Чтение онлайн

Я должен решить этот вопрос сам, не вмешивая Ксюшу. Хватит с нее переживаний.

Попалась бы мне эта Карина сейчас под руку, не факт, что я смог бы удержаться от рукоприкладства!

Осталось только найти Давида… Будет справедливо, если его судьбой и жизнью занялась бы Карина, но ей светит срок. Кто еще был в курсе? Ее мать, конечно же! Теперь я уже не особо верю в то, что она не знала, от кого родила Карина на самом деле…

Плюс именно она Карине дала знать, что я приходил!

Голова вот-вот взорвется от мыслей, которыми она переполнена.

Наконец, мне звонят на телефон.

— Смагулов Илья?

— Да, это я.

— Задержанная рассказала нам о местонахождении Давида. Отправитесь за ним вместе со специалистами?

Устало тру переносицу, боковым зрением замечаю врача. Он подает знак, приглашая меня в палату.

Мне нужно выбрать, как поступить…

И на сей раз я без колебаний отвечаю:

— Я не могу поехать к Давиду. Отправлю вам контакты его родной бабушки и дедушки. Пусть займутся судьбой внука. Моя жена в больнице, ей требуется уход…

Глава 27

Он

Матери Карины все же хватило наглости мне перезвонить.

— Илья, звонили из полиции. Сказали, что нужно забрать внука… — начинает издалека.

— Все верно. Нужно забрать мальчика оттуда, где его бросила Карина! — добавляю жестко.

— Мы с отцом собираемся уже, а ты во сколько подъедешь?

— А я не подъеду, Элина.

— Что?

Во мне все закипает.

— А вы чем думали, когда решили Карину предупредить, что о ее проделках стало известно?! Она устроила нападение на мою жену. Теперь ее задержали, ей светит срок в тюряге! Теперь моя жена в больнице, с химическими ожогами. Давид вообще оказался брошен. И все потому, что вы решили потрепать языком.

— Илья, это моя дочь! Я дала ей понять, что ты обо всем узнал, просила, чтобы она делала глупостей. Я и подумать не могла, что она решится на преступление и бросит Давида! Послушай, это же твой сын…

— Нет, Элина. Это не мой сын. Он ко мне никакого отношения не имеет. Потому что я — не сын своего отца, и вам это прекрасно известно! Как вам только хватает наглости еще пытаться заставить меня заботиться о мальчишке?! Совести совсем нет?! — злюсь.

— Но… Но ты же его воспитывал, он тебя папой называет. Илья… Ваши разборки с Кариной не должны на нем отразиться.

— Не пытайтесь давить на жалость. Кроме того, у Давида есть бабушка и дедушка, которых он знает и любит. Если в вас осталось хоть что-то человеческое, возьмите на себя заботу о внуке. Вам придется ходатайствовать о лишении Карины родительских прав, станьте опекунами Давида.

— А как же ты? — спрашивает растерянно. — Ты совсем не будешь видеться с ним? Для него будет удар…

— Одно я знаю точно, сейчас я нахожусь там, где должен быть, а вам советую заняться Давидом. В противном случае и против вас начнется вести расследование.

— Какое расследование?! — спрашивает потрясенно.

— Подмена младенцев, взяточничество… У моего отца сохранилось множество документов. Вы так ловко все провернули, будто у вас имеется недюжинный опыт в этом деле. Сколько еще грязных делишек всплывет, если…

— Я займусь судьбой Давида, — быстро отвечает мама Карина и сбрасывает вызов.

Вот и отлично. В свидетельстве о рождении я никак не фигурирую, хватило же мне ума не подписаться и на это. Карина тогда обижалась еще, рыдала…

Бессовестная дрянь! Надеюсь, она получит по заслугам за все, что натворила.

Теперь у меня только одна задача — сделать так, чтобы Ксюша восстановилась — физически и морально, после всех потрясений, которые выпали на ее долю.

***

Она

Спустя время

— Когда тебя выписывают? — интересуется подруга.

— Завтра.

— Ты не рада?

— Рада, конечно, но… — вздыхаю. — Чувствую себя странно. Мне кажется, я устала просто от того, что лежу без дела. Спать все время тянет, аппетит пропал.

— После такого стресса это нормально! — пытается поддержать меня Алина.

— Да, знаю, что стресс и все такое. С психологом обсуждала. Но я про другое. Про тело… Ему нехорошо. Мне кажется, я заболела и подцепила что-то. Утром не могла есть рисовую кашу с молоком, а здесь ее вкусно готовят. Как в детстве.

— Врачу показывалась? Если нет, то надо это исправить! — советует подруга.

— Температуры нет, слабость и вялость временные. Сложно только первые два-три часа после пробуждения. Потом я чувствую себя, как огурчик. Целый день активная… Но вот это утро, боже…

Алина смотрит на меня внимательно и пристально, спрашивает осторожно:

— Тошнит по утрам, слабость… Больше никаких симптомов? Тебе это ничего не напоминает.

— Нет, — отвечаю сразу же и вдруг застываю, открыв рот. — О нет! — шепчу. — Не может этого быть!

— Вдруг ты беременна? Очень на то похоже! Когда у тебя последний раз были месячные?

Подскочив на кровати, я хватаюсь за телефон и трясущимися пальцами пытаюсь справиться с поиском нужного приложения.

Выходит с трудом!

Открыв календарь менструаций, с паникой смотрю на оповещение о длительной задержке.

— У меня задержка! Как я могла это пропустить?! — шепчу с ужасом.

Я в шоке… Мне страшно! Я, что, беременная?

— Я должна знать наверняка.

— Ты не рада?