Укротители демонов
Шрифт:
— Да. Способен отстрелить червяку любую из лапок!
— У червяков нет лапок! — в последней попытке воззвать к здравому смыслу воскликнул Лахов.
— Ха, но ведь гораздо труднее отстрелить то, чего нет! — Спорить с этим было сложно.
— Ладно, — хмуро бросил лейтенант, — пусть целится хорошо!
А в недрах рушащегося дома пришел в себя Бульк Он. Мощи истощенного поединком магического меча перестало хватать, чтобы полностью подчинять себе носителя, и ученик сапожника частично обрел контроль над телом и сознанием.
Для начала он огляделся.
Стены оседали, проедаемые каким-то веществом, похожим на мыльную пену, все внутренности дома выглядели разгромленными, точно тут носилось стадо бешеных кабанов. Вместо пола осталось нагромождение воронок и колдобин — похоже, тут поработал поток метеоритов.
— Ого, — сказал Бульк, — что ж я сделал-то?
Пока он предавался анализу ситуации, стены рухнули окончательно, и взгляду героя предстала окружающая бренные останки сапожной мастерской цепь людей в пятнистых мантиях.
— Огонь! — донесся крик с места, где сгрудились стражники в закопченных шлемах.
Хлопнул большой арбалет, дернулась длинная палка, ходуном ходящая в руках близоруко щурящегося старика. Толстая короткая стрела, способная свалить носорога, и маленькое плотное заклинание, готовое пробить шкуру дракона, понеслись к цели.
Прозрачный меч вздрогнул, потянул за собой руку, намереваясь собственным телом закрыть носителя, но медленно, слишком медленно…
Смерть мчалась к герою на всех парах. Старый Питерски, несмотря на близорукость, оказался отличным стрелком. Калис просто по определению не умел промахиваться. И если бы каждый из них стрелял по отдельности, результат оказался бы убийственным (в прямом смысле слова) для ученика сапожника.
А так заклинание и стрела столкнулись, не долетев до цели каких-то полметра. Лицо Булька оцарапала щепка, щеку обожгло дуновением магической энергии.
И все.
— Что ты сделал, старый хрен? — рев сержанта Калиса перекрыл разочарованный всхлип Питерски.
«Надо бежать», — решил Бульк еще до того, как старший из волшебников рявкнул: «Огонь!» Герой сорвался с места с такой резвостью, что сумел опередить стреляющих.
То место, где только что стоял герой в панцире из подметок, потонуло в фонтане пламени, а он уже несся в сторону. Петляя, как заяц, проскользнул между двумя волшебниками и ринулся по улице.
За спиной Булька что-то орали, но он не повернулся, чтобы послушать.
— Надо было его чем-нибудь простым долбануть, типа дубинки из чистой энергии! — с видом крупного специалиста сказал Нил Прыгскокк.
— Ага, эту дубинку пока сделаешь, сам по голове получишь, — печально ответил Топыряк. — Лучше бы демона вызвали…
Зайдя за ближайший угол (дальше идти пока не было сил), студенты болезненно переживали собственное поражение. От дома, где маги и стражники пытались одолеть героя, доносился грохот, время от времени вдоль улицы пролетали сгустки пламени и приблудные молнии. Земля дрожала.
Обстановка располагала к беседам о магии.
— И кто бы потом этого демона стал загонять? — фыркнул Шнор Орин. — К тому же я помню, ты рассказывал, что меч этот специально против демонов создан.
— Кто его знает, может и так, — Арс вздохнул.
— Ладно вам грустить! — встрял в беседу козел, который чувствовал, что разговорами о магии его дискриминируют. — Давайте вспомним о чем-нибудь веселом!
— И о чем же? — тоном человека, только что потерявшего близкого родственника, спросил Прыгскокк.
— Ну… о козах, в смысле, о женщинах! — Сигизмунд дернул хвостом.
Тили-Тили гневно зашипел.
— Нашел время, в натуре, — прогудел Рыггантропов. — Молчи лучше, а то пустим тебя на копчености!
— Меня? — ахнул козел в ужасе. — Лучшего из всех четырехногих копытных бородатых? Интеллектуального уникума, равного которому нет во всем Лоскутном мире!
— А копчености из тебя получатся самые обычные, — сказал Арс и сладострастно облизнулся.
— Ладно болтать, уникум, — Шнор решил сжалится над Сигизмундом, — иди лучше, глянь, что там происходит.
— Почему я?
— Ты единственный на ногах стоишь, и, кроме того — ты самый быстрый.
Лесть действует на козлов совершенно так же как и на людей. Сигизмунд приосанился и легкой трусцой двинулся к углу. Но не успел он достичь поворота, как из-за него вылетела темная фигура.
Произошло нечто напоминающее дорожную аварию. Выскочивший из-за угла Бульк не успел остановиться и врезался в козла. Осознание того, что старые подметки плохо защищают от рогов, оказалось ужасно болезненным.
Сигизмунд, огорошенный ударом, сел на мостовую.
Бульк повалился на колени и от боли разжал ладони.
Меч с прозрачным лезвием и золотой рукоятью сиротливо брякнулся на асфальт.
— Держи его! — крикнул Арс, но первым сориентировался Тили-Тили. Его палка с глухим хрустом обрушилась на голову ученика сапожника.
— Ой, — сказал тот и мягко повалился на мостовую. Из-за угла, изрыгая проклятья, вылетел сержант Калис.
Споткнувшись о поверженного героя, он покатился кубарем, но за ним уже спешили маги с посохами наперевес и командующий ими (по крайней мере, пытающийся это делать) лейтенант Лахов.
Увидев поверженным главный источник беспокойства, он едва не прослезился.
— Веревки, сержант! — этот приказ прозвучал почти ласково. — Вяжите его!
Васис Ргов прошипел что-то, сделавшись вдруг похожим на йоду, и принялся споро бинтовать лежащего без сознания героя. Прямо поверх геройского костюма из старых подметок.
Маги тем временем столпились вокруг меча. Тот лежал на мостовой, и по лезвию бежали свирепые синие искры.
— Ага, — сказал старший из волшебников, — попался, голубчик? Сейчас мы тебя упакуем! Давайте ларец!