Чтение онлайн

– Додельцев. Капитан госбезопасности.

– Точно, Додельцев. Не родственник того Додельцева из МГИМО? Нет? Ясно. А зовут вас Олегом? Я знаю про вас, меня проинформировали. Вы здесь по приказу…

– …Степанова, генерала Степанова, Михаил Сергеевич.

– Андрей Васильевич – государственный человек. Действуйте, капитан… – Горбачев поднялся. – Впрочем, погодите. – Казалось, президент колеблется. – А, была не была, все равно минута ничего не меняет, верно, Додельцев? Я поднимусь к своим, скажу, чтоб не волновались. А вы меня подождите пока здесь, водички попейте, если хотите.

Горбачев вернулся в сопровождении зятя. Олег пытался вспомнить, как его зовут… Александр, Анатолий? Не вспомнил. Бросив на капитана пристальный взгляд, зять что-то прошептал на ухо президенту.

– Хорошо, – кивнул в ответ Горбачев, – дайте и нам копию пленки. С собой заберем.

– Извините, Михаил Сергеевич, может, не стоит рисковать? Там ведь изложена ваша позиция. А что, если она будет понятна чрезвычайке раньше времени?

– Знаешь, дорогой мой, – Горбачев усмехнулся, – бояться мне уже нечего. Так что дай нам кассету.

– Михаил Сергеевич, вам необходимо переодеться в форму полковника пограничных войск. И еще… – Олег достал из сумки предмет, похожий на противогаз. – И еще надо бы вот эту масочку надеть.

Горбачев рассмеялся. Он выглядел и действовал столь уверенно, что не будь Олег частью системы, главной привилегией которой является знание истинного положения вещей, он бы подумал, что именно Горбачев и никто больше дирижирует всем этим политическим оркестром.

– Капитан, вы смеетесь надо мной? Я уже не в том возрасте, чтобы играть в войнушку или в детективы. – Подавайте машину к подъезду! Давайте просто сядем в нее и поедем. Уверяю вас, все будет хорошо.

* * *

На КПП объекта «Заря» адъютант Генералова передал охране неожиданный и непонятный приказ: выезду «первого лица» с территории не препятствовать.

Выйдя из здания на крыльцо, Горбачев и Олег лицом к лицу столкнулись с майором Черняевым. Чуть поодаль топтались трое оперативников.

Недолго думая, Олег повторил экзекуцию, устроенную им Черняеву полчаса назад. Но на этот раз жертвой стало не левое, а правое ухо коллеги. Пока Черняев, чертыхаясь, справлялся с удивлением и болью, Олег начал работу с личным составом. Главное, не ослаблять напор и никому не давать повода усомниться в своей правоте.

– Коллеги, как только этот очнется, приказываю взять его под стражу, держать под замком, глаз с него не спускать. Если кто будет вести с ним беседы, сразу окажется рядом и в наручниках. А пока вы думаете, поройтесь у него в карманах, может, чего ценного найдете. Необходимо усилить охрану объекта со стороны границы. Есть информация о планах иностранных спецслужб по похищению президента СССР.

Не дожидаясь реакции ошарашенных оперативников, Олег кивнул старшему лейтенанту Звереву, который как бы между прочим оказался между Олегом и пришедшими вместе с Черняевым.

Олег и его спутник быстрым шагом направились к парковке.

– Секундочку! Будьте добры, подождите! – раздался сзади окрик.

Делая вид, что не слышит, Олег ускорил шаг. Они сели в «волгу», но оперативники блокировали машину. У одного из них в руках была рация. В этот самый миг на стоянке появился старший лейтенант Зверев.

– Не двигаться, – велел он, и все увидели в его руке «ПМ». – Рацию не трогать. Тут дело государственной важности. Ребята, я же свой, послушайте меня: помешаете им – головы потеряете.

Олег включил зажигание, и «волга» зашуршала шинами по дорожке, ведущей в сторону КПП. В зеркало заднего вида он наблюдал растерявшихся офицеров охраны и бледного Зверева.

– Эх, парень! – вырвалось у него. – «Героя» тебе все равно не видать.

Президент в напряжении вжимался в пассажирское сидение. Уверенность, которую он демонстрировал в доме перед самым выездом, похоже, сменилась растерянностью и страхом.

У КПП Олег показал свое удостоверение. Прапорщик отправился к будке. Охранник, заметив разрешающий жест, отодвинул ленту с металлическими шипами, ворота открылись.

Путь был свободен.

«Не понял…» – пронеслось в голове.

«Волга» выехала на шоссе. Дальше все вышло так, как и планировалось в Москве, на совещании у Степанова. Проехав полкилометра, они остановились и спешно пересели в красную «шестерку», припаркованную у обочины. За руль «волги» тут же сел невесть откуда взявшийся человек в сером финском плаще, и машина умчалась в сторону Алупки. «Шестеркой» управлял крепко сложенный парень с бычьей шеей. Они промчались по Форосу, по улице, где над кипарисами возвышались вновь выстроенные многоэтажки, свернули на грунтовку, что вела к морю, и вновь остановились.

– В багажнике два вещмешка, палатка и… гитара, – сообщил водитель.

– Спасибо вам, товарищ, – произнес Горбачев.

Они вышли, забрали вещи. «Шестерка» умчалась в сторону трассы.

Пока все шло по плану.

Пройдя с километр, они остановились возле массивных металлических ворот с красными звездами.

– Это пограничная застава, – прошептал Олег. – Недалеко отсюда надо разбить лагерь.

Горбачев в недоумении взглянул на своего «спасителя».

– Пограничники на стороне ГКЧП, – заметил он. – Вас это не смущает? Меня, например, смущает очень.

– Не беспокойтесь. Если хочешь спрятаться от кого-то, прячься у него под носом. А лучше – прямо на носу. Нас будут искать… Если нас будут искать, то в аэропорту, на трассах, но только не на пляже. Будьте добры, дайте мне ваш вещмешок, я понесу. Буду вашим педагогом.

– Почему «педагогом»? А, ну да, конечно. Вы изучали римскую историю?

– Никак нет. Запомнил некоторые любопытные моменты из лекций. А до того я ведь не знал, что педагогами называли рабов, которые сопровождали детей патрициев и носили за ними их вещи.