Удравшие из ада

В черном-черном городе, на черной-черной улице среди черной-пречерной ночной тьмы появилось ЧЕРНОЕ пятно…

Если сказать честно, то город был не черным, а просто-напросто грязным, настолько грязным, что в нем неуютно себя чувствовали холерные вибрионы и тифозные бактерии.

Что самое странное, люди в городе жили, и в немалом, можно даже сказать, в огромном количестве.

Носил город романтическое название Ква-Ква и располагался на просторах самого безумного из всех безумных миров, напоминающего плывущую через космос этажерку, на нижней полочке которой кто-то развел костер.

Мир именовался Лоскутным и, к счастью рационально настроенных астрономов, дрейфовал вдали от тех участков Вселенной, куда целились всякие штуки, снабженные огромными увеличительными линзами и предназначенные для того, чтобы заглядывать за пазуху мирозданию.

Ну так вот… в грязном-грязном городе, на грязно-черной улице появилось ЧЕРНОЕ пятно, и, обнаружив его, ночной мрак сделал попытку испуганно шарахнуться в сторону.

Пятно осмотрелось, издало звук, напоминающий то ли отрыжку, то ли приглушенный, крайне ехидный смешок, и неспешно двинулось туда, где шумно и судорожно билось сердце Ква-Ква…

Город еще не знал, что его ждет.

А если бы узнал, то попытался бы покончить жизнь самоубийством…

Магический Университет, расположенный на окраине Ква-Ква, – очень почтенное учебное заведение с тысячелетними традициями исследований всех аспектов чародейства, подготовки новых колдовских кадров и наведения страха на окружающий мир.

Несмотря на это, его студентам время от времени приходится заниматься совсем не магическими и никак уж не почтенными делами.

В данный момент учащийся пятого курса Арс Топыряк находился на кафедре демонологии в полном одиночестве. Он с мрачным видом ползал по полу, елозя по шершавым доскам мокрой тряпкой.

Пыль, копившаяся в укромных уголках годами (а может, и тысячелетиями), серым облаком клубилась в воздухе, и Арс время от времени чихал, заставляя покачиваться развешенные по стенам гравюры, изображающие сценки из жизни демонов.

Нет, Топыряк не отличался маниакальной страстью к чистоте и не готовился к исполнению какого-нибудь сложного и коварного заклинания, требующего отсутствия грязи.

Он самым банальным образом отбывал наказание.

Урно Кеклец, заведующий кафедрой демонологии, которого боялись не только студенты, но и демоны, почему-то расценил невинную шалость с ведром известки как суровый проступок.

– Что за жизнь? – пробурчал Арс после часа трудов, обнаружив, что зеленая студенческая мантия покрылась серыми и бурыми пятнами, а чище в помещении кафедры почему-то не стало. – Что, у них заклинания подходящего нет?

Демоны на гравюрах промолчали, лишь ехидно покосились на незадачливого студента.

– Я вам еще покажу, – Арс махнул в их сторону тряпкой и поднялся на ноги.

Размяв занемевшую поясницу, он подошел к двери и осторожно выглянул наружу.

Коридор и лестничная площадка благодаря позднему времени были пустынны, как карманы честного торговца.

Топыряк воровато огляделся и, прикрыв дверь, прошествовал туда, где роскошным памятником черной кожи высилось кресло заведующего кафедрой. Мгновение помедлил, а потом забрался в него.

Если каждый солдат мечтает стать генералом, то студент грезит о том, чтобы занять место прохфессора.

– Ты у меня попляшешь, жалкий червяк! – Арс гордо распрямился, представляя, как Урно Кеклец ползает у его ног, орудуя тряпкой.

Мысленное торжество продлилось недолго. Свет померк, стены задрожали, и Топыряк с удивлением обнаружил, что довольно быстро падает через мрак. В ушах засвистел воздух.

– Э… ы… – глубокомысленно изрек Арс, судорожно хватаясь за подлокотники.

Падение завершилось тем, что кресло с глухим чмоканьем во что-то врезалось. Сгустившаяся вокруг студента тьма начала рассеиваться, отступать перед тусклым багровым сиянием, какое обычно проживает в жерлах вулканов или в пыточных застенках.

Оглядевшись, Топыряк ощутил, как волосы на затылке зашевелились.

Пейзаж напоминал внутренности зала размером с город – сквозь кровавый полумрак проступали очертания толстых колонн из черного камня, уходящих куда-то в туманную высь. Между колоннами виднелись очертания того, что могло сойти как за дома, так и за груды строительного мусора. Текли реки, наполненные густой светящейся жидкостью, похожей на лаву.

Воздух был горячий и сухой, и очень сильно пахло гарью.

– Ой… – сказал Арс, и зубы его, раньше хозяина догадавшиеся, куда именно они попали, заклацали.

Лоскутный мир состоит из двух частей, и если верхнюю заселяют люди, эльфы, гномы и сотни других, более причудливых рас, то нижняя, окутанная вечным сумраком и пропитанная скрежетом зубовным, является вотчиной демонов, существ злобных и коварных.

К ним Арс и угодил, причем не самым банальным способом.

Почти всем известно, что поднаторевший в магии человек может вызвать демона, но мало кто подозревает, что и кое-кто из обитателей Нижнего мира способен, в свою очередь, «пригласить» к себе человека.

Кресло стояло в самом центре нарисованного прямо на земле круга, чья граница неярко светилась, а за ней виднелись две неподвижные черные фигуры с алыми пылающими глазами.

– Добрыйх-х-х деньх-х-х… – сказала одна из них с интонациями змеи, только что прочитавшей «Человеческий разговорник».

Нижний мир устроен по законам развитого феодализма. Имеется тьма тьмущая обыкновенных демонов, способных только рычать и исполнять грубую физическую работу, а управляет ими меньшинство утонченно злобных интеллектуалов, опасных, точно нейтронная бомба.