Чтение онлайн

— Как это — нет на корабле?..

Тут мой взгляд падает на голографический экран, встроенный в нишу корпуса вместо иллюминатора. Черт, насколько мне известно, это и есть иллюминатор. В любом случае его нижнюю часть заполняет вращающаяся бело-голубая планета.

— Что, Одиссей на Земле? — выдаю я. — На моей Земле?

Моей ли? Конечно, я там жил и умер, но, если верить богам и моравекам, это было тысячи лет назад.

— Нет, сын Лаэрта еще не спускался на поверхность, — произносит первичный интегратор. — Он отправился навестить голос, который вышел на связь с нашим судном… и потребовал личной встречи с Одиссеем.

— Покажите доктору Хокенберри, что происходит, — вмешался Бех бин Адее. — Он сам поймет, почему Лаэртид не в состоянии говорить.

Астиг-Че, по-видимому, задумывается над его предложением. Затем поворачивается к Чо Ли. Подозреваю, они совещаются по радиосвязи, после чего штурман вытягивает руку-щупальце, и в каких-то двух футах от меня открывается трехмерное голографическое окно.

Одиссей занимается любовью с самой чувственной женщиной, какую мне доводилось видеть — кроме Елены, разумеется. Ослепленный собственным мужским эго, я-то считал наши… половые сношения с троянской красавицей достаточно искусными и вполне энергичными. Однако, тридцать секунд поглазев с разинутым ртом на то, что вытворяют голый ахеец, чье загорелое коренастое тело покрыто боевыми шрамами, и экзотическая красотка с пушком на бледной коже и потрясающе подведенными очами, остается признать свои потуги весьма непритязательными, вялыми, точно прокрученными в замедленной съемке.

— Хватит. — Мой голос хрипит, во рту пересохло. — Выключите.

Порнографическое окошко исчезает из виду.

— Кто эта… леди? — заикаюсь я.

— Говорит, ее зовут Сикоракса, — отвечает Ретроград Чей-то-там-сын. Забавно слышать столь мужественный голос из крохотной металлической коробочки на долгих тоненьких ножках.

— Позвольте перекинуться парой слов с Орфу и Манмутом, — прошу я.

Эти двое — мои сравнительно давние знакомцы. Маленький европеец — самый человечный в своем роде, я хочу сказать — среди роботов. Если я и смогу кого-нибудь убедить на «Королеве Мэб», то только его.

— Боюсь, это также невозможно, — отвечает Астиг-Че.

— Почему? Они тоже занимаются сексом со смазливыми моравечками или что?

Неуместность моей жалкой остроты подчеркивает гулкая тишина, повисшая на несколько долгих секунд.

— Манмут и Орфу с Ио вошли в земную атмосферу в космошлюпке, на борту которой находится подлодка «Смуглая леди», — поясняет первичный интегратор.

— А нельзя подключиться по радио или как-нибудь еще? — не сдаюсь я. — В смысле, они же держат с вами связь…

— Да, мы в контакте, — произносит Ретроград Невесть-кто. — Однако в настоящую минуту судно подвергается атаке, и мы не хотели бы отвлекать их по пустякам. Мягко выражаясь, их выживание сейчас под вопросом.

«Кто же, Зевс его побери, напал на моих друзей? Зачем? И как?» — вертится у меня на языке. Но все это лишние разговоры, а я здесь не затем.

— Вы должны открыть Брано-Дыру на берегу в окрестностях Илиона.

Бех бин Адее удивленно разводит руками в черных шипах.

— С какой стати? — осведомляется он.

— Троянцы истребляют осаждающих до последнего, а греки не заслужили подобной участи. Хочу помочь им ее избежать.

— Нет, — поправляется генерал. — Я имел в виду, с чего вы взяли, что мы способны творить Брано-Дыры, когда пожелаем?

— Вы делали это на моих глазах, когда посыпались на Марс прямо с Пояса астероидов, а потом и на Землю Илиона. Десять месяцев назад, помните?

— Наши технологии не достигли того уровня, чтобы открывать Брано-Дыры в иные миры, — вставляет Чо Ли.

— Пропади оно пропадом, но вы же их открывали! — Мой голос предательски дрожит.

— Все было не так, — возражает Астиг-Че. — На самом деле тогда мы… это трудно разъяснить, к тому же я не ученый и не инженер, каких здесь много… Тогда мы перекрыли Брано-связи, творение так называемых богов, и проложили собственный коридор в созданной ими матрице.

— Ну вот, — подхватываю я, — и повторите. На вашей совести десятки тысяч человеческих жизней. Между прочим, пока суд да дело, могли бы заодно вернуть миллионы греков и прочих европейцев, исчезнувших с поверхности Земли Илиона в виде синего луча.

— Нам неизвестно, как это сделать, — говорит Астиг-Че.

«Тогда какого хрена вы вообще нужны?!» — едва не срывается у меня с языка. Но не срывается.

— Зато вы здесь в безопасности, доктор Хокенберри, — продолжает первичный интегратор.

Мне снова хочется наорать на эту груду пластика и металла, хотя, конечно, она (или он) — прав(а). На борту «Королевы Мэб» я действительно вне угрозы. По крайней мере троянцы тут не достанут. И потом, у сладкой малышки, окрутившей Одиссея, может отыскаться младшая сестра… И тут я слышу собственный голос:

— Я должен вернуться.

«Куда вернуться, идиот? Туда, где греки погибают, но не сдаются? Отличное название для лавки с пахлавой».

— Вас убьют, — сообщает Бех бин Адее. Кажется, этот громадный темный вояка-гуманоид ничуть не опечален подобной перспективой.

— Нет, если вы мне поможете.

Похоже, моравеки опять безмолвно совещаются между собой. В одном из дальних голографических окон-мониторов видно, как Одиссей и экзотическая незнакомка все еще предаются утехам, точно кролики. Теперь женщина сверху. Она еще красивее и соблазнительнее, чем показалось мне с первого взгляда. Главное — не заработать эрекцию перед этими полуроботами. Если заметят (а они чересчур догадливы в том, что касается нас, людей), меня могут понять неправильно.

— Поможем, если это в наших силах, — обещает наконец Астиг-Че. — А что вам нужно?

— Надо бы сгонять кое-куда, но так, чтобы меня не увидели.

Я принимаюсь рассказывать про утраченный шлем Аида и вибрас.

— Видоизменяющие технологии, во всяком случае, применяемые к живым организмам, превышают наши возможности, — отвечает Ретроград… О, вспомнил!.. Синопессен. — Мы до сих пор еще не достигли такого уровня квантового манипулирования реальностью. Боюсь, у нас очень не скоро появятся машины, способные работать с подобной формой вероятностного коллапса.