Чтение онлайн

Однако береженого Бог бережет. Я загодя рассовал по карманам своего сногсшибательного пиджака с глазами кастет и баллончик с нервно-паралитическим газом. То есть я надеялся, что меня просто выкинут, однако если захотят продолжить на улице, то можно будет попробовать отбиться. Когда-то я славно умел пользоваться кастетом. А уж баллончик – святое дело против насильников. Многие почему-то полагают, что если у меня самая крутая задница во всей Москве, ее можно использовать не по прямому назначению. Не выйдет, господа хорошие! Не удастся. Я вам не Соколиный Глаз, да и мы, к счастью, не на свалке в Колорадо-Спрингс. Фердинанд Изюмов есть всенародное достояние и не принадлежит, кроме себя, никому конкретно.

Я еще немного повертелся перед зеркалом, потом завтрашний костюм отложил в сторону, а остальное спрятал. Времени до завтра было вагон. Что, интересно, у нас сегодня по ТиВи? Я заглянул в программу. Ну… ну, вот хотя бы «Лицом к лицу». Бенефис господина Полковникова. Забавная передачка, если бы господин Полковников поменьше выпендривался. Брал бы пример, скажем, с меня.

Телевизор включился и сразу заорал, засверкал разными цветами – как всегда, передавали идиотскую рекламу мороженого «Кактус». Я отвлекся и даже не заметил, как кактусов сменила дикторша. Участливым голосом, как говорят с тяжелобольными, она стала что-то вещать. Я въехал только на середине и тут же обиделся. Ну вот, стоило европейскому писателю Изюмову собраться посмотреть ваше паршивое ТиВи, как вы тут же объявляете, что «Лицом к лицу» переносится и все мы должны с радостью глядеть на «Выстрелы в Далласе». Да видел я ваши «Выстрелы»… еще в Париже три года назад. Обычный и притом плохо снятый кунштюк про убийство Кеннеди. И Освальд был редкой дубиной, и режиссер фильма не умнее. Им надо было пригласить в консультанты меня. Если бы я захотел убить Президента, я бы все сделал не так и лучше. Гораздо лучше.

– Максик, мне нужно с тобой поговорить, – сказала Ленка, пока я приканчивал миску с макаронами. Чаем, как известно, сыт не будешь, даже если чай из самой Малайзии.

– М-м-м… – сердито промычал я, что означало: «Дай человеку спокойно поесть!»

– Макс, скажи мне, как у нас в семье с деньгами? – не отставала моя верная женушка.

Я очистил миску, наконец, и ответил:

– С деньгами, у нас, Ленок, хорошо. Вот без денег плохо.

– Максим, ну я серьезно!

Я внимательно поглядел на Ленку. Похоже, она действительно говорила серьезно. Кажется, наступала Пора Большой Покупки. Примерно раз в три месяца моя супруга заявляла мне, что прохудились мои ботинки. Или что пиджак приказал долго жить. Или что мы никак не сможем обойтись без четырехтомника Юкио Мисимы.

– Деньги у нас есть, Елена Сергеевна, – сообщил я веско, как и подобает главе семейства. – Остались еще от премии. Помнишь, на прошлой неделе было у нас кое-какое дельце, после которого начальство раздавало правительственные награды? Я тогда как раз удачно взял деньгами.

– Вот и отлично, – сказала Ленка. – Я как раз сегодня тоже получила неожиданную премию. Не пропадем.

– Это ты к чему? – спросил я встревоженно. Кажется, дело было отнюдь не в Большой Покупке. – Что-нибудь случилось? Родители?…

– Нет-нет, – успокоила меня Ленка. – Я просто сегодня ушла из своей газеты и некоторое время посижу, если ты не возражаешь, на твоем иждивении.

– Очень хорошо! – сказал я совершенно искренне. Теперь я был уверен, что к моей последующей просьбе жена отнесется куда спокойнее, чем обычно. – Это весьма кстати, Ленок. С завтрашнего утра ты вместе с дочкой отправишься погостить к Володе. Буквально дня на два или на три. Сиди там и носа не высовывай. Даже в магазин не ходи. Поняла?

Это мудрое решение я принял, пока ехал из МУРа домой. Что-то мне не нравилось, с какой легкостью три сегодняшних мордоворота вычислили мою принадлежность к ФСК.

– Так точно, – сказала Ленка, изобразив левой рукой некоторое подобие пилотки на голове, а правой отдавая мне честь. – Слушаюсь, товарищ капитан.

К счастью, Ленка уже знала: есть в моей работе вещи, с которыми просто следует смириться. Мне уже пару раз приходилось спроваживать маму с дочкой из дому. Один раз – еще в самом начале моей лубянской карьеры, когда за нашу группу очень плотно взялись люди Худайбердыева. Мы тогда довольно удачно конфисковали два их транспорта с анашой, и сам Усман-ага приехал в столицу разбираться. Вторично я вынужден был на время выселять из квартиры женскую половину семейства, когда черемушкинская автомобильная кодла стала стремительно наезжать на нас, в самом буквальном смысле этого слова наезжать.

– Поживешь у Разиных, отдохнешь. Книжечки почитаешь, – сказал я, чувствуя в своем голосе просительные интонации. Володя Разин – мой двоюродный брат, и его библиотека шпионского романа, говорят, – сегодня лучшая в Москве. Я отыскал там даже биографию Лоуренса Аравийского, выпущенную Издательством Наркомата обороны в 1939 году и тут же изъятую из обращения.

– Что случилось-то? – спросила Ленка. – Объявился сексуальный маньяк, который преследует жен всех капитанов ФСК?

– Вот-вот, – кивнул я. – Что-то вроде того.

Если честно, я и сам не знал толком, что могло случиться. Но внутреннему голосу нужно верить. В этом убедила моя не очень долгая оперативная работа. Пусть Ленка лучше будет пока подальше от меня.

– Кстати, а что это вдруг так стремительно решила уйти? – поинтересовался я, когда вечерний кофе был выпит и я порадовался семейной идиллии: восемь часов вечера на дворе, а вся наша семья уже в сборе. – Нет, я не против. Но ты ведь говорила, что уволишься оттуда, как только подыщешь новое место.

– Осточертело, – односложно выразилась супруга, и мне пришлось потратить немало сил на уговоры, прежде чем она рассказала мне историю глубокого и окончательного морального падения Виктора Ноевича Морозова.

История, что ни говори, тягостная. Когда Ленка пришла в «Свободную газету», та еще соответствовала своему названию. Но уже ненадолго…

– Какая, кстати, Лера Старосельская? – без всякой задней мысли уточнил я. – Та самая, полная, из Демократического Альянса?

– Точно, она, единственная и неповторимая. Валерия из ДА.

В моих мозгах что-то мгновенно щелкнуло.

– Постой-постой? – заторопился я. – Откуда Валерия, ты говоришь?

Ленка непонимающе уставилась на меня:

– Ну, из Дем.Альянса же. Сокращенно ДА.

Бог ты мой, подумал я с чувством глубокого, раскаяния. Какой же ты кретин, Макс! Вообразил, что Д. и А. – это инициалы, отчество и фамилия загадочного Андра. А это ведь наверняка именно партийное сокращение! И фигура Леры выходит очень подходящей. Бомбистка-революционерка, готовый кадр для теракта.