Удача
Шрифт:
— А где машина? — говорит он упавшим голосом.
— Ты, Кузеванов, совсем офонарел от радости, что ли? Разуй глаза-то! — отвечают друзья с подозрением в голосе.
Кузеванов как в тумане. Он пробует открыть дверцу машины — дверца открывается. Вставляет ключ в замок зажигания — ключ подходит. И тогда его осеняет. Включив плафон, он достает из внутреннего кармана техпаспорт. Так и есть: там написано, что автомобиль «Жигули» — номер двигателя, номер шасси, номер кузова — принадлежит гражданину Кузеванову Валентину Георгиевичу…
Кузеванов заводит двигатель, плавно трогается с места. Друзья на заднем сиденьи продолжают обсуждать рыбалку, открывают поллитровку, булькают. Им никогда не приходит в голову оставить полстакана водителю, чтобы он потом в гараже немного разогрел кровь…
— Валентин Георгиевич, вам оставить? Дернете потом с устатку, — непривычно вежливо спрашивают они.
— Да нет, пейте, мужики, у меня дома найдется! — отвечает застенчиво Кузеванов.
Похоже, друзья совершенно не замечают подмены машины, скоро они уже весело похрапывают, разомлев в современном автокомфорте.
«Здорово все продумано, — удовлетворенно размышляет Кузеванов. — Кроме меня, никто ничего не замечает! И что же это за рыбка такая была? Может, волшебная? Да нет, ерунда, никакого волшебства не бывает. Может, она того, инопланетная? Или у них там в озере тоже своя высокоразвитая цивилизация имеется?»
Ни на один из вопросов ответа не находится. И Кузеванов думает, что черт с ней, с рыбкой, время покажет, рыбалка, слава богу, не последняя, да и машинешка теперь — хоть на «рай света на ней…
Подрулив к гаражу, Кузеванов уже нисколько не удивляется, что у того новые ворота, а стены внутри оштукатурены и красиво покрашены. Все это он собирался сделать уже много лет и никак не собрался… Он хочет слить воду из двигателя, но вовремя вспоминает, что у «Жигулей» в системе охлаждения должен быть антифриз. На всякий случай снимает пробку с радиатора, нюхает. Так и есть.
Кузеванов открывает квартиру своим ключом, и ноги невольно поворачивают обратно. Усилием воли он заставляет себя войти. И не узнает квартиру. Незнакомые дорогие шубы висят на вешалке. Под нею — не виданная доселе не наша обувь, В кухне — кухонный гарнитур, в спальне — спальный. Тоже не наши. Телевизор цветной…
С тех пор и пошло. Кузеванов приходит на работу — и видит приказ о повышении. Его выбирают в президиумы, посылают на симпозиумы, коллоквиумы, форумы.
Кузевановские дети поступают в музыкальные, математические, английские школы. Кто куда.
Жена, наконец, научается варить суп…
Кузеванов терпеть не может неудачников и любит говорить, что человек сам кузнец своего счастья. Он не кривит душой, он твердо верит в это.
Дома, когда кто-нибудь провинится в чем-нибудь, Кузеванов громко кричит:
— Я недоедал, недосыпал, я своим горбом, своими мозолистыми руками ковал для вас благосостояние!
Недавно Кузеванова назначили директором большого металлургического комбината, который стоит на берегу того самого озера, куда Кузеванов когда-то ездил на рыбалку.
Комбинату выделили три миллиона на строительство очистных сооружений, но директор не торопится. Он говорит про государственный план, про стратегические интересы экономики, про демографический взрыв и вытекающую из него нехватку рабочих рук. И все это правда.
А где-то в глубине души Кузеванов думает, что еще от силы год, два — и эта проклятая рыбка наверняка подохнет. И вот тогда он станет беречь природу — потому что любит ее, как и все нормальные люди…