Тварный град

— Просыпайся. Полька-Пулька, просыпайся.

Юра всегда будил осторожно и нежно. Нашёптывал на ухо, перебирал волосы. Оглаживал плечи ловкими пальцами. Дышал в нос ментолом зубной пасты и приятным нерезким одеколоном, к которому Полина успела привыкнуть. Пока она с трудом выкарабкивалась из сна, Юра уже был почти собран на работу, а с кухни тянуло ароматом незамысловатого, но сытного завтрака — чаще всего яичницы с беконом. Полина вобрала ноздрями эту замануху и, наконец, простилась со сном. Да и лучше было наяву, чем во сне, в этой придурошной музыкальной школе.

Зелёные, как виноградины, глаза Полины открылись и на них тотчас остались печати Юриных поцелуев. Он ждал впотьмах, пока Полина увидит его — свежего, прихорошенного, в плотной белой рубашке, выглаженной ею с вечера. Юра блестел тёмными глазами и победно улыбался, одну половину рта растянув чуть не до уха.

Хитрый, весёлый, самодовольный. Её мужчина.

— Юрец… — Полина, как ни была рада увидеть мужа, накрыла голову одеялом. — Можно я ещё чуть-чуть посплю?

— Я убегаю, а ты рискуешь прийти на работу голой, Полямба.

— Это почему? — Мутности в мозгу Полины стало в разы меньше.

— Потому что во сне часто ходят куда-нибудь голыми.

— Юра!

Она села, поняв, к чему он клонит. И правда, проспать выход на смену после ухода Юры было раз плюнуть.

— Убедил.

Полина отбросила спутанные рыжие волосы назад и повернула заспанное лицо к мужу. Тот разнежничался и исколол её щетиной. Юра любил оставлять недобритые усы и некое подобие бородки.

— Я не уйду, пока не увижу тебя в вертикальном положении! Соблюди Ordnung?, будь любезна!

— Я встала!

Пришлось оттолкнуться от кровати и поплестись в ванную намываться. Этот его пресловутый «орднунг»! Полина скорбно крутанула блестящую ручку крана. Попила из струйки.

— Фильтр для кого стоит? — просёк Юра с порога. — До вечера, самая красивая грешница на свете!

— Ох, до вечера… Эй, чего это я грешница?

— Ты грешила со мной ночью, — Юра изогнул бровь в дверях, — готовься вечером каяться!

— Иди уже!

Полина хмуро осмотрела себя, выпятив губу, и заключила, что ей безбожно льстят. Это только говорят, что можно начинать плохо выглядеть по утрам не раньше тридцати. В восемнадцать тоже удаётся.

— Фу. — Полина облила душем зеркало, словно это оно, а не белая-бурная ночь, было виновато в её разбитости. Оранжевое облако её волос на миг обратилось размытой кляксой. И как Юрцу удаётся прыгать бодряком? А ещё старше почти на семь лет. По утрам Полина переставала понимать, кто из них двоих по-настоящему старый. Адаптироваться к жизни в Невгороде было сложно. Особенно летом. Особенно, когда тебе восемнадцать, ты тотально очарована городом, капитально разочарована в жизни и… замужем.

Замужем.

Полина стёрла мыло с золотого кольца на пальце. Прошло полгода после переезда к Юре, а она всё недоумевала, как решилась на такое.

Во снах ей по-прежнему, как и годы до этого, являлся Макс. Реже, но…

Ну нет. Она заставит себя не заплакать и встретит это утро без глупых переживаний! И на работу не опоздает! Она же сильная и независимая девушка! С кольцом на пальце, между прочим.

Полина обнаружила половинку яичной луны на скоровороде, вытряхнула её себе в тарелку и начала усердно жевать.

Чтобы доехать на другой конец Невгорода на велосипеде, ей нужны были силы.

Город встретил розовой прохладой и полупустыми улицами. Полина выехала на набережную и покатила вдоль улыбающейся солнцем реки. И кто сказал, что Невгород — серый и дождливый? Двойка ему по географии! Сколько ни готовилась Полина пережидать затяжные дожди, погода радовала её с самого мая. Как только воздух прогрелся, отступила промозглая морская сырость и Невик раскрылся изумительным цветком. С каждым днём он становился всё прекраснее и прекраснее, а с приходом белых ночей печали Полины отступили на второй план перед фактом: она живёт тут. У моря, в красивейшем городе, полном причуд. Со своим собственным мужем. Отрезав прошлое.

У Юры даже яхта есть! Велик тоже он ей подарил. И вообще, как говорит папа — ей с ним сказочно повезло. Она теперь Альбрандт, не Дурова! И замужеством-то соблазнилась во многом, чтобы иметь такую роскошную фамилию. Процентов на семьдесят. Остальные тридцать были отданы Невгороду и совсем немножко — Юре.

Полина опомнилась, поглядела на часы и резче закрутила педали.

? — «порядок» (нем.)

Зоомагазин экзотических животных «Экзотерика» встретил Полину распростёртыми объятьями, а точнее, пением сверчков. Казалось, сверчки музицируют здесь круглосуточно и изо всех щелей. Стоило в магазине вырубиться электричеству и стихнуть помпам с холодильниками, как наступало время сверчковых концертов. Даже Макс бы позавидовал их энергии. Хотя судьба у большинства сверчков была отнюдь не завидная.

Еда.

Отметиться. Опрыскать хамелеонов, древесных гекконов и лягушек, проверить, съели ли змеи за ночь кормовых грызунов. Собрать вчерашние пожухлые овощи у агам и кальций у эушей?. Прибраться в террариумах. Заказать насекомых для кормления торгового зала. Поменять воду в поилках и купалках. Нарезать свежие овощи и фрукты.

Мороки много, но Полине нравилось тут работать. Родители наотрез отказывались завести дочери хоть ящерку, хоть змейку, объясняя это тем, что в доме есть и амадинки, и кенары, и попугаи. Представить, насколько птицам будет некомфортно жить с потенциальным убийцей под одной крышей Полина могла и сама. Но певучие пернатые были папины, а ей ужасно хотелось своего питомца. Чем необычнее, тем лучше.

— На, мой сладкий. — Полина скормила сверчка с пинцета большой красной агаме с умными глазками. Шипастый мальчишка быстро схватил добычу и принялся хрустеть, а Полина вздохнула. Да, именно тут, в «Экзотерике» она, наконец, осознала правду жизни: в ней всегда кто-то кого-то жрёт, и это, увы, нормально. Даже грызунов у них была полна морозилка. Фирменные гламурные пачечки с разносортными мышами и крысами для кормления змей всех калибров. Сверчки и тараканы в таких же цветастых упаковках для ящериц. Суточные цыплята для сов, кормовые рыбки для черепах, а на полках — коробки вкусных личинок. За ними в том числе приходили владельцы сурикатов, воронов и ёжиков.