Чтение онлайн

Поэтому, засучив рукава своей рубашки и в последний раз оглянувшись назад, на спящую деревню Номбори, я принялся карабкаться вверх, к пещере, цепко хватаясь руками за теплые и острые края скалы.

В пещере было сыро и холодно, но на меня пахнуло еще и легкоузнаваемым запахом жилья. Я понял, что обитатели были здесь совсем недавно – кострище посреди широкой площадки, выбитой прямо в скале, казалось свежим. В левом углу пещеры при свете фонарика я увидел небольшое углубление в стене, где, к моему удивлению, стояли восемь почерневших от времени деревянных фигурок – маленькие люди на корточках, с длинными руками и лысыми головами, точь-в-точь как те, что я купил два месяца назад в Марракеше. Они явно простояли здесь без движения не одно десятилетие.

Справа же, прилепленный к стене подобно пчелиному улью, возвышался дом цилиндрической формы из сырцовых кирпичей, с круглой дырой вместо двери и без единого окна. Такие дома мы без труда могли разглядеть во множестве пещер даже снизу, при помощи бинокля. Теперь же я был на расстоянии вытянутой руки от этого жилища теллемов.

Я оглянулся. Как будто бы внизу послышался шорох, но меня это мало волновало. Даже если эти звуки не являлись плодом моего воображения, слежка теперь никак не могла мне помешать: назад пути не было, и мне нужно было двигаться только вперед. Да и не полезут догоны в пещеру за мной. Посветив фонариком в отверстие цилиндрического строения, я с трудом пробрался внутрь.

Здесь даже маленькому человеку было бы тесно. Однако, похоже, это место и не предназначалось для жилья. В доме не было ни мебели, ни вещей. По земле были разбросаны камни разной величины, здесь и там лежали куски древесины, какие-то палки. Я увидел отверстие в стене прямо напротив двери – лаз, уходивший куда-то вглубь скалы. Именно туда я и рванулся, причем из опасения быть обнаруженным раньше времени, даже не осветив его фонарем.

По-видимому, это меня и спасло. Узкий ход, в котором я перемещался на коленях, после двух метров резко свернул направо, и я увидел, что он ведет в другую большую пещеру, гораздо обширнее той, что выходила на утес.

Посередине пещеры пылал костер, дым которого уходил в отверстие в потолке. А возле самого огня стоял боком ко мне, хогон – главный жрец деревни Номбори, наряженный в белый балахон и свою фирменную красную шапку.

Но я замер на месте, пораженный совсем другим зрелищем. Вдоль стен пещеры были выложены на земле длинные камни, на которых, окружая хогона полумесяцем, сидели на корточках самые кошмарные существа, которых я когда-либо видел.

Назвать их людьми не повернулся бы язык даже у самого гуманного антрополога, и все же это были люди. Ростом они были, пожалуй, с семилетнего ребенка. В глаза мне бросились красная кожа, рыжая шерсть, покрывавшая их тела (без намека на одежду), длинные волосатые руки и маленькая голова, абсолютно лишенная растительности. Челюсти у них сильно выдавались вперед, а глубоко посаженные глаза смотрели завораживающе и не по-человечески, а с каким-то звериным блеском.

Это были существа, столь же далекие от современного человека, как и от обезьяны. Когда-то я любил рассматривать в школьном учебнике биологии совсем нестрашное изображение человекообразной обезьяны. То ли художник видел мир в розовом свете, то ли он не хотел разрушать мою детскую психику. Теллемы были значительно страшнее. Я машинально подался вперед, будто загипнотизированный жуткими взглядами этих существ. И в этот самый момент понял, что меня заметили. Хогон резко повернул голову в мою сторону и с ужасом уставился мне в глаза.

Если бы в тот момент я смешался, утром мое тело конечно же было бы найдено под плато. Хогон выкрикнул какой-то горловой звук, и ко мне со всех сторон помчались волосатые теллемы. И в эту самую секунду я выскочил из подземного хода в самый центр пещеры, поднял руку и, напрягаясь изо всех сил, выдал ту самую фразу, которой так долго учил меня Арама.

Эффект был потрясающим. В закрытой пещере мой голос прозвучал раскатисто, как гром небесный. Щелчковые звуки, из которых состояла эта формула и которые я произносил, прикасаясь языком к нёбу, гортани и альвеолам, показались мне самому ружейными выстрелами. Но еще большее впечатление этоти звуки произвели на самих теллемов, которые, как по команде, остановились как вкопанные в десяти шагах от меня. И снова, как по команде, они вдруг присели на корточки и подняли вверх свои длинные волосатые руки. В пещере наступила гулкая тишина, в которой я, сам не свой от страха, застыл с поднятой рукой посреди десятков сидевших передо мной на корточках человекообразных обезьян, устремивших свои безумные взгляды на лицо до смерти перепуганного хогона.

И вдруг я вспомнил слова моего наставника, старика Арамы: «Есть и другие формулы, которых слушаются теллемы. Например, приказ убить, который часто применяют жрецы. Но я не стану тебя этому обучать, мне не хотелось бы, чтобы ты научился управлять их душами. Достаточно того, что ты их увидишь...»

Хогон, как я теперь понимаю, ждал от меня именно команды уничтожить его, и во взгляде его сквозил страх перед новым могущественным повелителем теллемов. Но я молчал, не в силах даже пошевелиться, настолько необычной и дикой была эта сцена.

Неожиданно для всех гнетущая тишина была нарушена шорохом и стуком падающих камешков: в пещеру спрыгнул еще один человек. Я резко присел и оглянулся, ожидая удара по голове или укола в сердце. В отверстии, из которого минуту назад появился я сам, показалась растрепанная и запыхавшаяся Амани Коро, одетая с головы до ног в черный эластичный костюм, закрывавший даже половину ее лица. В глазах у нее читался ужас не меньший, чем мой собственный. Она все-таки не успела остановить меня.

Первым очнулся хогон.

– Добрый вечер, друг, – произнес он негромко по-французски, но в пещере его голос, отражаясь от каждой стены, доносился словно из двух десятков динамиков. – Ты все-таки пришел сюда. Тебя привела эта женщина? – Не глядя на Амани, он показал на нее пальцем.

Амани сделала шаг вперед и встала рядом со мной.

– Великий Оба... – еле слышно произнесла она, но старый хогон немедленно перебил ее, скривившись:

– Молчать! Ты не выполнила клятвы! Ты погибла!

– Верь мне, я ни словом не... – еще более тихо произнесла она и вдруг начала оседать вниз.