Шрифт:
Оформление. © ООО «Издательская Группа «Азбука-Аттикус», 2014
«Я опоздал на электричку…»
Я опоздал на электричку. Она стояла у платформы, пока я бежал к ней, а когда мне оставалось всего каких-нибудь шагов двадцать, или даже восемнадцать, вдруг свистнула: «Счастливо оставаться!» – тронулась и, набирая скорость, ушла. Следующей надо было ждать час.
Я сел на скамейку отдышаться. Рубашка была мокрая, словно я пробежал под дождём. Настроение сердитое. Да ещё духота. Пить хотелось. И комары налетели кусаться.
Я хлопнул на себе одного, другого. И так размахнулся, что нечаянно толкнул сидевшего рядом.
Это был бородатый молодой человек в очках, синих джинсах и жёлтой майке. На голове велосипедная шапочка с козырьком. Он сидел возле меня и ел мороженое. У ног его стоял большой рюкзак, а рядом – средних размеров сумка.
– Извините, я вас толкнул, – сказал я, потому что был человек воспитанный. – Комары проклятые.
– Неужели кусают? – посочувствовал он.
– А вас разве нет?
– Попробовали бы только! – сказал бородач. Лизнул мороженое и поднёс его к сумке. Из-под застёжки высунулся розовый язычок и тоже лизнул мороженое. – Они знают, что это для них смертельно. Мне подарили специальное средство, оно так и называется: «Смерть комарам!» Хотите поделюсь?
Он снова лизнул мороженое и снова протянул его к сумке. Теперь я успел заметить, что кроме язычка оттуда высунулся чёрный кожаный нос с лохматыми усами вокруг.
«Странная сумка», – подумал я.
А вслух пробормотал:
– Пожалуйста.
Потому что был человек воспитанный.
Бородач достал из кармана рюкзака синий пластмассовый флакон и отвинтил крышку.
– Не бойтесь, – сказал он, – это почти не щиплется. Вот, я смазываю вам руку. Теперь надо подождать какого-нибудь комара поглупее… Вот, один уже подлетает. Сюда, комарик, сюда!.. Тихо, не спугните! Ага, идёт на посадку… Хорошо! Теперь внимание! Хлоп – и нет его!
И бородач показал мне раздавленного комара.
– Видите, как действует средство «Смерть комарам»?
– Так я и без всякого средства могу, – сказал я, чувствуя, что меня обманули.
– Нет, без средства будет не так, – сказал бородач. – Без средства не так интересно.
Он доел мороженое, скомкал бумажку, но не выбросил её, а только махнул рукой – бумажка исчезла куда-то.
– Вы как больше любите: чтоб было интересно или всё равно как?
– Я люблю, чтобы комары не кусали, – сказал я сердито.
Было всё-таки странно, почему ко мне они пристают, а к нему нет? И куда девалась бумажка от мороженого? И почему у сумки розовый язычок, да ещё кожаный нос?
– Тогда подождите, у них через двадцать минут обеденный перерыв, – сказал бородач. – А вы слыхали, что комариные укусы могут быть полезными для здоровья? Есть такое лечение иглоукалыванием: когда иголочками колют в нужные места – и болезнь проходит. Так вот, говорят, один учёный подумал: чем комариные укусы хуже уколов? Только надо, чтоб они кололи в нужные места, а не куда попало. Говорят, он придумал, как их дрессировать.
– Ерунда, – сказал я.
– Вы думаете? А интересно, если б у него получилось. Я этого учёного знаю. Он всё время что-нибудь придумывает. Например, выводит новые сорта арбузов. Один арбуз у него получился с ручкой.
– Как с ручкой?
– Так. Чтоб удобнее было носить.
– Таких арбузов не бывает.
– Не знаю. Сам не видел, врать не стану. А вот что я у него видел сам: сорт мелких-мелких арбузов, каждый величиной с крыжовник. И на вкус не отличишь.
Он этим сортом особенно гордился, всем давал пробовать.
«Враньё», – опять хотел сказать я. Но задумался и помолчал. Может, и в самом деле вывел? Только зачем, если есть обычный крыжовник? Или это и был обычный крыжовник?
– Почему вы так любите… – Я хотел сказать: «врать», но вспомнил, что я всё же воспитанный человек, и сказал по-другому: – Почему вы так любите сочинять?
– Профессия такая, – ответил он не совсем понятно. – Приходится. Вот сейчас я собираюсь начать одну очень интересную историю. Хотите в неё попасть?
– Это как? – от удивления я даже забыл спросить: что это за такая профессия, где всё время приходится врать?
– Очень просто. Видите, у меня ручка? Как будто простая. Но что ею напишешь, случается на самом деле. Даже самое необыкновенное и удивительное.
Тут я не удержался:
– Ну, знаете! Это уже совсем враньё. Таких ручек не бывает. Это самая обыкновенная шариковая ручка. Их вон там в киоске возле станции продают по тридцать копеек штука.
– Не знаю, сколько она стоит, мне её подарили. Но только что я ею напишу, то и случится. Уже проверено.
– Тогда напишите, пожалуйста, чтоб здесь сейчас, сию минуту появилась бочка с квасом. Умираю от жажды.
– До чего скучно бывает с некоторыми взрослыми, – вздохнул бородач. А может, чуть-чуть зевнул. – На квас я даже ручки тратить не стану. Там пасты мало осталось. Я вам его так наколдую. Закройте глаза. Да закройте, не бойтесь! Раз, два, три! – Он что-то пробормотал и щёлкнул пальцами. – Всё. Можете посмотреть.
– Я и так смотрю.
– Да не туда. Обернитесь.
Я обернулся. Возле палатки у станции стояла жёлтая бочка на колёсах с коричневыми буквами «КВАС». Запотевшие бока её влажно блестели. Очереди перед ней не было. Наверное, только что подъехала, я просто не заметил. И никакое колдовство тут было, конечно, ни при чём. Я же знал, и нечего меня всё время обманывать. А в сумке у него просто сидит собачонка с мохнатым чёрным носом. Я уже сам догадался. Потому что она этот нос опять высунула.