Убить меня
Шрифт:
– Бедняга! – вырвалось у Эльжбеты Гонсовской. – Мало того, что всю жизнь другими прикидывался, так еще и отпечатки пальцев менял.
– Вот именно! – подхватил Гурский. – И для всех этих преображений ему нужна была надежная крыша. Тот самый дом в Челси, доставшийся по наследству… да какое там наследство! Разумеется, и здесь все было тщательнейшим образом сфальсифицировано, комар носу не подточит. У него было все подготовлено для того, чтобы уйти на покой, – дом, настоящий паспорт, настоящие права на машину, все документы, подтверждающие его безупречное прошлое. И этот дом в Англии разоблачил его! Чего там только не было! Маски, парики, волосы, бороды и усы, материалы самого разного предназначения, контактные линзы – словом, все последние изобретения науки и техники вплоть до искусственной кожи. Но главное – настоящие отпечатки пальцев.
– Так Эву Томпкинс он знал раньше?
Разумеется. Он все про нее разнюхал. К тому же Эва любила поболтать по телефону, выйдя на террасу. А преступник на слух не жаловался, да и польский знал в совершенстве. Так что очень скоро был в курсе самых интимных подробностей ее жизни. В том числе и романа с Марселем Ляпуэном.
– Эва говорит, что видела его только однажды, – заметила я.
– Она видела его много раз, только не узнавала, – поправил меня Роберт.
– А раскрылось все из-за щенков? – с улыбкой спросила Мартуся. – Милые крошки.
– Из-за них. Ну, кажется, теперь вы знаете все.
– Не совсем, – возразил Витек. – На кой черт ему понадобилась такая сложная свистопляска с машинами? Не мог просто увести любую, а потом бросить где попало?
– Не мог. Ему была необходима уверенность, что машины сразу не хватятся. И потом, Мейер давно привык выстраивать сложные комбинации. Думаю, он получал от таких многоходовок наслаждение, подобно гроссмейстеру от утонченных ходов. Он был своего рода художником от криминала. И если бы не пани Иоанна, то и на этот раз его планы завершились бы успехом.
Ага, – согласилась я, довольная до смерти, – это я доставила ему большую часть неприятностей. Сначала увидела его на стоянке, куда он привез труп, потом опознала на пляже, ну и наконец, посоветовала Эве привлечь к этому делу смекалистого Бартлетта. Не будь меня, этот несчастный злодей и убивец, этот талантливый махинатор жил бы себе на свободе и процветал. Мне его немножко жалко даже, но убивать людей все же нехорошо…
– И Ядю в это дело пани Иоанна вмешала, – недовольно заметила Гонсовская. Ха, спохватилась!
– Ну и что? Преступник уже пойман, а действовал он в одиночку, не мафия ведь, – успокоил Гурский мамашу.
Я же поспешила перевести разговор на более приятную тему:
– Но теперь вы убедились, дорогая, что роман с английским полицейским оказался очень приятным во всех отношениях. Лучше скажите, когда свадьба?
– Так пани уже знает? – расплылась в улыбке Гонсовская. – Сразу после Нового года. Мы, наверное, все туда поедем…