Чтение онлайн

— Колокольчики ганджиров, — сказал он. — Должно быть, караван идет. Вы, люди, предоставьте мне разговаривать с ними. — Он переключился с местного арго карамского языка, на котором они общались, на «высокий стиль» древний язык ящероподобных, несколько модифицированный изменением некоторых трудных для них звуков, и этот язык — как припомнил Дэйн из полученных уроков — был, подобно латыни в средние века, языком торгового общения между самыми различными культурами.

Звон становился все громче, и за ближайшим поворотом Марш уже различал за деревьями неясные высокие силуэты. Аратак положил огромную лапу на плечо Райэнны и что-то сказал, она засмеялась.

Все четверо стояли на середине дороги. Пытаясь получше разглядеть группу сквозь деревья, Дэйн машинально сделал шаг вбок, поближе к джунглям, затем опомнился и бросил быстрый взгляд через плечо. Нет, ничего; пелена листвы висела неподвижно.

«Черт, да этот кот уже наверняка убрался на несколько миль отсюда. Кошачьи — нервные животные. Вряд ли он будет прыгать, когда с таким шумом приближается караван». Неужели они действительно едут с колокольчиками? Впрочем, шума как раз достаточно, чтобы распугать всех животных в джунглях…

Обжигающая духота, звон колокольчиков, пропотевшая одежда и веселая рождественская песенка — все смешалось у него в голове.«…Чудесное царство зимы! Ну и чушь!»

Сделав еще шаг, он смог различить высокие фигуры, черные, серые и коричневые. Колокольчики звучали все громче. Внезапно караван появился из-за поворота, и он ясно смог разглядеть крупных черно-белых крапчатых животных, длинноногих, как верблюды, но безгорбых, покачивающихся под тюками, обернутыми в грубую плотную ткань. Крошечные колокольчики позванивали на кожаной упряжи. Рядом шли люди — протообезьяны — в серых плащах, с головными уборами, украшенными перьями, и с массой цепочек и амулетов на шеях, таких же украшений, как и у Дэйна с Райэнной. Животные шли, привязанные недоуздками к общей веревке, соединяющей скорбные, слегка похожие на бычьи, морды ганджиров; длинные мощные раскачивающиеся шеи венчали выпирающие холки. Дэйн смутно припомнил, что у дикого ганджира были рога наподобие американского лося, у этих же, одомашненных, остались лишь короткие тупые выступы; а может быть, им просто отпиливали рога, как коровам.

Возглавляющий караван человек, увидев их, что-то сказал своему ганджиру и, потянув животное в сторону, перекрыл путь каравану. Он что-то прокричал. Драваш, шедший впереди, раздраженно повернулся к Дэйну.

«И что он хочет? — подумал Марш. — Чтобы я переводил?»

Драваш, предупреждающе подняв руку, внезапно застыл, и Дэйн увидел, как глаза его метнулись к лесу. Среди звуков колокольчиков слышался хруст пробирающегося между деревьев существа.

Марш отпрыгнул, выхватывая меч, как ему показалось, с мучительной медлительностью. Еще до предупреждающего крика Драваша он различил знакомый хруст листьев; разворачиваясь и занося клинок над головой, неуклюже, как железный лом, он увидел, как прижавшийся к земле рашас прыгнул. Клинок со свистом обрушился вниз, круша кости, и огромная когтистая лапа разжалась и сжалась на расстоянии менее чем в ладонь от его лица. Меч чуть не вырвался из рук, когда громадный кот рухнул на землю с раскроенным черепом.

Крики заглушил звон колокольчиков.

Дэйн поднял меч, наступив на голову еще дергающегося рашаса. Появились всадники на животных, похожих не на ганджиров, а скорее на лошадей, только рогатых и с обрезанными хвостами. Предводитель на красном животном остановился рядом с Аратаком и Дравашем, которые остались посреди дороги. Привстав в стременах, он свистнул, подавая пронзительный сложный сигнал; двое из подъехавших всадников пришпорили животных и, съехав с дороги, устремились в джунгли. Дэйн, вытиравший меч о мех рашаса, с изумлением смотрел, как всадники и животные скрывались в этих джунглях, которые представлялись ему непроходимыми из-за переплетения ветвей кустарника и лиан. С полдюжины пеших людей, держа копья наготове, двинулись вслед за двумя всадниками.

