Улики, Бак Дмитрий Петрович

Улики

на обложку

Бак Дмитрий Петрович

Шрифт:

* * *

остаётся немногое: подле котельнойсерый полдень был так тороплив, суетливи податлив, как воск. Там, премного болтлив,я рассказывал Жеке и Сане отдельно(а потом ещё вместе) фантастику. Ихудивление было особого сорта:как-то эти истории в душах своихразмещали они, и ни бога ни чёртане старались призвать, чтоб сюжетов густыхперезревший сироп не растёкся на ихлицах недоумённой пронзённой ухмылкой,и, слезами облившись над вымыслом сим,на скупой авансцене за первой бутылкойя впервые на бис был так пылко просим

* * *

ближе и ближе левей и правейкрепче к гончарному кругу приникнувгрудью рукою натруженной вспыхнутьне пререкаться трудней и вольнейчем на излёте седых снегирейгулкою гирей удариться в рифмунедозвеневшую лезвием бритвыточно отточенным злей и острейадову другу добавить умав правом предсердии вольтова тьмане догорает прерывистой нитьюснова не выгорит этот отлётиздали даже благое наитьевыглядит как от ворот поворот

* * *

Для И. Кабыш

«да, ты меня любил не за стихи!» —так пригвоздила к стулу поэтессасебя саму (иль самоё), и местане стало мне в сем мире чепухи.Ведь коли «ты» обращено к нему,то – и ко мне, и к каждому, кто лестноготов, пленившись гением злодейства,всё мерить по себе и самомусебе вручать и камень, и стрелу,и дар напрасный и случайный, мглуещё нерасшифрованных посланий,сизифа, себастьяна скорбь, игрузакланий и последних содроганий……Искейп-дилит, постойте: весь умру.

* * *

такое концентрация собойчто только концентричное туманувся кольца подпускающего в планытревоги боевая трудовойтакая полагаете концычто кажемся неполное началауйдёт как лампой тихо вполнакалакалорий колкой веди люди рцысолги такой не вытерпят и раньацтека прочь и юница фораньфанерой нофелет форель офортитне пофартит афронт фита на ферткоса да камень розочки на тортежить минус плюс на минус выйдет смерт

* * *

не от сил ханаанская тяжестьжестяную истому со лбаубирает и ропщет и вяжетбело-белое слово судьбанеспроста и не более мигане болит легкокрылая тьмаи тюрьма и сума и веригане смешны но смешались с умачем вольней волоокие волнытем полнее расплещется молнийледенящая взоры пургадаже самые долгие звонынастигают свои берегасолон воздух и воды бездонны

Treviso

* * *

ну что – понравилось не слишком,одно-единственное сти —хотдогворение? Прости —я так привык быть третьим. Вишнисозрели, сад близ хари Кришнытак изобилен и трястипора плоды – без десятидвенадцать дядя Ваня вышелв ночь из дому стеречь сады,сиречь от воровской бедыоборонять свои услады:мне б только быть или не быть —и, право, большего не надо,а только б вечность проводить.

* * *

Лети, моя клавиатура,могильная клава, – летии вычерти чётко и хмурогестапо большого бутик;что если я тихо растратилвсего, что дано про запас,последние капли – и радипокоя свой глаз-ватерпасприлаживал вплоть к окуляру,за коим прозрачная тьмавальсирует нервною паройс туманным сверканьем ума;что если и эти узорыпоследних усилий верны —с таким же успехом, как орыс харитами – легче, чем сны, —последние, тяжкие; что ес —ли больше не я поутру,в июле и августе, роясьв созвучиях, весь не умру?

РАВНОВЕСИЕ

траектория дня неприметно отводит меняпрочь от зеркала сил на осиной оси Соломонав полумраке зелёном меняется градус наклонаи змеиным курсивом поют по ночам бибиситраектория дня удаляет неслышно меняза минуту до сна изменяется градус наклонаот заполненных строк в КПК и до снов Ааронадо непролитых слёз в запылённом синодике днятраектория дня усмиряет неспешно меняи падение равное в зеркале сил отраженьюизменяет свой угол к оси и господь ты весиесли сердце свободно то кто виноват и отмщеньетраектория дня от удара до боли хранярасстояние равное боли ещё до ударанастигающей солнцестояние солнцеворотот ворот поворот повергающий в облако жаратраектория дня мне не застит иного меняравновесие противосил заиграет спектральным узоромнабухает перпендикуляром бутон Мальдорораизменяется угол и скрежет зубов не унять

траектория дня раскачает безмолвно меняи падение равное в зеркале сил отраженьюудлиняет проекцию дня вдоль по тени движеньяи густеет земля распрямляясь от до и до лятраектория дня достигает ничтоже сумня —шеся шествия дня по кривым закоулкам окраинневесомого тетриса сумма смеётся сама имотдавая на сумрачный суд траекторию днятраектория дня в остановленном лихо таксикто там едет кто мчится в ночи между кольцами мимораспрямлённых предсердий как будто окраины Римаи Москвы наклоняя к одной волоокой оситраектория дня и тогда и до дна и до дыризносившись укажет в прямое восторга биеньенакуражившись вплавь и отпрянувши от отраженьяразобьётся в сердцах миру мир миру мир миру мир

* * *

побудь со мной кого со мною нетпо-быстрому не справиться с тобоюпо быстрому прибою голубоюволною расписною в сторонеот всех сыгравших в ящики приметне примется росток прости на то яи звал тебя в крутое бологоено если нет как нет то нет так нет

СОН

Памяти М. Каневской

Называется – вспомнить: лицом в темноту;так написано всюду и от Иоаннадень дудит во вторую и третью дуду;лбом касаюсь угрюмых закраин дивана.Это скрежет зубов или топот копыт,вот гонцы предпоследние ближе и ближе;не скрижали, но вздыбленных всадников лбывзгромоздили ребром черепичные крыши.Изнутри подступившей вплотную зимы,в чёрных складнях беспамятного пробужденьясам себя окликаю истошно на «мы»,понапрасну выпрашивая самосожженья.Там на всех парусах роковая тщетав тощем зеркале кажет свои полукружья;четвертованных сумерек злая чертазабирается выше бровей и отдушин,воспалённые пазухи плавят свинеци не скрыть за спиною последних конвульсий;пятый ангел прилежно трубит; наконеця кричу – это руки чужие на пульсе.

1 2 3 4