Трюкачи
Шрифт:
Тео осмыслил услышанное.
– А зачем тебе быть владыкой города? Разве без этого никак?
– Понимаешь, младший, никак. Я зависел от матери, которая меня не любила, и сестер, для которых я был не братом, а просто мужчиной. Существом второго сорта. Меня могли наказать на ровном месте, просто так, ради развлечения. Я зависел от обычаев, порядков, жрецов... Я не хотел присягать Ллос, но меня заставили. Не то чтобы меня отвращал нрав этой богини, просто она слишком мало предлагала за служение. Ее милость могли снискать лишь женщины, но не мужчина. Но если бы я мог присягнуть кому-то более милостивому... Я не мог. В Мензоберранзане чтили только Ллос. За иноверие - смерть.
Ты спрашиваешь, зачем нужна власть? Чтобы ни от кого не зависеть. Чтобы делать только то, что ты сам считаешь нужным, и ни с кем не считаться. Так что мне повезло попасть через портал именно сюда, на Землю, где нет других магов, кроме меня. Здесь я свободен от чьей-либо власти надо мною. Здесь я поступаю только так, как хочу, и считаюсь только с собой.
– Неправда. С мамой ты тоже считаешься.
Отец кивнул:
– Верно. Но не потому, что она заставила, а потому, что ее мнение важно для меня. Разница огромна.
Вскоре после этой беседы отец снова улетел в Лас-Вегас, обрекая Тео на долгое заключение в компании мамы. Даже с братиком двоюродным не поиграть.
– Мам, почему папа постоянно уезжает? Без него ко мне даже Павлик не может прийти. Такое впечатление, что он и домой возвращается только затем, чтобы как следует меня поколотить и дать задание на следующий месяц!
В этот момент Тео не мог и подумать, что последующий разговор станет самым тяжелым за всю его предыдущую жизнь. Мама села на диван и посадила его рядом.
– Понимаешь, Теодорчик, папа решил, что для тебя так будет лучше. Ты ведь помнишь, что в языке его народа нет таких слов, как доброта, сострадание, дружба?
– Помню, - хмуро ответил Тео.
– Папа не хочет, чтобы ты вырос таким же. Попав к людям, он все это увидел своими глазами, почувствовал доброту и дружбу на себе. Понял, что жить можно не только по ужасным законам Подземья. Для него это было сродни чуду... и осталось сродни чуду. Милосердие, честность, великодушие - он так и не сумел осознать, что это такое. Просто потому, что в детстве ему ничего этого не привили, потому, что он вырос в самом кошмарном месте, которое только можно себе представить. И теперь папа хочет, чтобы хотя бы ты все это понял. Чтобы у тебя было все то, в чем он сам оказался обделен. Он старается проводить с тобой как можно меньше времени, чтобы не влиять на тебя. Чтобы ты вырос человеком, а не дроу. Тео, пойми, нам с ним тоже нелегко жить в постоянной разлуке, но это - ради тебя.
Из того разговора с отцом о власти мальчик сделал для себя вывод: сила нужна ему лично для того, чтобы самостоятельно решать, что такое хорошо и что такое плохо, и поступать так, как он считает правильным. И вот теперь Тео точно знает, что бы он сделал, если б был старше, сильнее и могущественней. Но зато отец сейчас в Вегасе, а Вегас - это вроде бы Невада.
Тео немного засомневался: с чего бы вдруг отцу помогать какому-то совершенно незнакомому человеку? С другой стороны... Хотя бы спросить совета ведь можно.
Еще одна проблема - Тео ничего не знает, кто, где, что, как. Штат Невада - вот и вся информация. Конечно, отец может позвонить мистеру Чейни... Если будет знать телефон. А мистер Чейни может во всех усматривать врагов, в самом деле, с чего бы ему поверить незнакомцу, который скажет что-то типа 'привет, я отец одноклассника вашей дочери'? Ладно, тут уж придется самому подсуетиться.
На следующей перемене он отправился искать Такехису, но прежде догнал старосту, Наоки Сатори, невысокую девочку в больших очках, которая, как обычно, норовила слинять из класса от него подальше на все время перемены.
– Сатори-тян, - как можно дружелюбнее окликнул ее Тео и с досадой отметил, что Наоки вздрогнула, - а когда моя очередь убирать в классе после уроков?
Девочка, обернувшись, замялась, потом тихо сказала:
– Я вас не внесла в расписание, Теода-сан.
– Тогда внеси. А Дэлайла?
– И ее не внесла.
– И ее внеси. На сегодня нас обоих. Хорошо?
– Хорошо, - обреченно вздохнула староста, словно Тео сделал ее соучастницей йоклол знает чего она себе там навоображала.
Хреново, конечно, когда тебя боятся так, что даже боятся сообщить, когда наступает черед убираться, но в данном случае Тео обернул это зло хоть в какое-то благо. Осталось найти Такехису.
Тот вскоре обнаружился в коридоре у окна напротив своего класса.
– Доброго дня, Теода-сан, - поздоровался Такехиса.
– Привет, Юдзи-кун. Есть два вопроса.
– В чем дело, аники?
– Ты, случайно, не знаешь, кто побил Танигаву и почему по школе ползут слухи, что это сделал я?
Такехиса почесал затылок, явно раздумывая, что ответить. Видимо, в курсах, что и почему.
– Ну причина-то проста, аники. Танигава клеился к вашей девушке, потому ничего удивительного, что когда он пришел в школу побитый, все подумали на вас. На самом деле это моих рук дело, я же не мог пройти мимо такого непоря...
– Послушай, Юдзи! Давай мы с тобой договоримся, что ты не будешь бить всех подряд налево и направо без спросу! Если мне понадобится кого-то поколотить - я сам справлюсь. А если мне понадобится помощь - сам тебя позову. Раз уж я защитник этой школы - смотри, чтобы не получилось так, что мне придется защищать школу от тебя!
– Как скажете, аники, - виновато развел руками Такехиса.
– Я рад, что мы поняли друг друга. Теперь второе. Сегодня пришла очередь убирать в классе мне и Дэлайле...
– Что-о?!
– выпучил глаза 'младший брат', - ваша староста совсем охамела, что ли?! Это непростительно, хотите, я с ней разбе...
– Дослушай до конца! Это я ей сказал внести нас в расписание на сегодня. После пятого урока мы с Дэлайлой останемся в классе вдвоем, и мне нужно, чтобы...
– Я понял, - понимающе закивал Юдзи, - не беспокойтесь, я прослежу, чтобы никто не вошел!