Чтение онлайн

Джерри отпил еще и еще раз посмотрел на Мери. Потом откинулся на диване с бокалом в руке.

– И ты говоришь, эти двое так все и разыграли?

– Да, и не только сыграли, но и продолжают играть. Раз в три недели.

– Фантастика, - сказал Джерри.
– Причем чертовски опасно. Представь себе, какая буря начнется, если застукают! Немедленный развод - два развода, по обе стороны улицы. Овчинка того не стоит.

– Рисковое дело, - согласился я.

– Гости расходятся, - заметил Джерри.
– По домам, по женам.

Я промолчал. Мы молча сидели, допивая виски. Гости снова собирались в салоне.

– А этому твоему приятелю, ему понравилось?
– неожиданно спросил Джерри.

– Он говорит, здорово. Все ощущения усилены во сто крат именно из-за риска. Да и вообще, говорит, ничто не сравнится с тем, чтобы изображать мужа, когда жена ни о чем не подозревает.

Мери вошла с веранды вместе с Бобом Суэйном. В одной руке она держала пустой бокал, в другой - огненную азалию, сорванную в саду.

– Я тебя видела, - сказала она, наставив на меня цветок на манер пистолета.
– Ты десять минут подряд не закрывал рта. Что он тебе излагал, Джерри?

– Грязную историю, - осклабился Джерри.

– Как всегда, когда напивается.

– Отличная история, - продолжал Джерри, - но совершенно неправдоподобная. Попроси, чтобы он тебе как-нибудь ее рассказал.

– Я не люблю грязных историй, - отрезала Мери.
– Пойдем, Вик, пора уже.

– Погоди, - сказал Джерри, уставясь на ее пышный бюст.
– Давай еще выпьем.

– Нет, хватит, спасибо. Дети плачут, ужинать просят. Погуляли - и будет.

Джерри встал.

– Ты даже не поцелуешь меня на прощание?

Он нацелился поцеловать ее в губы, но она быстро отдернула голову, и он только мазнул ее по щеке.

– Отойди от меня, Джерри, ты пьян.

– А я не пьян, я влюблен.

– Остынь, мальчик! Терпеть не могу пошлятины.

Она вышла из комнаты, неся перед собой грудь, как стенобитный таран.

– Пока, Джерри. Спасибо за вечер.

Мрачная, Мери дожидалась меня внизу. Там же стояла и Саманта. Она прощалась с гостями. Саманта! С длинными умелыми пальцами, с шелковистой кожей, с гладкими опасными бедрами!

– Не вешай носа, Вик, - сказала она, сверкнув белозубой улыбкой.

Она была как первый день творения, как начало мира, как первое утро весны.

– Спокойной ночи, дорогой, - издали сказала она, и ее пальцы, не коснувшись, сжали меня так, что я задохнулся.

Я вышел вслед за Мери на улицу.

– Ты как, в порядке?
– поинтересовалась она.

– Да, а что?

– Ты выпил столько, что ни один нормальный человек бы не выдержал.

Наши с Джерри участки разделяла давно не стриженная живая изгородь. Мы всегда ходили друг к другу через оставленный в ней проем. Мери и я в молчании прошли через него. Дома она соорудила гигантских размеров яичницу с беконом, и мы поели вместе с детьми.

Поужинав, я вышел на лужайку. Летний вечер был тих и прохладен. От нечего делать я решил подстричь траву перед входом в дом. Я вытащил косилку из гаража, завел и двинулся за ней привычным маршрутом туда и обратно. Косить траву я люблю. Успокаивает. Всегда можно, идя вперед, смотреть на окна Саманты, а возвращаясь, думать о ней.

Так прошло минут десять, пока к проему в изгороди не вышел Джерри. С трубкой в зубах, засунув руки в карманы, он наблюдал за мной издали. Я подошел к нему, оставив мотор включенным.

– Здорово, старик, - сказал он.
– Что новенького?

– Я у себя в конуре, - ответил я, - а ты у себя.

– Твоя подружка слишком уж выставляется. Такая цаца, не подступись.

– А как же, - кивнул я.

– Меня в моем же доме осадила, видали вы, - продолжал он.

– Не так чтобы уж осадила, - заметил я.

– Мне хватило.
– Джерри чуть усмехнулся.

– Хватило?..

– Хватило, чтоб только о ней и думать. Послушай, а не устроить ли нам с тобой то, о чем тебе рассказывал твой приятель?

При этих его словах у меня кровь вскипела, язык намертво приклеился к шершавой гортани, а руки вцепились в ручки сенокосилки. От неожиданного нажатия мотор взревел.

Джерри встревожился:

– Я что, чего-нибудь не то брякнул?

Я промолчал.

– Смотри, если тебе это не по душе - плюнули и забыли. Ты на меня не разозлился?

– Не разозлился. Мне просто не приходило в голову, что мы с тобой можем учинить эдакое.

– А мне вот пришло, - сказал он.
– Гляди: все, как нарочно, выстроилось. Нам даже не придется улицу переходить.
– Он вдруг просиял, его глаза загорелись.
– Так как же, Вик?

– Я подумаю.

– Или тебе, может быть, Саманта не нравится?

– Н-не знаю...

– Она девочка что надо, поверь.

На веранде показалась Мери, и я сказал:

– Вон Мери - детей высматривает. Завтра поговорим.

– Значит, заметано?

– Посмотрим, Джерри. В любом случае спешить тут нельзя. Я на это пойду только при условии, что все будет продумано. Черт возьми, этого же еще никто не опробовал на себе!

– Здравствуйте! А твой приятель?

– Ах да, приятель!.. Приятель-то да, но ведь в таких делах общей мерки не подберешь.

Я увеличил обороты двигателя и повел косилку к гаражу. Когда я обернулся, Джерри уже прошел через проем в изгороди и направлялся домой.

Последующие две недели мы с Джерри отдали тщательной проработке плана. Мы договаривались о встречах в барах и ресторанчиках, или он заходил ко мне в офис после работы, и мы сидели с ним за закрытыми дверями. При каждой заминке Джерри спрашивал: "А как было у твоего друга?" И я оттягивал время, говоря, что должен спросить его.

По завершении длительных переговоров мы пришли к соглашению по следующим важнейшим пунктам: