Чтение онлайн

– Обратно иди, не доходя два стойла до ворот возьмешь вправо и пойдешь вокруг такой катушки с кабелем, это электрики до весны оставили, там и зеленая дверь с фотографией Гайдара, толстого, не героя, – сообщил престарелый обладатель двух отчеств.

– Как-то страшновато мне, – призналась женщина и попросила Павла: – Не постоите на стреме?

– Конечно, – благородно согласился Калугин, попутно наблюдая, как дедушка усаживается за невесть откуда взявшуюся здесь школьную парту с компьютером. На мониторе висела красочная заставка популярного шутера.

– Вторая часть – «Чистое небо», – похвалился Иосиф Виссарионович. – Я уже «винторез» достал.

Павел и Елизавета выбрались из каптерки и двинулись по коровнику в указанном дедушкой направлении. Однако не успели они дойти и до середины ангара, как откуда-то из влажного мрака на них выскочило нечто огромное и волосатое. Движимые естественными импульсами, спутники прыгнули в первый попавшийся загон, и неведомое существо с топотом пронеслось мимо.

– Что это было?! – испуганно вскрикнула Елизавета.

– Что бы это ни было, но я, кажется, напоролся на какую-то хрень, – зло крякнул Павел, отрывая от подошвы доску с гвоздем.

– Ребята, вы как? – раздался голос Иосифа Виссарионовича.

Вскоре появился и он сам, ведущий на поводу верблюда.

– Вырвался, гад! – сообщил дедушка. – Цирковые нам его оставляют, пока в отпусках. Он обычно тихий, но вчера его бык прессанул, и животное все на нервах.

– А цирковые тигров случайно не оставляют? – ехидно поинтересовалась Елизавета, также выбираясь из навоза.

– Льва оставляли, но помер лев. Старый был. Мы его у трансформаторной будки закопали, – как ни в чем не бывало признался Иосиф Виссарионович. – Сейчас только верблюд и ослик. Ослика, правда, на холода зоотехник домой берет.

– Прекрасно, – вздохнул Павел и понюхал свои ладони. – Так или иначе, надо на дачу возвращаться и отмываться. Тем более что электрички не будет.

– Я могу попробовать попутку поймать, – неуверенно предположила Бородина.

– Вас не возьмут с таким запахом, – предупредил собеседник. – С таким запахом только мыться.

– Мне негде мыться, – смущенно призналась Елизавета. – Мы дачу на зиму уже законсервировали. Горячей воды нет.

– У меня помоетесь, – вздохнул Калугин.

– Это удобно? – засомневалась женщина.

– Неизвестно, но и выбора нет, – развел руками Павел и поморщился: – Кажется, насквозь.

Иосиф Виссарионович Петрович усадил Павла и Елизавету на табуреты у печки в каптерке.

– Все складывается, как леший водит, – ворота, электричка, гвоздь! – вздохнул Калугин, снимая сапог и носок. – Точно насквозь проколол.

– Не выдумывайте! Леший здесь ни при чем. Надо бы обработать. Достаньте из рюкзака мою сумку, в ней духи есть, – решительно распорядилась Лиза, озабоченно разглядывая уже запекшуюся ранку на ступне Калугина.

– Не слишком ли? Духи переводить?! – обеспокоился Павел.

– Не экономьте на здоровье. Не разорюсь, – успокоила его Елизавета.

Продезинфицировав поврежденную стопу, тот натянул ботинок и благодарно взглянул на Елизавету.

– Ну, возвращаемся, что ли?! – предложила она.

– Пойдемте, – согласился Калугин.

И, попрощавшись со стариком сторожем, спутники отправились обратно в свой поселок.

– Вот взять модель «Хамильтон» с черно-белым дисплеем, – это же чудо концепта! Роскошный швейцарский механизм с автоподзаводом и более чем аскетический циферблат, даже без подцветки! – увлеченно рассказывал Павел, прихрамывая на левую ногу. – Бытийный минимум! Или я вот из Швейцарии позавчера привез сломанные часы со странным названием «Улисс». Они каминные с репетиром. Их сделал ученик Леонардо да Винчи, это не шутка!

– Да вы что?! – воскликнула Лиза.

– Два тома удостоверений к ним. Бешеные деньги потратил. Всё, что за последние пять лет накопил, плюс деньги с дачи.

– Вы что, продавать ее будете? – не поверила Елизавета.

– Само собой, – подтвердил Павел. – Мне за ней следить некогда, тем более что у меня нормальная дача есть, в десяти, а не ста километрах от города.

– Жалко. Сосед вы душевный, – вздохнула Бородина и напомнила: – А что же… этот ваш… ученик Леонардо да Винчи…

– Да, да, да! – вернулся к рассказу Калугин. – Он их сделал в память любимой жены. Она от чумы погибла. Но и он ненадолго ее пережил. Взорвался. Делал бомбы для папы римского. Этим же взрывом часы разбило. Собрать их – венец моей профессиональной карьеры! Полторы тысячи деталей, выточенных вручную! Первая мелодия всех музыкальных шкатулок мира!

– Что за мелодия? – заинтересовалась женщина.

– Неизвестно. Пятьсот лет никто не слышал. Соберу – послушаем, – пообещал Павел.

– И когда соберете, что дальше делать будете? – спросила Елизавета.

– Ничего больше делать не буду, – признался ее спутник. – Читать книги, слушать музыку и пить вино.

– Пьяницей будете? – хихикнула Лиза.

– Почему же пьяницей?! – не согласился Павел. – Можно пить вино умеренно.

– А смысл?! – пожала плечами Елизавета. – Оно же противное!

– Согласен, русскому человеку это чуждо, – неожиданно поддержал ее Калугин и добавил: – Мой папа говорил, что хочет закончить жизнь сельским пьяницей.

– Видите! – щелкнула пальцами Бородина. – Ваш папа себе не врал! Мой тоже такой был. Вышел в отставку и сгорел от водки за пять лет. Не умел жить вхолостую.