Чтение онлайн

— Что за глупые шутки, пастух? По-моему, сейчас не время шутить.

— Это первый Кракен, с которым я познакомился, но смею заверить, что животные вполне способны шутить. На мелководье неподалеку от нашей деревни живет кальмар, который обладает неподражаемым чувством юмора. Однако Кракен не шутит. Он хочет кофе. Должен признаться, что это требование ставит меня в тупик. Что значит «кофе»? Я так понял, что это какая-то пища, но какая именно, я не знаю.

Пока Симна пытался объяснить своему долговязому другу, что такое кофе и чем он отличается от чая, Станаджер вызвала кока. На корабле был и кофе, и чай. Станаджер с легкостью согласилась пожертвовать всем кофейным запасом. Вот расстаться с сахаром, которого потребовался целый мешок, ей было гораздо труднее, но выбирать не приходилось.

— На корабле есть котел? — спросил Эхомба. — Можно использовать тот, в котором вываривают тюлений жир.

— «Грёмскеттер» не промысловое судно, — ответила Станаджер. — Кок возьмет самый большой котел для варки пива. — Она бросила взгляд на Кракена, по-прежнему плывущего возле левого борта. — Надеюсь, этого даже ему хватит.

Через некоторое время кофе был готов. Затем в котел высыпали сахар и хорошенько размешали. Когда Эхомба решил, что кофе остыл до приемлемой температуры, котел был торжественно вынесен на палубу.

Огромным щупальцем, способным в мгновение ока сломать грот-мачту, Кракен подцепил котел за дужку и, не пролив ни капли, перенес его через борт.

Все, кто был на палубе, бросились к поручням — поглазеть на необычное зрелище. Каждый думал, что чудовище просто поглотит котел вместе со всем содержимым, но нет. Кракен осторожно поднес котел к клюву и сделал совсем небольшой глоток. Потом он мощно и в то же время мягко вздохнул и, как показалось людям на «Грёмскеттере», чуть глубже погрузился в воду. Его щупальца медленно заколыхались.

— Что он говорит, братец? — спросил Симна, глядя на эту картину.

— Удивляется, почему ему приходится наслаждаться этим чудесным напитком в одиночку. Спрашивает, разве мы не желаем присоединиться к нему?

Станаджер рассеянно ответила:

— У нас больше нет кофе. Мы весь ухнули в котел.

— Приготовьте чай! — воскликнул Эхомба. — Я сам выпью чашку. Сейчас как раз самое время.

— Эй, капитан, и меня не забудьте! — вставил Симна. — Я тоже люблю чаек.

— Наконец-то вспомнил, что я — хозяин на корабле, — недовольно буркнула Станаджер, — а не служанка.

Она вновь подозвала кока и приказала готовить чай.

Скоро Этиоль Эхомба и Симна ибн Синд, усевшись на поручни, не спеша распивали чай. Этиоль с Кракеном вели непринужденную беседу о погоде, о направлении ветров, о приливах и местных течениях, о природе, о вкусе поставляемой морем пищи и о тех, кому не сидится дома и кто отправляется за океан в поисках чего-нибудь необычного.

Во время беседы Кракен то и дело менял цвет кожи и узор на ней. Каждую перемену матросы встречали громом аплодисментов. Все страхи перед чудовищем были забыты.

Станаджер с кружкой в руке подошла к Эхомбе и попросила:

— Узнай у него, каким образом он, житель океана, познакомился с кофе?

Пастух энергично заработал пальцами и тут же получил ответ.

— Однажды ночью, — объяснил Эхомба, — Кракен поднялся на поверхность моря и там заснул. И на него налетело торговое судно. Спросонья, не разобравшись, он набросился на него. Это был добротный купеческий корабль, под завязку загруженный всеми товарами, которым славится Абокуа. Среди груза был и кофе. Его аромат, как говорит Кракен, был просто волшебным. На корабле нашелся человек, который, как и я, владел языком жестов, известным в море всем, у кого есть руки, когти, щупальца. Пытаясь умилостивить Кракена, моряки выставили на палубу все товары, которые имелись на борту. Некоторые из подношений Кракен принял, например, пару живых волов, но ничто не смогло убедить его отказаться от намерения потопить судно, пока на палубу не вышел моряк с чашкой кофе для капитана. В результате и люди остались целы, и корабль продолжил путь. — Эхомба допил свою кружку. — Кракен продержал судно в своих объятиях до тех пор, пока не кончился запас зерен. Только тогда он успокоился и, сохраняя во рту вкус чудесного напитка, разжал щупальца. С тех пор, когда в этих водах появляется корабль, он поднимается на поверхность в надежде еще раз отведать ароматного темного напитка. Но до сегодняшнего дня ему не везло.

Станаджер понимающе кивнула.

— Во всех странах, где мне пришлось побывать, самые ходовые товары — чай и вино. Кофе везде редкость, это — роскошь… — Она скривилась, потом добавила: — …которой мы обязаны еще одной остановкой на пути через Семордрию.

— Лучше закончить путешествие, утолив его жажду, чем погибнуть, утоляя свою. Излишняя торопливость до добра не доводит, — предостерег Эхомба.

— Согласна, но я знавала и таких любителей кофе, которые просто не в состоянии остановиться. Для них это не способ взбодриться, а болезненное пристрастие. — Она взглянула в сторону Кракена, который вливал в клюв остатки кофе. — Кто поручится, что он не относится к их числу? — Помолчав, она, словно вспомнив о чем-то, добавила: — Надеюсь, он не потребует кого-нибудь на закуску. Я дорожу своими матросами и никому из них не желаю такой судьбы.

— Кракен приходил в ярость, только когда корабли сами налетали на него, — постарался успокоить ее Этиоль. — К нам это не относится. — Эхомба быстро задвигал пальцами, потом радостно воскликнул: — Наоборот, он говорит, что лучшего кофе еще не пробовал.

Словно в подтверждение его слов, тяжелое щупальце перенесло через фальшборт пустой котел и осторожно поставило его на палубу. Вернув котел, Кракен медленно развернулся — легкая волна качнула корабль — и не спеша поплыл прочь. Его щупальца, поднятые над поверхностью, зашевелились, и Этиоль перевел:

— Он благодарит нас и считает друзьями. Мы можем продолжать путь.

Станаджер коротко кивнула и тут же принялась отдавать распоряжения. Впрочем, возможность продолжать путешествие только в малой степени смягчила недовольство капитана. Она продолжала ворчать:

— Сколько же времени мы потеряли из-за ветров, которые ты освободил из бутыли, сколько дней проторчали в этой проклятой долине! Даже если ветер будет попутный, придется сократить рацион. Если же нет, не представляю, как с таким скудным запасом воды и продуктов мы дотянем до цели.

— А что, если возместить потерю времени скоростью? — спросил Эхомба и, повернувшись в сторону моря, принялся энергично жестикулировать вслед удалявшемуся Кракену.

Симна решил, что его друг бросил своему экзотическому приятелю последнее «прощай», но ошибся.

И очень сильно!

Кракен развернулся и, подплыв к кораблю, обхватил его всеми десятью щупальцами. Перепуганные моряки, работавшие на мачтах, начали торопливо спускаться на палубу.

Ошеломленная Станаджер набросилась на Эхомбу: