Чтение онлайн

Животное действует, как автомат, совершенно бездумно выполняя заученный урок, память о котором хранит в его мозгу условный рефлекс.

Однако зоологи, наблюдая за животными, заметили в поведении некоторых из них более сознательные, как бы заранее обдуманные поступки.

Играют два павиана. Бегают друг за другом вокруг скалы. Обезьяны обегают вокруг нее несколько раз, и преследователь никак не может догнать убегающего. Тогда его словно осеняет: павиан вдруг поворачивает в обратную сторону и бежит навстречу беглецу, который попадает прямо в его объятия.

Белый медведь ныряет в прорубь. Хорошему пловцу в ней мало места, и медведь начинает ломать вокруг лед, чтобы поплавать на просторе.

Это, очевидно, уже не заученный урок, а собственная догадка: по опыту зверь знает, что если разбить лед, под ним окажется вода. Учитывая это, его мозг приходит к правильному выводу: чтобы вокруг было больше воды, нужно разбить лед.

Рефлексы мозга, под действием которых животные совершают подобные «предусмотрительные» поступки, получили у советских физиологов название экстраполяционных.

Большая работа по изучению экстраполяционных рефлексов и логических форм поведения животных ведется в лаборатории физиологии и патологии высшей нервной деятельности МГУ, которой руководит профессор Л. В. Крушинский.

Экстраполяционные рефлексы – второй после условных рефлексов шаг на пути к мышлению. Но даже у высших животных они наблюдаются не часто. Животный мир – это почти безраздельное царство инстинктов. Поведением всех живых существ управляют сложные комбинации условных и безусловных рефлексов. Лишь в очень редких случаях на помощь зверю приходит тот могучий руководитель, которого мы называем умом. Словно яркая искорка загорается в потемках его сознания.

Учеными замечена интересная вещь. Животные, которые свои органы могут употреблять, так сказать, в качестве рук, отличаются вместе с тем и более развитым мозгом.

Иван Петрович Павлов говорил, что секрет сообразительности обезьяны в ее четырех руках. Руками и ногами обезьяна может брать разнообразные предметы. Предмет в ее лапе приобретает новое назначение: камень превращается в молоток для раскалывания орехов, ветка – в опахало, древесные листья – в тампон, который животное накладывает на рану. Новые навыки расширяют поле деятельности условных и экстраполяционных рефлексов.

Другой пример – медведь – очень сообразительное, говорят дрессировщики, животное. Лапами, словно неуклюжими руками, медведь может поднимать, переносить, переставлять разнообразные предметы.

«Рука» слона – его хобот. Слон тоже очень «умное» животное. Осьминог ловко манипулирует своими восемью щупальцами, выполняет ими очень сложные действия: открывает раковины, переносит камни, строит из них гнезда, связывает стебельки яиц. И что же мы видим: восьмирукий строитель заметно выделяется «умственными способностями» среди других обитателей океана.

Своими успехами человек обязан тоже рукам. У нас не восемь и не четыре, а всего две руки. Но это несравненно более ловкие и точные «инстинкты», чем хобот слона или обезьяньи лапы. Человеческие руки – творцы не только грандиозных машин – атомных ледоколов и спутников: они создали нас самих – единственных в мире мыслящих существ, освободившихся от гнета слепых инстинктов.

Благодаря этим неутомимым труженикам человек вошел в более тесный контакт с окружающим миром вещей. Он стал обдуманно отбирать нужные ему предметы. Научился сам изготовлять разнообразные орудия. Трудовые навыки способствовали развитию специфически человеческих органов. В процессе труда родилась речь. Она дала новый мощный толчок умственному развитию.

Первым шагом на пути очеловечивания обезьяны было прямохождение. Когда наши предки – первые обезьяно-люди научились ходить на двух ногах, их руки освободились от роли передних опорных конечностей, они превратились в органы труда. Обезьяно-люди стали брать в руки различные орудия – камни, палки и другие необработанные, найденные в природе предметы. Человек с палкой или острым камнем в руке – это уже вооруженный человек. Он может теперь вступить в единоборство с хищным зверем, сбить с дерева плод, выкопать из земли корень. Орудия, зажатые в руке, открыли широкий путь прогрессу.

Мы видели, что и некоторые животные употребляют разнообразные предметы в качестве примитивных орудий. Но только человек сознательно выбирает нужные ему инструменты и может обрабатывать их и усовершенствовать. Только человек научился сам изготавливать орудия труда.

В трудовых процессах с течением веков претерпели изменение не только орудия, но и органы труда – руки. Моральный и физический облик человека формировался под влиянием труда.

Под влиянием отбора кисть человеческой руки начала быстро совершенствоваться как орган труда. Удлинился и стал более сильным и подвижным большой палец руки. Расширилась ладонь, развилось тонкое осязание на концах пальцев.

Труд повлиял на формирование в необходимом направлении и других органов человеческого тела. Поскольку прямохождение стало теперь основной формой передвижения человека, у него развилась сводистая стопа с сильным большим (опорным) пальцем. Позвоночник приобрел четыре «амортизирующих» изгиба. Ноги сильно удлинились, а руки стали относительно короче. Увеличился мозговой отдел черепа и уменьшился лицевой.

Органы нашего тела (в первую очередь рука, мозг и речевой аппарат, как наиболее подверженные влиянию трудовых навыков) продолжают изменяться и сейчас.

Наконец как необходимое средство общения при коллективных процессах труда развилась еще одна чисто человеческая особенность – членораздельная речь. Речью и мыслительными процессами на базе речевых понятий обладает только человек.

Здесь мы подходим к признанию формирующей роли в происхождении современных людей еще одного важнейшего фактора – человеческого общества. На заре своей предыстории наши предки жили большими семьями и родами. Первоначальные навыки труда получены ими в коллективе. Из коллективного труда развились сложные производственные отношения. В дальнейшем сознание людей формировалось (и формируется сейчас) уже под воздействием социальных, а не биологических факторов. Развитие животного царства и человеческого общества пошли по разным направлениям. Между зверем и человеком образовалась непроходимая пропасть. Прекрасная иллюстрация этого положения – духовный облик Амалы и Камалы, девочек, воспитанных в звериной семье. Несчастные дети, выросшие в лесу, вдали от общества, несмотря на все человеческие задатки, полученные по наследству от родителей, были очень мало похожи на людей. Лишь внешний облик выдавал их человеческое происхождение. Привычки, духовные потребности, умственные способности были почти на уровне зверя.