Чтение онлайн

Осиор прикрыл глаза и вновь оказался в пригородах Гитхоса — портового города, который захватил Малтор и его сторонники. Стройные ряды королевской пехоты Табии, корпус, направленный на усмирение бунта дагерийскими императором Форлорном Девятым. А потом — огненный дождь, что обрушился на объединенную армию людей и Круга, пережить который довелось лишь пятой части атакующих. Осиор никогда не видел столь мощного колдовства. Это была одна-единственная печать Гирэ-Ман-Тир — мощное атакующее заклинание, что вместо капель влаги обрушивала с небес стены магического пламени, которое не потушить ни водой, ни песком. Только закрыться щитами Берк и надеяться, что твоих сил хватит на то, чтобы пережить этот пылающий кошмар. Чтобы создать печать такой силы, вся рыночная площадь Гитхоса должна была быть залита кровью, а сама печать — расчерчена на земле. Но когда они все же сломили сопротивление отступников и вошли в город, никаких следов подготовки замечено не было. Малтор наколдовал это сам, не прибегая к поддержке кровавых печатей — так говорили пленные. Не было в городе и самого бунтовщика — только разношерстная банда наемников и магиков средней руки, что вообразили себя достаточно сильными для того, чтобы пойти против Круга и Устава Магов.

Он сообщил об этом в своем докладе, когда вернулся, но бумага, что он подал архимагам, как в воду канула, а Аурантис советовал больше никогда не поднимать эту тему.

Внезапно у Осиора заломило руки. Так бывало всегда, когда он просто думал о Поисковой магии. Он помнил заклинание, которое буквально сожгло его каналы, оставив магическим калекой. Заклинание, которое он, будучи Шестым Истигатором, знал буквально наизусть и мог наколдовать в любом состоянии. Третья печать Цен-Пеор-Инг — найти следы Малтора и восстановить его путь, чтобы отправиться в погоню. Но как только он разрушил внутренний контур печати, все пошло наперекосяк… Он почувствовал, как его заклинание нарывается на непреодолимую преграду, буквально каскад чистой энергии. И не успел он даже подумать о том, что это может быть — поисковая конструкция развернулась вспять, разрывая на части самого Осиора. Будто бы он был маленьким ребенком, что попытался заглянуть за полог тайны, и за это получил взбучку от старших.

Ему не было равных во всем Шамограде и даже архимаги уважительно кивали Осиору — сильнейшему Истигатору за последние сто лет. Будь он чуть более амбициозен, то с легкостью бы стал Верховным Трибуном — формальным главой истигаторов Круга, навсегда отложив шестопёр в сторону и забыв о том, что такое борьба с магической преступностью.

Но в тот день он столкнулся с неизвестным, с мощью, что не укладывалась в понимание ни одного из ныне живущих магов. Он пытался поговорить об этом с Виолой, но архимаг посчитала, что его рассказы — лишь последствия полученной травмы. Бред калеки, что пытается оправдать собственную несдержанность и неосторожность.

А потом случилась эта буря в Нипсе. Она была так похожа на тот всплеск силы, что лишил его способностей к синим рунам. И Рей, который, казалось, черпал напрямую из этой стихии, а не как все прочие — из разлитой вокруг магической силы восьми разных типов.

Осиор сделал несколько пометок, после чего отложил в сторону древние документы. Мужчина и не заметил, как пролетело не менее нескольких часов, а он планировал еще встретиться с Виолой.

Молча кивнув архивариусу, маг двинул прочь из каземата — вверх, на те этажи твердыни магов, куда имели доступ только высшие члены Круга. Пройдя многочисленными лестницами и пустынными коридорами, Осиор наконец-то оказался возле кабинета Виолы. Здесь фиолетовый архимаг принимала важных гостей и работала. Еще на службе он удивлялся, как многое маги взяли от имперских чиновников; замени Башню на имперскую канцелярию, а магов и архимагов на чиновников, и ничего принципиально не изменится. Магическое сообщество было государством в государстве, со своими налогами, крючкотворцами, правителями и законами, а во главе всего этого стояло восемь человек, опирающиеся на корпус истигаторов Круга.

