меня не было особых сомнений насчет того, каким образом Пол добрался до мотеля: его одежда была насквозь мокрой. Должно быть, его сбросили в реку где-то выше по течению. Как он сумел в подобном состоянии, израненный, истекающий кровью, умирающий, доползти до моего коттеджа — одному Богу известно.

Другой вопрос: зачем ему это понадобилось? Возможно, конечно, что он стремился донести до меня какие-то сверхважные сведения. Либо, с не меньшей вероятностью — хотел просто умереть у меня на руках.

Вскоре я подъехал к мотелю и оставил машину на привычном месте. Войдя в коттедж, я плеснул в стакан виски из пластмассовой фляжки, которую достал из чемодана. В ушах звенел голос: “Черт возьми, да помогите же мне! Я ранен...” Ладно, ничего не поделаешь. Голоса я слышал и прежде. Как-нибудь переживу еще один. Но виски я, тем не менее, выпил. Потом разделся и залез под душ. Как только моя рука потянулась к крану, в дверь позвонили.

Я вздохнул. Вышел в комнату и набросил халат, револьвер засунул в карман. Потом подошел к входной двери и рывком распахнул ее. Возможно, они каким-то образом проследили Пола и теперь явились свести счеты со мной. Мне надоело быть осторожным. Достаточно я уже поосторожничал за этот вечер. К черту. Пристрелю хоть одного, прежде чем они со мной покончат.