Чтение онлайн

В принципе я оказался прав, вот только во мне проснулась дикая жадность, стоило увидеть цены на металлические блины для штанги. Если я буду и в дальнейшем улучшать свой щит, то тратить такие суммы совсем не хочется.

Буду мыслить рационально и логично. Нужен металл. А где есть металл? Да почти везде! Вот, например, здоровущий строительный отдел. Со стопроцентной гарантией там есть всё необходимое для апгрейда. И полимеры в том числе.

Так и вышло. Помня пометку в описании умения «Активный щит», что чем лучше металл, тем лучше характеристики защиты, я взял пару совковых лопат, на которых написано «Рельсовая сталь», понятное дело без черенка, и полтора килограмма стальных саморезов. В итоге весь металл обошелся мне раза в четыре дешевле блина от штанги.

А в качестве полимера приобрел три десятка полиэтиленовых пакетов. Судя по весу получилось даже больше, чем четыреста грамм.

Тут же в торговом центре зашел в туалет, закрылся в кабинке и вызвал полупрозрачный куб загрузочной емкости конструктора.

Но загрузить всё с первого раза не удалось. Как только я закинул в него лопаты, тот исчез, выдав мне на внутреннем взоре надпись:

Загружено тысяча сто грамм металлического сплава. Идет переработка. Ожидайте. Примерное время переработки: 100 минут.

Ну и ладно. Я никуда не тороплюсь. Успею в течение дня закинуть всё оставшееся. Где тут ближайшая автобусная остановка?

Входная дверь открылась и я подражая блатному жаргону, сказал в проем заготовленную еще в автобусе речь:

— Ну, здравствуй, мать. Встречай своего сына-бродягу.

Из глаз мамы брызнули слезы и она бросилась ко мне на шею.

— Дурак ты, фраер недорезанный, — прошептала она, уткнувшись мне в грудь.

Аккуратно обнимая маму, я вдруг понял, насколько она хрупкая, нежная и ранимая. Как она переживает за меня и боится потерять. Сам себе пообещал впредь не рисковать, чтобы не тревожить ее понапрасну. Да вроде и не собирался я ничего такого больше устраивать.

Чуть позже, сидя на кухне и уплетая за обе щеки вкуснейший борщ маминого приготовления, я с удивлением смотрел по телеку репортаж о нападении на школу.

Как майор и обещал, даже упоминания обо мне не было. Стрелков-убийц уничтожил оперативно прибывший на место происшествия спецназ, вызванный охранником. Мелькали заблюренные трупы нападавших, толпы испуганных школьников и могучие фигуры бравых вояк с оружием наперевес. Какой-то полицейский дал интервью, пересказывая уже озвученное.

Затем начали показывать выступления депутатов, где они ополчившись друг на друга, кричали и размахивали документами. Одни как всегда обещали запретить либо ужесточить продажу оружия населению, другие махали конституцией, в которой это право было закреплено еще десять лет назад.

— Ай да ну их, — мама махнув рукой щелкнула пультом выключая телевизор, — как всегда одни разговоры. Как хорошо, что о тебе ничего не сказали, а то загордился бы весь, ходил бы пузырем надутым.

Ну всё, к маме вернулся ее специфический юмор. Значит более-менее отошла от шока.

Она села напротив и, глядя счастливыми глазами, спросила:

— Как дальше жить-то собираешься, герой?

— Не знаю, мам, — стуча ложкой о дно тарелки, ответил я. — Как обычно, наверное. Отучусь, пойду работать.

— А внуков? Внуков мне когда ждать?

— Ну ма-а-ам! — я решительно встал из-за стола. Какие внуки? Я совершенно не видел себя не то что отцом, женатым мужчиной-то не мог себя представить. — Спасибо, я наелся. Очень вкусно.

— На здоровье, — ответила несостоявшаяся бабушка. — Сейчас чем будешь заниматься?

— Спортом, — ответил я. — Спортом. Отдохну чуть и пойду на стадион, побегаю.

В своей комнате загрузил в конструктор остатки металла и вызвал из ячейки быстрого доступа свое оружие. Руки давно чесались рассмотреть его как следует, но всё никак не получалось остаться в одиночестве.

Стоило мне подумать, как ружье тут же появилось в руках. Без вспышек, искр, фейерверков и прочих спецэффектов. Вот его нет, а вот оно уже есть. Надо потренироваться доставать его из разных позиций, понять как лучше это делать.

Я с некоторым благоговением рассматривал оружие. Черный, вороненый ствол с широкой мушкой. Под ним трубчатый магазин с удобным цевьем. Планка Пикатини сверху — небольшое рельсовое крепление, на котором привинчен прицел. Удобная пистолетная рукоятка. Простая, без каких-либо анатомических форм, под ладонь стрелка, но насечками, для надежного захвата. Телескопический приклад, немного помучившись с которым, я понял как его раскладывать.

Отличное оружие. Красивое, грозное, лаконичное.

И видно, что предыдущий хозяин следил и ухаживал за ним. А я даже не знаю, как разбирать этот дробовик.

Надо изучить этот вопрос. Вопросы. Как разбирать, как чистить, как стрелять. Где покупать патроны, какие документы для этого нужны, какие патроны подходят. Где можно пострелять из него, потренироваться.

Куча проблем, которые я собирался решить в ближайшее время. А сейчас надо подкачаться.

Переоделся в спортивный, оставшийся мне после отца, а потому слегка устаревший, костюм и пошел на ближайший школьный стадион. Благо он располагался совсем недалеко — буквально через два дома.

Когда-то я задавал маме этот вопрос — зачем ездить на автобусе, когда рядом уже есть школа? «Это заведение не достойно тебя» — услышал я в ответ, и больше мы к этой теме не возвращались.

С тех пор утекло много лет, страна пережила годы разрухи и еще одну войну, мы потеряли папу, я вырос и теперь бегу по стадиону этой школы.

Легкой трусцой одолел три круга, запыхался и рванул вперед что есть мочи. Чем тяжелее нагрузка — тем больше опыта. Поэтому включив игнорирование раны я смог пробежать еще два круга и только тогда упал на начинавший зеленеть газон.

Спринт. 950 метров. Получено 35 единиц опыта.

Спринт на изнеможение. 610 метров. Повышенный коэффициент 1.2. Полученный опыт 76 единиц очков.

Отдохнув и отдышавшись, перевернулся на живот и стал отжиматься, получив за двенадцать раз десять очков. А силовые-то тренировки оказывается выгоднее делать — больше опыта капает. Правда, с силой у меня проблемы, никогда не увлекался ничем подобным. В школе у меня был почетный трояк по физкультуре, которым я был вполне доволен и не стремился к большему. А сейчас придется.