Ты только мой...
Шрифт:
– Я сделал больно?..
– Мне вовсе не больно, – отрезала она. – Я просто… знаешь, я терпеть не могу суетиться по пустякам. Если… если моя рука в порядке, просто так и скажи.
– Пока все нормально. Мы оставим ее незабинтованной. Разумеется, ты не сможешь действовать ею еще несколько дней, но…
Изабелла отодвинула стул и встала.
– Будь уверен, что я запомню твой совет. А теперь, если это все…
– Тебе придется быть очень осторожной. – Брэд поднялся на ноги. – Если ты будешь работать этой рукой, Изабелла…
– Я не собираюсь работать ею.
– И правильно. Хотя сиделка все равно не позволит, даже если ты захочешь.
– Сиделка? Какая еще сиделка?
– У тебя есть телефонный справочник?
– Черт возьми, Брэд, к чему ты клонишь?
– Но ты же не можешь оставаться одна в таком состоянии. А Нэнси больна.
– И что? – Изабелла натянула покрывало на правое плечо, сердито глядя на него.
– А то, – продолжал он, слегка улыбнувшись, – что я собираюсь позвонить в бюро и нанять кого-нибудь на несколько дней.
– Ни за что!
– Изабелла, не упрямься. Мы же договорились, пока рука не подживет, ты себя не обслуживаешь.
– Но мы же не договаривались, что я нуждаюсь в няньке!
– Что за чушь! Я просто стараюсь, чтобы…
– Ты просто так устроен, не правда ли? Как только тебе предоставляется возможность, ты тут же начинаешь командовать.
– Изабелла, не будь дурочкой!
Она вызывающе вскинула голову.
– Всего хорошего, Брэд. Еще раз спасибо тебе за помощь. Я позвоню, если что.
Брэд посмотрел на нее долгим взглядом. Потом расхохотался.
– Ты позвонишь? Вы забыли, что наши роли переменились, леди. Это я буду звонить, когда мне понадобиться какой-нибудь документ или отчет из той каморки, которую ты называешь своим кабинетом.
– Благодарю за напоминание, что отныне я только ваша служащая, мистер Джонсон. Не беспокойтесь. Вы получите все, что захотите и когда захотите.
Брэд прошел через кухню и выглянул на задний двор. Тостер лежал там, куда он его бросил, почерневший и обгорелый. Он повернулся к Изабелле, которая смотрела на него с такой надменностью, на которую только была способна.
– А как? – спросил он, изобразив сладкую улыбку на лице и сунув руки в карманы джинсов. – Каким образом я получу то, что захочу? Нэнси ведь больна.
Она и забыла, что у Нэнси грипп. Но не сказала этого, а лишь беззаботно пожала плечами.
– Я это устрою.
– Как? – повторил он. – Ты хоть можешь представить себе, каким образом ты собираешься сама одеваться, мыться, готовить еду, работать? К тому же я не думаю, что твой автомобиль ездит сам собой.
Изабелла снова вспыхнула.
– Полагаю, что ты дошел до сути.
До сути, подумал он и взглянул на нее. Что еще за чертова суть? Давно пора было положить конец этой игре, этому ее блефу и потребовать доказательств предполагаемого словесного соглашения между ее отцом и его, чтобы вслед за тем убраться отсюда, предоставив штатным юристам «Джонсон энтерпрайзис» делать остальную работу, но… но…
– Вот в этом и суть, – сказал он, бесцеремонно беря ее за локоть и ведя к лестнице. Изабелла пыталась высвободиться, но он держал ее так крепко, что у нее не было выбора, кроме того, чтобы позволить вести себя вверх по ступенькам. – Ты права: совершенная чушь – нанимать для тебя сиделку.
Они достигли площадки, и он повел ее к спальне.
– Ну вот, – ехидно сказала она, – наконец-то к тебе вернулся здравый смысл. Разумеется, это была чушь. Я не нуждаюсь в сиделке.
– Вот именно. В чем ты нуждаешься, так это находиться в положении, которое устроило бы нас обоих.
– Я согласна. Только… – Она повернулась к нему, словно заподозрив в его словах подвох. – Что ты имеешь в виду под словами «устроило бы нас обоих»?
Брэд распахнул дверцы ее платяного шкафа и оглядел его содержимое.
– Боже мой, – проворчал он, качая головой, – похоже, ты скупила весь твид в магазине!
– Черт возьми, Брэд…
– Это платье застегивается на пуговицы?
– Что?
Он снял с вешалки черное шерстяное платье.
– Оно на пуговицах? – нетерпеливо переспросил он. – Ты сможешь влезть в него, просто сунув руки в рукава?
– Да, но…
Она онемела от изумления, когда Брэд рывком стащил с нее покрывало.
– Вот, – сказал он решительно, протягивая ей платье. – Надевай его.
Она хотела сказать «нет», послать его куда подальше с этим платьем, но это значило бы и дальше стоять перед ним в одном белье. Она прошипела в ответ пару ругательств, от которых он лишь рассмеялся, и, оттолкнув его руку, кое-как застегнула пуговицы сама.
Босая, с распущенными волосами, струящимися вдоль спины, она вызывающе повернулась к нему.
– Хорошо, – сказала она, – и что дальше?
– Я просто взглянул в лицо фактам, вот и все. И осознал, что, к несчастью для нас обоих, я в зависимости от твоего содействия, твоей помощи.
– Представляю, как болезненно было для тебя это признать!
– Я понял, что, предоставленная самой себе, ты, вероятно, спалишь дом.
– Это просто смешно.
– И еще есть проблема: сколько же мне придется дожидаться, пока ты наконец появишься в своем кабинете.
– Почему бы тебе не сказать мне прямо, чего ты хочешь, Брэд?
– Вот к этому я и перехожу, – продолжал он с лукавой улыбкой. – Первое на повестке дня – это завтрак. Ветчина, яичница, галлон кофе – и пригоршня аспирина. – Он вытащил пару туфель из нижней части шкафа и поставил у ее ног. – Ты можешь надеть их без посторонней помощи?