Предводитель, поерзав в седле, сверху поглядел на четверку вполне дружелюбно. У него была кожа цвета мореного красного дерева, а черные волосы местами тронула седина. Подбородок порос редкой седой щетиной. На головном уборе высился зеленый плюмаж.

Драваш, ожидавший, пока предводитель распорядится насчет поиска рашасов, наконец заговорил высоким стилем:

— Безопасной дороги и доброй торговли тебе, господин; да охранят твой путь святые и угодники. Мы — путешественники из Райфа, торгуем с теми, кто готов обменять свои прекрасные продукты этой благословенной земли на наши жалкие украшения. Мы отстали от нашего каравана во время стычки с грабителями и блуждали несколько дней в лесу, пока не вышли на эту дорогу. Я — Травааш Эффюим из Борчана, а это мой любимый старший родственник Ааратака из того же города и клана.

Дэйн внимательно прислушивался, стараясь точно запомнить произношение имен Драваша и Аратака в высоком стиле. Вот тут-то, как он понимал, и начиналась подлинная проверка их маскировки. Эти торговцы как раз и были теми людьми, которые заходили на запад дальше других, и вполне возможно, им доводилось встречаться с настоящими выходцами из Райфа, например общаясь на рынках в западных провинциях. И уж они-то могли больше знать о тех полулегендарных землях, чем оседлые жители Раналора.

У Марша напряглись мышцы, когда предводитель каравана устремил на них пристальный взгляд.

— Значит, из Райфа, — сказал он наконец. — Далеко же вас занесло, почтенный, но мы найдем вам место среди нас, и вам, и вашим слугам. И разумеется, — добавил он, переводя взгляд на Дэйна, — мы будем рады иметь в своих рядах вашего телохранителя; он разделался с этим ужасным рашасом с проворством, которое не часто увидишь. Но до нас не доходили слухи о нападении на караван. Где это произошло?

— Увы… — Драваш неопределенно указал куда-то в сторону густых зарослей, через которые они прошли. — Я не могу сказать, поскольку эти места для меня неведомы и все кажутся одинаковыми! Еще ни разу не доводилось мне бывать восточнее Тивилиша! А последний город, через который мы проходили, насколько я помню, назывался Виш… или что-то в этом роде. Не выговорю точно, — закончил он, закатывая глаза. — И в лесах мы блуждаем уже восемь или девять закатов, и я понятия не имею, где мы находимся!

Предводитель каравана задумался.

— Мы уже семь или восемь дней шагаем на запад от Вашилора и двадцать дней на север от Кишлора, — сказал он. — Возможно…

Он замолчал, когда из леса выскочил человек, одетый в короткую голубую накидку, с длинным копьем. За ним вышли еще трое, на которых поверх коротких кожаных юбок были серые куртки, выглядели они наподобие дзюдоистов, как решил Дэйн.

— Впереди бандиты, хозяин, — сказал первый и быстро добавил: — Они никак не связаны с этими людьми. Я думаю, что они нас не заметили; я оставил Одаи и Джандра наблюдать за их лагерем.

Марш услышал позади стук копыт и быстро обернулся, ожидая увидеть банду головорезов, но это был лишь один из всадников, спешащий с докладом.

— Это Джандр, — сказал хозяин каравана, вновь обращаясь к Дравашу. Вам и вашим людям, господин, лучше присоединиться к остальным. Похоже, впереди нас ожидают неприятности. Мой сын покажет вам… — Он привстал в стременах, огляделся и проревел: — Джода! Джода! Ну куда это проклятое звездами отродье опять подевалось? Ну, если он… Джода! — вновь заревел он разгневанно, и тогда заговорил человек в голубой тунике: