Шрифт:
Троеточие.
Предисловие.
Посвящается прошлой любви, настоящей любви и отражению в зеркале.
Вы держите в руках книгу, которая олицетворяет мою душу, мои эмоции и мое сердце. Тут можно найти переживания, боль, счастье, надежду и конечно же огромное количество любви. Я планировал выпустить этот сборник всю свою жизнь и наконец-то у меня получилось, пройдя через падения, взлеты, разочарования в своём творчестве и желание сжечь все что я писал, как второй том мёртвых душ.
Но если Вы это читаете, значит у меня все получилось.
Я добавил сюда именно эти стихотворения, потому что считаю, что они самые чувственные, самые яркие и эмоциональные среди всех других.
И наверное, правильным будет поблагодарить людей, в руках у которых оказалась эта книга. Если бы Вы не любили мое творчество, то я бы так и не сдвинулся на уровень выше. Если бы не Ваша поддержка, то ничего бы этого не было. Поэтому в знак благодарности я даю Вам право насладиться поэзией в письменном виде. Именно в этой книге.
Благодарю, и приятного прочтения. Надеюсь, кусочек моей души оставит след на Вашем восприятии мира и любви.
Дата нашей встречи
Мы встретимся 33 декабря,
На улице, которой нет на карте.
И вновь этот отблеск янтаря,
Разольется на старом плацкарте.
А когда 25 пробьют часы,
Мы напрочь потеряем рассудок.
Будем глядеть на капли росы,
И собирать букет незабудок.
Пойдём на прогулку жаркой зимой,
Если рассвет начнётся с заката.
Когда наступит день недели восьмой,
После самого тихого грома раската.
Пусть цвет пропадёт у масляных красок,
Или луна наконец-то засветится,
Но знай, средь тысячи мерзких ласок,
Мы все равно, обязательно, встретимся.
Люди
Люди! Вы же люди, а не собаки…
Так что ж вы терзаете друг друга в драке?
И сжираете чью-то токсичную плоть,
Дабы попробовать чужую кость…
Люди! Вы же люди, нисколько не твари!
Зачем подмешивать другу отраву,
Или другой до озноба смертельный яд?
Из вас кто-то действительно этому рад?
Люди! Да какие к черту люди…
Вы живете обманом, прелюдиями!
Никто души не чает что скрыто под ребрами.
Вы лишь кожа и мясо, что системно собраны.
Навеки заточены в кандалы рутины.
Галстуки душат, рубашки царапают спины.
И я чувствую лишь выплески ртути.
Вы толпа. Но ни капли не люди.
Море наших чувств
И наш парусник внезапно погасил
В нелепом шлейфе чёрных васильков,
Сгоревший от волнения остаток сил,
Мелькающий среди обшарпанных домов.
И паруса, сгоревшие дотла,
Не оставляют нам других путей-
Лишь задремать под весом тяжкого крыла,
И сохранить себя среди других людей.
И море мне казалось до ужаса опасным,
Как будто под водой бушует наша смерть.
Но тут, когда в пучине мы погрязли,
В соленых каплях не осталось жертв.
И море все ещё бушует и волнует,
Но страх с покорностью плывет на дно.
Наш парусник со временем газует,
И мы вдыхаем то, что господом дано.
И я воскресну, чтобы повторить это снова
Словно осколки разлетелся шлейф тмина,
Внедряясь в каждое пропетое слово.
Я сгораю до кончиков, идя к гильотине,
Чтобы воскреснуть у тебя на коленях снова.
Я готова себя в тысячный раз искалечить,
Остаться лежать в холодном гробу.
Лишь бы услышать томные речи,
Состоявшие из переплетения букв.
Похороните меня под мелодичные строчки,
Я знаю, ты от них тащишься больше всего.
Я воскресну, написав на стене три точки.
Я воскресну, сама не поняв для чего.
Меня можно калечить, можно кусать,
Можете даже убить меж людей на садовом.
И я умру, чтобы к тебе в дверь постучать.
И я воскресну, чтобы повторить это снова.
Поиграем в прятки?
На счёт три начинай искать.
Я спрятался буквально в трёх метрах.
Сижу, но видимо надо ещё подождать,
Пока ты найдёшь мое сердце в недрах.
Я обхватил разбитые коленки ладонями,
И вытираю слёзы белым платком.
Они капают на пол чистыми звонами,
А после разбиваются грязным стеклом.
Заметь меня, я сижу за шторками,
И жду твой тёплый взгляд до дрожи.
Но от страха, я словно крот прячусь в норку,
В надежде что никто достать не сможет.
Ты меня находишь и смотришь вяло,
И говоришь, прежде чем игру продолжать:
«Тут на окне так грязно, все завяло,