Ушедшие
Шрифт:
– Остановиться. Сближение по прямой, держаться статично относительно данной точки объекта.
Всё было исполнено в штатном режиме. Подобного рода операции распространены и при простых исследованиях космических каменюк. Подлетишь к здоровому, для более тщательного исследования, да и зависнуть на одной точке прикажешь. А сам в скафандр, и на «воздух» – полазить, посмотреть.
Саймон выбрался в выходной отсек, впихнул свои телеса в скафандр, нажал на кнопку и вот – корабль прямо перед ним. Шагнул вперед, в пространство, немного подбавить ранцем, и он уже у входа. Достать из инструментального подсумка универсальный ключ, тот сам подогнался под нужный размер, скрутил три запорных болта, шли они тяжеловато, но всё же шли. И после этого потянул люк на себя. И тот, хоть и нехотя, открылся. Саймон пропихнулся в узкий лаз, закрыл за собою люк, провернул штурвал, притягивая люк по полной.
И только после этого, он включил фонари на скафандре, и темноту стыковочной камеры озарил яркий белый свет. Стыковочная камера была огромной, в свете играли, кружили пылинки.
– Ну что ж, посмотрим, что тут в сокровищнице… – сказал Саймон и сделал первый шаг по пыльному полу.
И снова перед ним тетрадь и снова он пишет в свой дневник…
В целом тут, на этой боевой станции, достаточно интересно. На связь со своими пока не выходил, потеряю тут неделю другую, может месяц – ничего страшного не случится, но зато ознакомлюсь со всеми интересными закоулками. Нашел несколько отсеков с оружием. В основном – стрелковка обычная. Старье по нынешним временам, но может антиквары заинтересуются. Судя по датам в бортжурнале, эта посудина тут болтается уже почти две сотни лет. Но есть и страшные находки. Персонал. Экипажем это сложно назвать – слишком их много. Два дня потерял на то, чтобы стаскать все тела, в один отсек и загерметизировать там всё. Боюсь мертвецов, если честно, страшно становится от мысли, что там, где-то за стенкой, в абсолютно свободном доступе лежит высохшая мумия, труп. Жуть берет. Когда они вот так, в заблокированном месте – спокойнее как-то становится.
Конец ознакомительного фрагмента.