Убить Рудольфа
Шрифт:
– Слушай, чел, – сказала Майя, – я вчера из-за вас практически нарвалась на неприятности. Но теперь это уже всё равно. Возьмите меня с собой в Крым, только в один конец. У Эльвиры есть водительские права.
– Правильно. Зачем нам палиться, – буркнул я.
– Черепах, ты не можешь отбиться от этой красотки? – Эльвира неожиданно появилась и вплотную подошла ко мне.
– Я вам не создам проблем никаких, – почти умоляюще глядя в глаза, проговорила Майя.
– Да фиг с тобой. Только давайте так... Эльвира заберет со стоянки свою машину, и мы уберемся отсюда ко всем чертям. План такой: находим забегаловку за МКАДом, заправляемся до краёв бензином и без остановки прём до самого берега чёрного моря.
Так начиналось ещё одно лето.
Крым. Евпатория. Тем же летом.
Начинающая ведьма Лакрима, теперь уже подруга Эльвиры, улыбалась мне. Ни слова в ответ на мой кивок. Глядя на нее, я вдруг ощутил лёгкую тревогу, что может оказаться так, что настоящую её я вижу в последний раз этим вечером. И что мне никогда не вернуть ей радость начала её жизни.
– На Луне есть жизнь, – сказала Лакрима, – Ты знаешь об этом?
– Американские астронавты лицом к лицу столкнулись с непознанным сразу же, как только высадились на поверхность. Есть версия, что они туда и вовсе не летали, – качая головой, сказал я. – Астронавты. Они доставили туда бомбу. И хотели взорвать загадочное строение в лунном кратере.
– Зачем?
– Вероятно, это было секретное задание. Очередной бредовый эксперимент Пентагона. Но бомбу им не удалось взорвать, отказало взрывное устройство. Она осталась лежать на луне. В глубокой древности над Землёй по орбитам двигались три Луны. Две из них искусственного происхождения.
– Как интересно, что было потом?
Усмехаюсь сквозь зубы.
– Одни хорошие инопланетяне с Земли уничтожили базы тёмных гуманоидов, а на Земле произошла глобальная катастрофа. После чего по совершенно круглой орбите земли двигается одна лишь Луна. Вероятнее всего, что спутник Земли тоже искусственного происхождения. – Мне представилась бомба, как она лежит на боку посреди лунной пыли, и пыль заносит её, убирая след преступления землян.
– А почему тебе интересны эти гипотезы? То ли дело мы, ведьмы, сверяем свои магические часы с фазой луны. Как можно доверять тому, что слышишь со стороны?
– В настоящее время дезинформации больше, чем фактов. Факты умышленно фальсифицируются в пользу тайных организаций. Такие есть и у нас, и в Америке, и в Японии, – я снова посмотрел на Лакриму. – Красивая ты, и губы у тебя чувственные.
– Но ты же меня мало знаешь?
– Придёт время, узнаю. Расскажи мне про твою дочь.
– Дашка умерла...
– Несчастный случай?
– Ей было 3 года. Всего 3... В один из вечеров я вошла к ней в детскую. Она сидела за столиком и держала в руках своего любимого медвежонка. Она его укачивала и при этом вся мелко дрожала. Я насторожилась и задала вопрос, что с ней. Сначала она просто молчала, я положила руку ей на плечико и снова повторила вопрос. «Комп» был включен, на экране монитора застыл персонаж из японского мультфильма. Я даже не сразу поняла, что дело именно в этом мультике, а потом Дашка сама заговорила. Она спросила: «Я когда-нибудь умру, мама?»
– Ты нашла, как ей ответить?
– Конечно. Мы начали играть с медвежонком. А потом она неожиданно посмотрела прямо мне в глаза. И это были не детские, не её искристые глаза. Она сказала, что в мультфильме живёт страшный робот, который хочет её убить. Он охотится на неё.
Я припомнил, как по всему миру прокатилась загадочная череда детских смертей. Врачи ВОЗ забили тревогу, когда выяснилось, что члены секты «Аум Синрикё» проникли через своих людей в производство мультфильмов и заложили разрушительные программы в самих персонажей.
–Майя, если бы ты сразу отвела Дашу к психотерапевту, возможно, её удалось бы спасти.
– Послушай, Олег, с того дня, как Дашкин папа, мой сожитель, нас бросил, доверие ушло из нашего дома. Мне не хотелось ничего делать, не хотелось дарить тепло своим близким. А как мне было поступить? Как вернуть любовь, если она утонула в литрах водки этого сумасброда? Дашка умерла в больнице через полгода. Врачи так и не смогли точно поставить диагноз. Они наугад пичкали ребёнка лекарствами, от которых ей становилось всё хуже.
– Мне искренне жаль, Майя.
Её рассказ как откровение мне, малознакомому человеку. Далеко не каждый способен впустить в свою душу.
Я зачем-то подумал про конспиролога Дэйча, как он в одиночестве сидит на своей подмосковной даче и раскладывает карточный пасьянс. Мне вспомнился бесшабашный Макс Клоп – поэт, а ещё Тата и Тигра, и Светка, а также многочисленные знакомые и приятели. Для всех нас я бы накрыл стол на другом берегу реки с самыми лучшими блюдами и выпивкой. И так мы сидели бы три дня и три ночи. А я бы играл мои песни, врачуя их души. Скажите мне: разве не в этом СУДЬБА МУЗЫКАНТА?
ЧАСТЬ ЧЕТВЕРТАЯ