Убить гения

– Черт! Черт! Черт!!! – взвыл от головной боли Мирон.

С трудом контролируя пальцы, он снял шлем и опустил его на пол. Ощущение, что тебе на голову надели металлическое ведро и со всего маху треснули по нему молотком. Но и это, пожалуй, были бы цветочками по сравнению с тем, что он испытывал.

– Черт!!!

Тонкие иглы изнутри пронизывали черепную коробку. От нестерпимой боли слезы потекли из глаз. Еще полчаса назад он пришел к Стасу, давно уже обещал.

– Я сейчас, быстро.

– Стой, ты куда? А я?

– Сиди тут, вон телек, книги. Забыл, надо ребенка забрать из садика. Я быстро.

– Ну ладно, – только и успел сказать Мирон, как дверь захлопнулась.

Со Стасом он знаком еще со школьной поры, познакомились в шахматном кружке. Тот не любил людей, смотрел на них как на прокаженных, с которыми приходилось сосуществовать. А вот с Мироном Стас подружился, может, потому, что тот хорошо играл в шахматы и так же как Стас предпочитал молчать.

– Так и что мне теперь делать? По телеку все одно и то же, уже утром посмотрел. Кажется, самолет в Турции упал и опять в Китае вирус обнаружился. Откуда они их берут? Точно из своих лабораторий, а иначе как же.

Мирон сел на диван, покрутил головой. На нем был шлем от ИБС (индивидуальный блок связи). У него он тоже был, но уже как полгода сломался, а денег на ремонт было жалко. Лампочки на пульте подмигивали.

– Не выключил, вот растяпа, время же тикает, – сказал вслух Мирон и взял в руки шлем. – У… Новая модель.

Вот уже как лет сорок каждому совершеннолетнему гражданину вшивался под затылочную часть головы микрочип ИНЧ (индификационный номер человека). Он же паспорт, он же кодировщик ко всем твоим паролям, он же и золотой ключик, который открывает почти все двери. Первое время их взламывали, воровали, выводили из строя. Но после изобретения искусственных нервов ИНЧ стал подключаться к нервной системе головы. Нет, он не управлял человеком, но теперь после смерти чип просто перегорал, поэтому их стало невозможно воровать и отключить.

Мирона наличие ИНЧ не волновало, а даже наоборот, он видел в нем большие плюсы. А после того как был создан Врадж (искусственный цифровой мир), через шлем ИБС можно было подключится и попасть в удивительный мир. Мирон потратил трехмесячную получку на шлем. Первое время зависал, но после понял, что этот цифровой наркотик его интересовал больше, чем реальность. С трудом ему удалось отключиться. Но разве наркоманы бывают бывшими? Придя к Стасу и увидев включенный ИБС, он не удержался.

– Пару минут, посмотрим, что там изменилось?

Врадж имел множество условностей. Да, это цифровой мир, придуманный человеком, но через чип ИНЧ он подключался к сознанию человека и, уже обрабатывая воспоминания, он дорисовывал картину мира Врадж. Первые миры были сказочными, нереальными, яркими, в них было интересно находиться, но все быстро приедалось. И тогда внесли поправки, отсканировали города, и это уже было что-то. Да, всего пару кварталов, но они стали реальностью. А после цифровой мир стал расти и расти. Появились новые кварталы, целые страны, новые виды животных и людей, и новые способности.

Вот тогда Мирон и подсел на этот электронный вирус. Как только приходил с работы, перекусит, и сразу шлем на голову. Врадж старался копировать хорошую часть реального мира, но сами пользователи (операторы) вносили в него свой негатив. Но это было не страшно, ведь если на тебя нападут на улице, это проблема, а во Врадж ты мой выйти в любую секунду. Да и что они тебе могут сделать? Ничего! Но разработчики постарались, и чтобы ты не вываливался, каждому изначально давали баллы в размер 1000. Это не деньги, а твой рейтинг. Сразу наивысший, а после как получится. Начнешь терять баллы и уже не сможешь войти в таверну, у тебя не та одежда, лицо не побрито. Не сможешь взять машину. И вообще, чем ниже рейтинг, тем тяжелее выживать. Вот и вкалывали люди как в реальном мире, так и в цифровом.

– Только одним глазком взгляну и все, – сказал себе Мирон и нажал на кнопку активации.

В голове словно взорвалась бомба, в ушах все зазвенело, а пол под ногами зашатался. Но он за эти доли секунд успел увидеть голубое небо и услышать пение птиц. Эх, как приятно полежать на траве и вдохнуть глоток чистого воздуха. Но эта боль его изводила, он еще какое-то время корчился на полу, а после почувствовал, что ему кто-то сует стакан с водой. Жадно выпив всю воду, Мирон посмотрел на Стаса.

– Ты уже пришел?

– Идиот! Ты хочешь мозги спалить. Это же новый интерфейс, он индивидуальный, разве не слышал?

– Помоги встать.

Мирон сел обратно на диван, в голове стало проясняться, увидел испуганную девочку, что стояла в коридоре. Опять услышал голос друга, который совал ему в рот какую-то таблетку.

– Глотай, поможет.

– Извини, не удержался. Ты же знаешь меня. Хотелось только еще раз взглянуть.

– Да я дал бы тебе посмотреть, только надо блокировку снять. Вот, всего одна кнопка и ключ активации. Сиди, сейчас подогрею чаю и полегчает.

После школы Мирон поступил в институт. Потом закончил его. Были перспективы, но в голове все заискрилось, словно замкнуло, и на том его карьера остановилась. Теперь он работал учителем математики, но кому в школе нужна математика, когда все в цифре. Он только заканчивал писать пример на доске, а ему уже говорили ответ. Камеры везде: в телефоне, очках. Некоторые ученики умудрялись установить их в глазное яблоко, словно по-другому жить уже никак нельзя. ИНЧ связывался с ближайшим источником связи, обычно это телефон или планшет, и все, задание решено.