Убить, чтобы остаться
Шрифт:
– Я перестал платить, и он начал убивать, чтобы запугать меня, - лицо Джонни посерело.
– Нет, Джонни. Меня насторожила смерть Маршалла, голливудского полицейского. Он не участвовал в вечеринке. Как мог узнать о нем Хэдман? Только в том случае, если Маршалл сам рассказал ему обо всем. Уже тогда я начал сомневаться в виновности Хэдмана. Подсвечник убедил меня, что он ни при чем.
– О чем ты?
– Каково тебе было, Джонни? Ты платил и платил, а потом перестал выступать. Эстрада значила для тебя все. Каждый день без сцены превращался в пытку. И тут появилась возможность выступить в "Гарден". Ты получил шанс начать все заново. Но едва пресса сообщила о предстоящем концерте, как объявился шантажист, все тот же Хэдман. И тут, мой бедный друг, ты сорвался. Мысль о Хэдмане даже не приходила тебе в голову." Ты решил, что шантажист - один из четверых, кто знал правду о Беверли Трент: Маршалл, Сэйбол, Либман или бедняга Эдди Уизмер. Ты не знал, кто из них Иуда. И решил убить всех четверых.
Джонни залпом выпил виски, дрожащей рукой снова наполнил стакан.
– Первые три убийства ты тщательно продумал. Только не мог заставить себя поверить, что шантажист - Эдди. Но трое умерли, а тебе позвонили в очередной раз. Поэтому ты решил, что наконец-то нашел своего врага. А я...
– Квист помолчал.
– Я ускорил его смерть, предложив уехать. Отпустить его ты не мог. И убил его ударом подсвечника, а потом преспокойно уехал к Мэриан. Я-то не мог понять, почему убийца пришел с пустыми руками. В действительности никто не приходил, ты все время был в номере. И тебе хватило времени, чтобы найти способ избавиться от Эдди. Он ведь умолял не убивать его, Джонни? Он же говорил, что любит тебя? Он же отрицал, что предал тебя?
– Бедняжка, - вздохнул Джонни.
– Я думал, это он. Он и никто другой.
Квист оперся о спинку кресла. Хэдман, никого не убив, принес смерть шестерым. В том числе и Джонни.
Мгновение спустя Квист смотрел в дуло пистолета.
– Это твоя игрушка, дружище. И ты знаешь, что может произойти.
– Неужели тебе это так легко, Джонни? Убивать и убивать.
– Ты не оставляешь мне другого выхода, - лицо Джонни блестело от пота.
– Я не собираюсь ни в чем признаваться. Я не, хочу идти под суд. Я должен выбраться отсюда и хорошенько все обдумать. Если ты попытаешься остановить меня, я выстрелю.
– Тебе не уйти, Джонни.
– Не испытывай моего терпения, Квист.
– Бросьте оружие, Сэндз, - раздался резкий голос. Джонни вздрогнул. Квист швырнул в него кресло, а сам бросился на пол. Раздался выстрел, второй...
Квист встал. Один из людей Кривича заламывал руки Сэндзу. Второй спускался по лестнице в сопровождении Лидии.
– Я передумала и не пошла домой, - по лицу Лидии катились слезы.
– По твоему голосу я поняла: что-то не так.
– Глупышка, - Квист обнял Лидию.
– Я подслушивала.
– Тебя плохо воспитывали в детстве.
– Когда ты начал выводить его на чистую воду, я обратилась к людям Кривича. Одному дала ключ от входной двери, другому - от черного входа... Бедный Джонни!
Джонни Сэндз вышел, не оглянувшись. Его запястья сковывали наручники. Золотая труба отыграла свое...