Чтение онлайн

До вечера Дмитрий разбирался с гражданами. Одного мужика вчера ограбили, был пьян, ничего не помнит, но «02» позвонил как положено, когда протрезвел. У молодой мамашки на рынке мобильник украли из кармана. Чтобы занять пятилетнего карапуза вместо запрошенного пистолета, Дмитрий дал ему альбом с фотографиями жуликов. Пока мальчуган рассматривал отвратительные рожи, опросил мамашку, принял заявление. Мужчине, который сам пришел, объяснил бесперспективность поиска его навигатора.

– Другое дело, если бы машина застрахована была, тогда хотя бы за стекло возместили. А так только время потратите. – Убеждал Дмитрий. Сознание грубой реальности и корпоративность перевешивали стыд перед просившим помощи человеком.

Потом был выезд на грабеж, потом еще на один. По заведенному порядку человека надо опросить, принять заявление, составить план, только после этого передать для допроса Фоминой. И вот тогда гражданин уже переходит в ранг потерпевшего. Следственные действия и осмотр места происшествия экспертом по времени длятся много дольше оперативных мероприятий, когда нет зацепок и свидетелей. К удовольствию дежурного Дмитрий на место выезжал на своей десятке.

В 11 вечера Леваньков позвонил и обрадовал:

– По адресу Матросова, 21-17 квартирную кражу заявили, следователь еще на грабеже, позже привезем.

Все, как всегда – муж с женой приехали с дачи, дверь открыта, к замку в железной двери подобран ключ, внутренняя деревянная дверь выбита.

– Я на кухне в вазочке миллион рублей хранил – премию за тот год дали. – Муж уже успел залить горе, дышал на Дмитрия коньячным выхлопом на лестничной площадке.

– На новую квартиру копили.

Хорошо получают в нефтяной компании.

Жена держалась лучше.

– Есть какие-нибудь шансы найти?

«Какие шансы! Не раскрываются у нас квартирные кражи по-честному! Потому что ими грузинские группировки или еще какие гастролеры занимаются, а мы потом местного наркомана какого-нибудь за дозу загрузим и всем хорошо. Кроме потерпевших, конечно». Всего этого Дмитрий не сказал.

– Шанс, конечно, есть. Бывает, что и похищенное возвращаем. – сказал Дмитрий.

– Вы пока в квартиру не заходите, сейчас собаку привезут. Кто из вас заявление писать будет?

Коротко опросив супругов, Дмитрий провел поквартирный обход в подъезде. Дом – пятиэтажная хрущовка, по 4 квартиры на этаже. Как всегда: через дверь - «какая полиция, мы не вызывали», а те кто открывает, интересуется, у кого украли, а затем – «мы ничего не видели, ничего не знаем».

Привезли собаку. Старая овчарка понюхала воздух в квартире, утянула девушку-кинолога на улицу.

«СРС «Фина» дошла до угла дома со стороны последнего подъезда, вышла на дорогу, ведущую к проезжей части ул. Александра Матросова, где работу закончила». Ясное дело, квартирники не пешком передвигаются.

– Распишитесь в акте, товарищ капитан. – Девушка в мешковатом камуфляже похлопала ресницами. Забрала копию, скокетничала:

– До связи.

Номер телефона Дмитрий спрашивать не стал – молодая больно, но настроение поднялось, шутливо попрощался с кавказским акцентом:

– Давай, до свиданья!

При дежурной части один автомобиль, который возит следственно-оперативную группу на все происшествия. Круглые коленки Фоминой сверкнули в проеме двери лишь в первом часу ночи.

Дмитрий помог выбраться из машины, спросил:

– Чего так долго?

Лучше бы не спрашивал. Вполне объяснимая реакция.

– Я сегодня еще не присела, Кабанов! – Заквакала труженица.

Никак стоя допрашивала, про себя улыбнулся опер.

– Сколько можно мне баранок подсовывать! Дознавалка вон целый день сидит, никуда не выезжала даже.

Как будто это Кабанов насовершал все преступления и ни одного малозначительного.

Пока эксперт делала свое дело, Дмитрий обрисовал ситуацию, передал опросы, рапорта.

– Мария, мне здесь делать нечего, поеду справки печатать.

До отдела не доехал.

– Дмитрий, с кражей закончил? – Звонил уже Смирнов. Красавец – не начинал с истерично-требовательного «Ты где?»

– Ножевое заявляют, сгоняй, посмотри. Здесь не далеко, адрес проспект Кирова 80, квартира 9.

Подруливая к старой двухэтажке, Кабанов уже представлял себе картину. Квартира коммунальная или соседи более чем дружат семьями. Гужбанили с вечера, стакан не поделили или еще в каких культурных вопросах не сошлись, слово за словом, ножом по столу… Бытовуха.

У подъезда «скорая», водитель равнодушно дымит в окно.

– Давно приехали?

– Минут пять.

С папкой наперевес Дмитрий пошел на адрес. На первом этаже светятся два окна, внизу поблескивают осколки. В подъезде пахнет кошками, опер подсветил телефоном – крови на площадке вроде нет. На звонок открыла фельдшер. В коридоре ступить некуда. С плачем и визгами бегают две тетки лет по 30, в углу сухонькая старушка памятником в грязной сорочке, в центре на одеяле хрипит жилистый мужик. Пачкая колени кровью, врач пытается убрать татуированные руки с живота.

– Тихо, тихо, родной.- Врач, сразу видно дядька опытный, посмотрел на рану, нахмурился.

– Лена, дай два кубика промедола и позови водителя.

С другого конца коридора на свет выскочил белобрысый парень лет 25, мятая майка болтается на широких плечах, темные джинсы, шлепанцы. Увидев полицейского, закричал:

– Серегу зарезали!

– Тихо, тихо, родной. – Повторил за доктором Дмитрий. – Ты кто такой?

Какой там тихо! Женские визги со всех углов, раненый стонет, белобрысый орет, и среди этой какафонии ноль полезной информации.