Едва коснувшись костяшками резной двери, Осиор дождался короткого «войдите» и толкнул дверь.

— О! Осиор! — будто бы удивилась Виола, хотя он точно знал, что как только переступил порог Башни, каждый архимаг был в курсе его визита. — Проходи!

Маг сделал вид, что принял удивление Виолы за чистую монету и прошел в угол комнаты — к гостевым креслам у небольшого столика.

— Чаю? Вина? — спросила Виола.

— Чаю, я думаю. Слишком жарко, — ответил истигатор, отбрасывая полы плаща и придерживая булаву, чтобы усесться в кресло.

Виола два раза хлопнула в ладоши, и из небольшой боковой двери мигом показался слуга. Приняв распоряжения хозяйки кабинета, мужчина в цветастом сюртуке скрылся, а женщина обратила все свое внимание на гостя.

— Думала, и сегодня не заглянешь, — с деланной обидой сказала Виола.

— Ты же знаешь, я работал, — уклончиво ответил Осиор.

— Что-нибудь нашел?

Маг только неопределенно покачал головой. Его мысли о том, что Рей может быть как-то связан с главным табийским еретиком, не выдерживали никакой критики, как и то, что Малтор объявился год назад в Нипсе, что-то наколдовал, а потом исчез. Тут было что-то другое, о чем Осиор пока не хотел распространяться. Но одно он знал точно: если природа сил Рея и Камня, который, как Осиор думал, был в руках Малтора, совпадают, то его ученик в большой опасности. Еретик придет за ним, чтобы или склонить на свою сторону, или уничтожить, как возможную помеху.

— Знаешь, в этих свитках временами больше выдумки писаря, чем реальных фактов, — ответил маг. — Но кое-что по магическим возмущениям я все же нашел.

— И что же? — уточнила Виола, мягко опускаясь в кресло напротив.

Она как и всегда, была прекрасна. Осиор окинул взглядом манящую фигуру бывшей подруги, после чего с заметным усилием вернулся к теме разговора. Виола же это заметила и только лукаво улыбнулась, чуть подвивая локон на палец.

— Я нашел множество упоминаний о магических аномалиях, что вызывали сильные дикие маги, — солгал Осиор.

— Вот как? И ты считаешь, что мальчик?..

— Я думаю, что во время инициации Рея как мага, произошел локальный коллапс магических энергий, — ответил Осиор. — Что и вызвало бурю над Нипсом. Это наиболее очевидный и понятный ответ.

Последнее не было чистой ложью, скорее, полуправдой. Маг пока не хотел делиться своими соображениями на тему того, как его ученик может быть связан с главным магическим преступником и врагом Круга.

В этот момент в кабинет проскользнул слуга, неся на подносе горячий чайничек, несколько фарфоровых чашек и корзинку с выпечкой.

— Смотри, тут все еще помнят твои вкусы, — усмехнулась Виола, глядя на сладости.

— Было бы странно, если бы забыли, — улыбнулся архимагу Осиор, наливая себе чаю.

Виола никогда не ухаживала за ним, даже если он приходил в гости, а потом оставался на ночь. Наоборот, это Осиор всегда вел себя так, будто бы это он хозяин.

— Когда отправишь ко мне парня? — спросила женщина.

— Не знаю, у нас сколько осталось, недели две? Потом начнутся испытания на жетон? — уточнил Осиор.

— Да, малый ряд, — подтвердила Виола. — Но ты же видишь Рея поясным магом Поиска, так?

На этих словах архимага Осиор чуть запнулся. Кем он теперь видел мальчика? Только ли поясным магом? Или только ли магом плаща? И как вообще будут складываться события, если сила Рея будет расти и расти?

— Поживем увидим, — ответил маг. — Но ты же помнишь наш уговор? Правильно?

Виола демонстративно вздернула подбородок, будто слова Осиора ее зацепили.

— Конечно помню. А еще я прекрасно знаю твои методы. Ты показал юноше все возможные применения рун в бою, я правильно понимаю?