Чтение онлайн

 Айви закивала, она помнила это.

 - А ещё не многие помнят разговоры учёных о подопытном К-7. Самый перспективный из всех, и самый удачный. Им удалось достичь того, что его… «дар» не оставляет дефектов, как наши. Более того, именно К-7 обладает той самой способностью, что способна подавить барьер. – Объяснила Тоньё.

 - Как управление векторами может это сделать? – Тотт нахмурил брови.

 - А ты подумай. – Ухмыльнулся Алистер.

 - И учи мат.часть. – Поддакнул я.

 - Так почему же ты просто его не отключишь? – Спросила Мартила.

 Я посмотрел на брата, тот на меня, и мы оба поджали губы. Есть проблемы, которые следует решить до того, как купол будет снят, не говоря о том, что полное подавление лучей, формирующих барьер, меня скорее всего убьёт.

 - Я пригласила его по ряду причин, - снова заговорила Тоньё, - прежде всего: мы рады тебя видеть, Сайлекс. Неизвестно, что было бы с нами, если бы не ты.

 Вы бы умерли, подумал я про себя.

 - Но, меня, как дочь генерального директора компании Вим…

 Дочь кого?!

 - Интересует вот что: как так случилось, что страдающая геномом дочь Джейсона Куо – Алесса – выглядит практически как одна из нас. Неужели?..

 - Да. – Я кивнул. – Мы нашли способ лечения генома. И именно геном является причиной, по которой ещё нельзя снимать купол.

 - Мы здесь, - начал Нернив, - несмотря на все наши старания, люди очень недалёкие. Прошу, объяснись.

 - Когда мы сбежали из Дории, купол был отключен на три с половиной часа. – Принялся объяснять Алистер.
– За это время сюда самыми разными путями проникло множество инфекций, вирусов и прочее. Некоторые мелкие города сжигаются целиком, чтобы предотвратить вспышки эпидемий таких болезней как, к примеру, чума. Но её, кажется, уже локализовали и уничтожили. Как и многие другие. Проблема в том, что генетическая неполноценной жителей Дории привела к невероятному упадку иммунитета, организмы настолько ослаблены, что банальная простуда может убить человека. Из чего следует, что купол можно будет снять только когда всё население страны перестанет страдать от генома. В противном случае, прекрасный и бесконечный мир микроорганизмов уничтожит всё.

 - Но ты нашел способ лечения генома, верно? – Цэр посмотрел на меня.

 - Да, но вылечить надо всех, а не только элиту Дории.

 - Насколько я понимаю, метод лечения весьма дорогостоящий? – Сразу видно, что Тоньё понимает, в чем корень проблемы.

 - Весьма. Однако, корпорация Вим могла бы себе это позволить.

 Мы замолчали на некоторое время и стали переглядываться. Я будто слышал, как в голове каждого из нас скрипят шестерёнки. Мы с Тоньё уставились друг на друга, а через пару минут игры в гляделки она открыла было рот, но я тут же перебил её:

 - Нет, я понятия не имею чем шантажировать твоего отца.

 - Есть кое-что пострашнее, чем обесцвечивание. – Проговорил Торреш. – Меня приглашали для психологического лечения людей, страдающих самой острой формой проявления генома.

 О чем он? Я знать не знаю, о чём речь.

 - Умственная деградация. Согласно ряду исследований, лет двадцать назад средний уровень интеллекта был много выше, чем сейчас, и дети, неспособные научиться даже произносить слово «мама», рождались черезвычайно редко. Сейчас же таких очень много.

 - А дети не рождаются вообще… - Пробубнил Алистер.

 - Более того, - продолжил Торреш, вздохнув, - резкая деградация может произойти с любым носителем генома. Я видел этот процесс собственными глазами. Страшное зрелище. И это не всё…

 - Существует фактор мутации. – Кивнул Алистер. – Ты видел КИ-СО-7?

 - Да, - кивнул тот, глядя брату в глаза, - и этот феномен происходит не только с носителями генома. Представители элиты страдают им куда чаще, чем обесцвеченные.

 - Что за КИ-СО-7? – Я ничего не знал о таком протоколе.

 - Кожная мутация, влияющая на плотность костей. Ещё неизученная, но взятая под наблюдение. Представителей элиты очень мало, поэтому изучить это явление сложно. Грубо говоря, согласно прогнозам некоторых врачей, - Алистер прикусил губу, - если вовремя не остановить эту мутацию, человек станет похожим на то, что росло в утробе твоей жены. – Он проговорил это очень тихо, понимая, что это – тема деликатная, но сравнение я понял прекрасно. Алистер продолжил копать под мутацию плода и, по-видимому, нашел информацию, которой не торопился делиться со мной. Значит, в мутации плода виноват не наркотик, или не только он.

 - Это страшный процесс, - кивнул Торреш, - среди учёных Гос.лаба ходит слух, неподтверждённый, поскольку всё материалы по тому делу засекречены дальше некуда или уничтожены вообще, что несколько раз была допущена абсолютная мутация, и… - Он покачал головой из стороны в сторону.

 - В общем, - подхватил его Алистер, отставив стакан, - есть специальная группа людей, следящих за элитой, и как только у них появляются первичные признаки мутации, за ними приезжает отряд в защитных костюмах, и больше их никто не видит. Надеюсь, меня вскоре привлекут к этой работе, я хочу узнать об этой мутации. Но это болезнь исключительно элиты.

 - Этим вопросом тоже следовало бы заняться, но элита составляет порядка трёх процентов населения страны. Это до смешного мало. – Торреш откинулся на спинку стула. – Проблема обесцвеченных, которую обрисовал Алистер, куда важнее.

 - Значит, нужно прежде всего заняться геномом. – Тоньё встала из-за стола и принялась расхаживать вдоль и поперёд по узкому проходу. – У кого есть какие-то идеи?

 - Не знаю как с идеями, но сокрытие информации о такой глобальной проблеме - это статья. – Николас облизал губы, посмотрев на меня. – Да и к тому же, если ты вылечил свою жену, уже очень скоро о твоём открытии станет известно руководству.

 - Мы говорим об исцелении всех дорийцев, верно? – Айви будто очнулась ото сна. – А для этого нам нужны средства компании Вим? Почему именно Вим?

 - Они очень богаты. – Это первое, о чем я подумал.

 - А ещё они в ответе за создание генома. – В следующее мгновение выпалила Тоньё. – И за создание проекта 3-L. И еще много за что.

 - Откуда ты это знаешь? – Поинтересовался у неё Алистер.

 - Я – Тоньё Тенчерс. Я всё знаю про этого ублюдка и его компанию. И про Маркуса Суоло тоже. Они ходят вместе в бар по воскресеньям.