Умереть вчера
Шрифт:
Побежавший за Рексом Плакса все еще колебался, порываясь вернуться. А на слабо освещенной разгорающимся рассветом поляне разыгралась настоящая трагедия. Поначалу сталкерам еще были слышны крики Галяма, но потом до слуха долетали лишь рыки и визг зверья, грызущегося на месте пиршества.
Сбоку из темноты на Плаксу внезапно налетел аасмен, сбив сталкера с ног. Два борющихся тела покатились по земле. Автомат выпал из рук, Плакса выхватил нож и яростно отбивался от насевшей на него твари. Рекс рванул на помощь другу. Резко выстрелил в другого мутанта, оставив от его головы только кровавые ошметки, рывком перевесил автомат за спину и тоже выхватил нож. В этот момент позади раздалось рычание, и он, предчувствуя, что не успевает обернуться, плашмя бросился в траву, выставив остро заточенное лезвие. Пес, промазавший по цели, завизжал. Брюхо его оказалось распоротым, а Рекса оросил веер кровавых брызг.
Перекатившись, сталкер вскочил на ноги. Плакса продолжал бороться с аасменом и никак не мог скинуть его с себя. Хлесткими ударами когтистых лап тварь разорвала в нескольких местах комбинезон на его груди. Увидев, что происходит с напарником, Рекс ринулся через небольшую стаю крысаков, с силой пиная легкие тела бронированными ботинками. Подскочив к рычащему аасмену сзади, жестко вбил стальной клинок в зияющую глазницу противогазной маски. Зверь завизжал, забился в агонии, отцепился от жертвы и завращался на одном месте. Прицелившись, Рекс полоснул лезвием по шее твари. Новый веер кровавых брызг окатил обоих напарников. Монстр забулькал и, захлебнувшись, протяжно захрипел. Освободившийся от хватки Плакса вскочил на ноги, бросившись к лежащему автомату. Кувыркнувшись, тут же начал стрелять в увеличивающуюся стаю зверья.
– Вот уроды! Погулять спокойно не дадут! Воздухом подышать…
– Отходим! – Рекса трясло, как в лихорадке. Понимая, что терять время нельзя, и спастись можно только бегством, толкнул друга в спину. – Скорее! Или останемся здесь навсегда!
Повторять команду не пришлось. Кивнув, Плакса потрусил впереди напарника, стреляя в стороны и изредка прикладывая руку к израненной груди. Рекс, хрипя от сбитого дыхания, озабоченно уточнил:
– Что у тебя там? Сильно?!
– Нет! Пара царапин! Комбез жалко! Опять ремонтировать… – отозвался напарник.
– Слава всем богам! А я уж подумал, что не успею…
– А что там Галям говорил о приборе? Почему его выключать было нельзя?
– Вот, кто о чем, а вшивый – о бане! Нашел время разбираться… У Хромого проверим! Специалисту виднее… Вон – справа опять крысаки! Перезаряжаюсь…
Чем больше друзья отдалялись от места схватки, тем меньше становилось мутантов. И, когда боезапас обоих автоматов подошел к концу, вокруг спешащих напарников стало тихо. Пробежав еще с километр легкой трусцой, они с облегчением перешли на шаг.
– Стой, Макс… я… больше не могу… Давай немного передохнем… – Денис едва держался на ногах.
– А я вот совсем не устал! – Рекс удовлетворенно улыбался и смотрел на друга свысока. Тут только Плакса заметил, что надето на напарнике.
– Ёлы-палы! Купил-таки! Офигеть! Ничего, со следующего рейда вернемся, я себе тоже такой возьму.
– Не-а! Не возьмешь, на что спорим?
– Возьму, хоть разорви на части, а возьму!
– Насчет разорвать на части – это не ко мне. Это тебе надо было там – на поляне остаться! А вот на базу вернемся, у Хромого и «Специфик» твой, и оптика к «винторезу», и патронов к нему пару сотен!
– Макс, да я тебе теперь по гроб жизни должен!
– Нет, не должен. После того, как я узнал о смерти жены и детей, у меня на этом свете, кроме тебя, больше никого не осталось. А после родных, кто еще может быть ближе для человека? Только настоящий, проверенный во всех ситуациях друг. А настоящим друзьям долги прощают всегда! Помнишь? «Ты – пиф, я – пиф-паф, в унисон!».
Над равниной взметнулся смех. Глядя на двух, запрыгавших по полю, словно дети, сталкеров, никто не сказал бы, что буквально недавно они могли хладнокровно убивать.
Солнце еще только начинало подниматься из-за горизонта огромным, почти малиновым шаром, а жаворонок где-то в вышине уже пел свою песню. День разгорался. Интересно, какой по счету на этой горемычной планете, за которой пристальным взглядом в данный момент наблюдало НЕЧТО, удивляясь жизнелюбию, вере и наивности населяющих ее существ?
Наверное, не так важен порядковый номер. Главное, чтобы этот день не стал в жизни последним. А они действительно свято верили только в самое лучшее.
Глава 3
Энергия, копившаяся в Армаде миллионы лет, пульсировала, пытаясь найти выход. В конце концов, даже древний сакральный объект был уже не в состоянии удерживать зарождающуюся бурю. Медленно, но неуклонно, тонкими струйками просачивались энергетические сгустки через проломы в земной коре, ища выход наружу.
Никак не ожидали древние Творцы, что человечество сумеет сделать огромный скачок в развитии. Раскроет таинство создания: соберет и запустит адронный коллайдер; грубо, но успешно проникнет в микромир и расщепит атом.
Как раз то, чего не хватало темной энергии, собравшейся у нижней оконечности Армады. И последствия не заставили себя ждать…
На территории зоны отчуждения, образованной вокруг аварийной АЭС, разразился невиданной силы катаклизм, унеся многие тысячи ни в чем не повинных жизней. А вслед за этим появилась пресловутая ЗОНА.
Но даже этого Мгле было мало. Она нуждалась в человеческих просчетах и, пользуясь бессилием Стражей, неуклонно подбиралась к Вратам. К управлению Армадой, чтобы погубить все.
– Вас послушать, так поневоле поверишь в колдовство! Последний раз я нечто подобное от Щедрого слышал, когда он с напарниками на Маяке, в бункере ученых, побывал.
– Ты, Верста, не о Сокровищнице толкуешь? – уточнил Плакса.
– Ну, да. Это давно легендой стало. Когда про Щедрого рассказывали, никто поверить не мог, что он действительно ее нашел. Что там, прямо посреди болот, островок был, где он гору артефактов собрал, среди которых оказался один… Говорят, ученые его потом долго обследовали и в итоге изобрели несколько видов лекарств. А главной сенсацией века стало лекарство от рака. Я слышал как-то, что вся фармацевтика тогда прямо перевернулась.