Уцелевшие
Шрифт:
Внизу, на освещенной звездами земле, существо задергалось, заизвивалось, как огромная змея, и наконец, содрогнувшись в агонии, застыло.
— Мы убили его, — прошептал Джода. — Мы убили гранта!
— На самом деле, — сказал Дэйн, — это ты убил его.
Джода уставился на него, отвесив челюсть.
— Но… но вы не понимаете. Убить гранта… притом, что нас только трое! И никто из нас даже не ранен…
— Я горжусь тобой, Джода, — сказала Райэнна, поднимаясь на колени и обнимая парня.
«А мною?» — подумал Дэйн. Странное чувство охватило его, и тут же он рассердился на себя. Черт, да она же просто внушает парню мужество. «Да, напомнил он себе, — и парень заслужил это». Он вспомнил, как говорил Джода в ту ночь, когда они вместе стояли под звездами: «Я трус, немыслимый трус… отец твердит, что я заслуживаю того, чтобы закончить жизнь в брюхе рашаса, и он, без сомнения, прав…»
— Никто бы на твоем месте не сделал этого лучше, Джода. В одиночку мне бы его не убить.
Из кустов внизу раздался призывный вой. Тут же издалека на него отозвались другие голоса, постепенно приближаясь.
Райэнна взглянула на небо.
— Моя очередь дежурить. А вы двое спите.
Дэйн забрался под свое одеяло. В пещере пахло кровью и странным запахом гранта. Этот запах отдаленно напоминал о скунсе. Гранты, вспомнил он, встречаются крайне редко. И очень хорошо, иначе крайне редко встречались бы человекообразные, если бы вообще существовали! Неудивительно, что Джода потрясен тем, что убил одного из них.
Но существо было чертовски быстрым! Можно поклясться, что оно уворачивалось от оружия, действуя разумно… и внезапно он вспомнил слова тех людей из таверны, толковавших о таинственном белом звере.
Быстрее рашаса. Быстрее гранта…
Он содрогнулся и в темноте поближе придвинулся к Джоде.
Наступил рассвет, звезды потускнели на небе. Дэйн посмотрел вниз с края пещеры и увидел начисто обглоданные кости гранта. Существо, похожее на истощавшую лисицу, но на длинных задних ногах все еще с остервенением грызло кость удивительно мощными зубами. Шерсть его отливала серовато-черным. Дэйн ногой скинул с края камень, и зверь, развернув голову почти на сто восемьдесят градусов, испуганно взвыл, бросился в кустарник и исчез. Теперь-то Марш знал, кто издавал в ночи эти призывные воркующие звуки!
Тонкая струйка дыма указывала на то место, где ночью они видели костер. Дэйн и Райэнна осмотрели окрестности в телескоп, выискивая признаки присутствия того невероятного таинственного создания, но увидели лишь обычных аборигенов со смуглой кожей, в серых куртках и среди них одного в голубой тунике ордена Анкаана. Это немного удивляло. Ведь он, Дэйн, и Райэнна замаскировались под аборигенов, затемнив кожу и волосы, и с этим было все ясно. Так почему же то существо не стало маскироваться, как Аратак, оставшись белым?
И уж наверняка было бы очень непросто выдать себя за Копьеносца ордена, где существовали свои секретные слова и знаки для распознавания собратьев. Неужели демоны со звезд уговорили и подкупили настоящего Копьеносца Анкаана? Или — тут Дэйну вспомнились охотники, принимавшие обличив убитых ими врагов, и он содрогнулся — убили настоящего Копьеносца и вжились в его тело и мозг?
Они проследили, как люди покинули лагерь и маршем двинулись по ущелью к реке. Отметив маршрут другого отряда, Райэнна и Джода спустились из пещеры в густые заросли внизу. Джода подошел к скелету гранта, с помощью ножа выковырял острый зуб из длинного черепа и с гордостью осмотрел сувенир. Бело-голубой зуб слегка светился.
Джода уговорил Райэнну и Дэйна тоже взять на память по одному зубу.
— Сразу будет видно, что вы настоящие охотники, — доказывал он. — Никто не поверит, что вы убили гранта, если не покажете зуб!
Райэнна улыбнулась:
— Это твой грант, Джода. Ты и бери зуб.
Но тот не сдавался.
— Каждое копье, участвовавшее в охоте, заслуживает такой чести.
Он убедил их. Райэнна взяла зуб и сунула в рюкзак. Дэйн понимал, что парню хочется немного поважничать, но сам Марш отказался брать сувенир. Тут до него дошло, что ему могут не поверить, если он будет рассказывать о существовании такого животного. В это действительно трудно было поверить.
Райэнна посмотрела на возвышающуюся над ними скалу.
— Не оставить ли нам какое-нибудь послание для Аратака и Драваша на тот случай, если они пройдут этим же путем…
— Мы оставим им записку, — сказал Дэйн.
— У тебя что, в рюкзаке есть звукозаписывающее устройство? — с иронией спросила Райэнна.
— У меня и рюкзака-то нет. Мы просто нацарапаем несколько слов на песчанике, — сказал он. — Порода достаточно мягкая, чтобы нож Джоды оставил на ней отметины.
Райэнна рассмеялась:
— Ты хочешь сказать, что твоя раса настолько примитивна?! Я думала, что такие письмена в эпоху кремневых орудий являлись просто разновидностью искусства.
— Искусство, но полезное, — сказал Дэйн. — А разве ваша раса совсем не пишет?
— Нет, — сказала она. — Звукозаписывающие устройства гораздо оперативнее, но даже если бы у меня под рукой была сейчас какая-нибудь портативная модель, я не смогла бы ничего изобразить на песчанике!
Дэйн фыркнул.
— Тогда остается уповать на примитивное! Дайте-ка мне нож. Кажется, я вспомнил идеограмму для термина «разумное существо». Это привлечет их внимание. Я изображу мое имя собственным почерком.
К тому времени, как он закончил выводить знак на камне, Райэнна вдруг вспомнила пару идеограмм из универсального языка и показала их Дэйну. Наконец послание было завершено. Оно гласило: Марш, Райэнна и друг в безопасности. Замечено внепланетное существо, ведем расследование. До встречи.
— Остается надеяться, что эти белые ублюдки не понимают универсального языка, — сказала Райэнна. — Но все же я не стала бы упоминать о том, где нас искать. Если на этой планете есть еще и киргоны, те наверняка понимают универсальный язык.