Чтение онлайн

– Нет-нет, - бормочет.
– Не хочу быть толстой. Не хочу поправляться. Страшно вообразить, какой я стану. Вся кожа будет в растяжках. Я начну жутко отекать. Проклятье, Тимур, да я уже отекаю!

– Ника, нуты чего?

– Ой, вот только не рассказывай мне про «красоту в глазах смотрящего».

– А я и не собирался, - хмыкаю.
– Я тебя не глазами люблю. Не членом. Нутром. Вот завяжи мне повязку на лице. Нацепи наручники. Я же мигом учую свою женщину. Из миллиарда других выделю. Безошибочно. Не по запаху, не по тому, как твоя кожа под моими пальцами ощущается. Просто почувствую рядом.

– Нуты и сказочник.

– Я жизнь положу, чтобы ты была счастлива.

– Верю, но если я не похудею, тебе придется тяжело.

– Почему?
– усмехаюсь.
– Я же постоянно тягаю железо в зале, вряд ли ты дойдешь до весовых категорий моей штанги. А если вдруг получится, тоже ничего, просто буду больше качаться.

– Я тебя прибью, - шипит и вцепляется пальцами в мои волосы.

Хохочу. Вот реально - она нереальная. Только с ней я такой. Отрываюсь, открываюсь на полную до такой степени, что сам себя перестаю узнавать. Расслабляюсь. Член стоит колом, напрягается до боли. А я ржу. Пиздецкий расклад. Аж прямо лихорадит.

– Тише, - шепчу и губами к ее губам прижимаюсь, вламываюсь в плотно зажатый рот силой, покоряю, подчиняю, приручаю, постепенно заставляю сменить гнев на милость, завоевываю мою строптивую девочку, зацеловываю до исступления.

– Я никогда не была зациклена на своей внешности, - глухо роняет она, отодвинувшись, хмурится.
– Но сейчас все эти перемены меня пугают. То есть перемен пока еще нет, а жутко становится.

Иногда. Часто. Проклятье, надеюсь, тут просто играют гормоны.

– Я тебя похудею, - обещаю ей.

– Как это?

– Увидишь, - притягиваю крепче, сминаю ягодицы, забираясь под кружево.
– У меня есть много идей для наших совместных жиросжигающих тренировок.

– Тимур, - выдает с осуждением.
– Такие способы вряд ли помогут прийти в форму. Это миф, что секс помогает похудеть. Мышцы нужно качать. Важно соблюдать диету. А я совсем перестала себя контролировать. Ем все подряд, остановиться не выходит.

– Секс? Фу. Откуда эти пошлости?

– Тогда о чем ты?

– Бегать начнем, - заключаю на полном серьезе.

– Бегать?
– изумляется.

– Регулярные пробежки. Утром и вечером. Может, даже в обед пару раз. Ну, короче, тут главное начать, а потом посмотрим, как пойдет.

– Наверное, стоит и правда попробовать бег.

– Точно, - говорю и вперед подаюсь, зубами прихватываю нежную кожу на шее, ловлю родной пульс и на ухо выдаю: - Я тебя выбегу.

Вспыхивает. От единственного слова. Краснеет, моментально становится пунцовой. А я решаю не терять время впустую. Достаточно болтать, пора все доказывать делом.

Я расстегиваю ремень, выпускаю на волю одеревеневший член. Сдвигаю кружево в сторону, вхожу вглубь плавным толчком.

Охренеть.

Нет.

Она охрененная. Охуительная. Я с ней как вечно оголодавший зверь. Впадаю в безумие. В дикость. Тормоза срывает напрочь. Лечу в пропасть. В бездну. Кайфую каждую гребаную секунду. Завожусь до предела от малейшего соприкосновения. Телом. Взглядом. Она до печени пробирает. До сердца. И глубже. Гораздо глубже. Тут мало фраз. Прочувствовать нужно. Моя женщина. Моя девочка. Богиня. Мурка. Моя сквозная рана.

– Тимур!

Мое имя сквозь ее стон. Сквозь сдавленный вскрик.

Разве бывает звук улетнее? Круче?

Ника царапает мою спину ногтями. Выгибается, натягивается струной. Плавится в моих руках. Дымится и полыхает. А я ведь даже не начал, слегка разминаюсь.

– Ты, - судорожно выдыхает девчонка.
– Как ты это делаешь?

– Что?

– Проникаешь, - ее голос срывается.
– Настолько глубоко.

– Ты мне скажи.

– Но я...

– Ты еще глубже.

Она кричит, когда я начинаю двигаться. Вонзается пальцами в плечи, обнимает бедрами плотнее. Отвечает на мои медленные и размашистые толчки. Дрожит. Сотрясается.

Теперь все иначе. Даже не знаю, не могу объяснить.

Раньше между нами была стена. Всегда. Тонкая, но прочная. Незримая. Ледяная. А сейчас ни черта этого нет. Преграды рушатся. Исчезают. Никаких долбаных секретов. Все карты вскрыты. Маски сорваны. Прошлое убрано, надежно захоронено.

– Тимур, - роняет она.
– Мне страшно.

– Почему?

– Я еще никогда не была настолько счастливой, - сглатывает.
– Так странно. Будто вся тяжесть вдруг ушла. Будто была жуткая гроза. Ураган. А потом все стихло, тучи вдруг разошлись.

– Это рассвет.

– А если...

– Никаких «если».

– Тимур, - выдает выразительно.

– Ну допускаю, пара «если» может возникнуть, но я решу каждое из них так быстро, что ты вряд ли заметишь и придашь значение.

Я ощущаю, как пульсирует тугое и горячее лоно, как нежная плоть зажимает каменный член, как сокращается и сдавливает, жарко обхватывает, увлекает не то в рай, не то в пекло.

Сдержаться трудно. Демоны беснуются. Тянет взять мою девочку мощнее. Разложить. Раскатать. Разломать в оргазмах. Но рано валить в отрыв. Придется ждать, накапливать одержимое желание. Обуздаю всю дикость. Еще припомню ей это воздержание.

Колдунья. Ох и накажу ее. Экстазом.

А пока - слегка. Подразню. Поиграю. Распалю. Пусть полетает вместе со мной.

Я почти покидаю раскаленное тело, потом возвращаюсь вглубь, толкаюсь до упора и снова отстраняюсь. Крепче сжимаю сочные ягодицы, наращиваю ритм, двигаюсь с оттяжкой. Нанизываю девчонку на закостеневший орган.

Дьявол дери. Я взорваться готов лишь от ощущения того, какая она внутри. Текучая. Упругая. Податливая.

Замедляю темп. Зубами скрежещу, до скрипа челюсти стискиваю, намеренно отодвигаю момент разрядки.