Чтение онлайн

Так, а это что за новости? На границе сканирования появляется группа аур. В этом нет ничего странного, дорога даже ближе. Но эти идут не по дороге. Они идут напрямую через лес. И похоже, в нашем направлении. Ладно, посмотрим чуть позже. Отвлекаюсь от своих мыслей, и вопрошаю:

— Кто что думает на тему дальнейших действий?

— Чего? — переспрашивает Тикша.

— Делать что будем? — возвращаюсь на землю и перестаю говорить «наушным штилем».

— А надо что-то делать? — спрашивает Юшман.

— До этого момента мы реагировали на обстоятельства. Мы с детьми шли в Арвинт. Ты скакал в Шебур. Потом шли сюда, просто от дороги. Дальше я бегал искать Арту и Стожара. Вел их сюда.

— Нёс, — поправляет Арта.

— Неважно. Короче, решали вопросы по мере их поступления. Теперь поступил еще один вопрос: куда дальше идти? И как?

— Ни фига не понял, что ты сказал, — вставляет Тикша, — но идти надо на север. И надо украсть лошадей. Так много народу и груза ты не унесешь.

— Лошади нужны, но их можно купить — говорит Арта. — хотя...

— Кто ж тебе продаст сейчас лошадей? Война же... Украсть, — вор смотрит на меня и добавляет, — или отобрать.

Ничего не имею против обоих вариантов, вообще не понимаю их трепетного отношения к «собственности». К жизни бы так относились! Но меня интересует другой вопрос:

— Почему на север?

— А больше некуда. Бертаймцы вокруг, нам с ними не с руки встречаться. А на севере им ловить нечего, не за вейей же лесной гоняться.

— Что за вейя?

— Племя лесное, охотники. Живут в поселках, но землю не пашут. Если что, собрались и ушли, ищи их. А поселок новый срубят. Можно к ним напроситься, коли в охоте поможем — в тягость не будем. А можем свой посёлок поставить. Перезимуем там, а дальше видно будет.

— Тикша, — интересуется Юшман, — а ты не много знаешь для восьми лет?

— Мне одиннадцать. Или около этого. Я просто мелкий. Только лошади нужны.

План пацана мне нравится. Да и не вижу другого. Тем более...

— К нам едут десять лошадей. Правда, с хозяевами. И еще три собаки.

— Где? — одновременно подскакивают Тикша и Юшман. В руках оружие: у десятника меч, у вора узкий длинный нож.

— Не так быстро. Милях в тридцати. И, похоже, по нашему следу идут.

— Это люди Темного. — мрачнеет Тикша.

— Урлана Темного? — удивляется Юшман. — Когда вы успели ему дорогу перейти?

— Йети нас из его подвала вытащил. Они Арту со Стожаром еще до падения города поймали. Хотели на юг продать. А пока война в городе — все на дно легли.

— А ты? Ты ж, вроде, у них свой.

Лицо Тикши перекосилось злобной гримасой:

— Свой? Пять лет назад братец Урлана моего отца убил. Подло, в спину. А меня в обучение взял, думал я маленький и не запомню, кто мой кровник. Может, я и маленький, но отец в Пекле уже три дня чистит морду своему убийце. Вот только Темный заподозрил что-то. У меня ведь и к нему должок есть: помню, кто отцу честный разговор гарантировал. Ну и кинули в подвал, пока разбираются. Только не дожил бы я до разборки...

Интересная история. Весьма характерная для этого мира. Но не суть. Лошади нам нужны. Ждать людей Урлана здесь не хочется. А в часе бега отсюда хорошее местечко есть. Вот там и встретимся.

— Прогуляюсь я, пожалуй.

— Я с тобой, — вскидывается Тикша.

— Зачем?

— Лошадей кто поведет? Они тебя испугаются. А меня все лошади Урлана знают. Я их специально прикармливал. Пожалуй, он прав. Талантливый ребенок.

— И я, — это уже Юшман!

— А кто с детьми?

Десятник секунду молчит. Потом кивает и садится обратно.

Через час мы рассматриваем полянку у ручья. Как и ожидалось, наши преследователи устроили здесь привал, невозможно скакать столько времени без отдыха — не люди, так лошади не выдержат. Кони не только стреножены, но и привязаны. Боятся, что убегут? Не важно, за это можно только поблагодарить.

Люди сгрудились возле костра. Активно обсуждают, как далеко могли удрать дети. Сильно удивляются, между прочим. Собаки лежат рядом с ними. Нас не чуют, мы с подветренной стороны.

— Урлан здесь, — шепчет Тикша. — отдай его мне...

— Не надо никого убивать, — одними губами говорю я. — Достаточно попросить у них лошадей. Сами отдадут.

— А собаки?

— Собаки неразумные. — И весьма злобные твари. Таких не жалко.

— Давай я попрошу лошадей у Темного. А ты подстрахуешь.

Что-то этот пройдоха задумал. Но почему нет? Остановить убийство я смогу в любую секунду.

— Очень близко к ним не подходи.

— Заметано.

Тикша выскальзывает на полянку.

— Привет, Урлан! Ты не далеко забрался от Арвинта? Здесь ведь другие хозяева.

— Кто к нам пришел! — Крепко сбитый рыжебородый мужичок среднего для человека роста поворачивается всем телом, но не встает. — Никак набегался по лесам, паршивец, повиниться решил?

— Это в чем же?

— Кто брата моего зарезал?

— А кто убил моего отца? Я в своем праве!

— Твоего отца стражники грохнули. Это все знают.

— Ага! Стражники! Шилом в печень? Ты ври, да не завирайся, Темный. Тот базар под твоё слово шел. С тебя мне по закону откат положен. Этих лошадок хватит.

— Гы! — рыжебородый закатывается смехом. Его нестройно поддержают остальные. — Лошадок... А пару мешков золота впридачу не надо?

— Кому твоё золото здесь нужно! Сам тащи его в Арвинт к бертаймцам. Я ответа не слышу.

— А если откажу, что будет?

— Поединок будет. Зарежу тебя, как свинью к празднику урожая. Жил свиньей, свиньей и помрешь!

Главарь перестает смеяться, глаза наливаются кровью:

— Ты на кого голос поднял, щенок? Поединок тебе? Дорасти сперва! В собачьих желудках! Фыс!