Чтение онлайн

Но он не мог этого сделать. В душе он теперь всегда будет оплакивать несостоявшуюся месть.

– Мне очень жаль, – раздался позади шепот Эвелин.

– Такого я не предполагал, – стукнул Люсьен кулаком по перилам.

– Отец уже заплатил за все совершенные грехи, – сказала Эвелин. – Он не может сам ни передвигаться, ни говорить, ни даже есть. Ты должен быть удовлетворен, Люсьен.

– Удовлетворен? – Он повернулся к ней, его чуть ли не трясло от ярости. – Я не получу удовлетворения, пока он не будет страдать так же, как страдал я.

– Что ты имеешь в виду? – Эвелин махнула рукой в сторону спальни. – Его сердце бьется, он дышит, но жизнью это назвать нельзя. – На последнем слове ее голос дрогнул. – Уходи же, Люсьен. Оставь нас, не угрожай нам и побереги свою месть для других.

– Я еще и не начинал угрожать, – мрачно отозвался Люсьен. – Когда я начну...

Эвелин гордо вскинула голову.

– Ты уже поступил со мной самым подлым образом, но я, как видишь, выжила.

– Подлым? Ты так говоришь о тех трех ночах? – Люсьен зловеще надвинулся на нее.

Эвелин отступила и, опершись спиной о стену, медленно подняла на него взгляд.

– Мы оба знаем, что ты за человек, Люсьен Дюферон.

Он придвинулся еще ближе.

– И что же я за человек?

– Развратник, – выдохнула Эвелин. – Мерзавец. Эгоист, использующий людей как марионеток для своего развлечения.

– Неужели? – Люсьен впился в ее глаза, ощущая дуновение свежего дыхания на своем лице, губы Эвелин были так близко от его губ... – Неужели то, как я любил тебя, было так ужасно? Тогда мне казалось, что тебе это очень даже нравится. Было похоже, что ты делала это с удовольствием.

Эвелин вспыхнула, ее глаза гневно заблестели.

– Неудивительно, что тебе запомнилось это. Для меня же то был вынужденный шаг, попытка спасти жизнь отца.

– О нет, это неправда. – Люсьен взял в ладони ее лицо, не обращая внимания на попытки Эвелин высвободиться. – Не надо лгать, Эвелин. Ни мне, ни себе самой.

– Ненавижу тебя, – выдохнула Эвелин.

– Какие бы чувства ни обуревали тебя сейчас, я не позволю тебе убедить себя, что ты не хотела меня тогда и не хочешь меня сейчас.

В ее расширенных глазах читалась тревога.

– Мне просто хочется поскорее избавиться от тебя.

– О да, ты по-прежнему хочешь меня. – Его губы раздвинулись в самоуверенной усмешке. – Твой пульс бьется учащенно, твое дыхание... – Люсьен перевел взгляд на ее грудь. – Твое дыхание тоже говорит о многом.

– Возможно, но это из-за того, что я выбита из колеи появлением сумасшедшего, вломившегося в мой дом с нелепыми обвинениями.

– А возможно, это из-за того, что ты все еще хочешь меня.

– Только мужчина и мог бы так подумать.

– Я и есть мужчина. – Люсьен убрал ладони от лица Эвелин, упер их в стену по обе стороны от ее головы и прижался к ней бедрами, не скрывая своего возбуждения. – Или ты не заметила?

– Заметила, что ты много месяцев был в море, – испепеляя Люсьена взглядом, промолвила Эвелин. – Я уже не та невинная девочка, которую ты знал, Люсьен.

– Как же, вижу. – Злость Люсьена быстро сменилась нахлынувшей страстью. Он не мог отвести взгляд от прижатой к нему груди Эвелин. – Ты и впрямь превратилась в женщину, Эвелин. Интересно, достаточно ли ценит твои достоинства муж?

– У меня нет мужа, – резко проговорила Эвелин. – А теперь, пожалуйста, покинь мой дом, Люсьен, или я позову констебля.

Люсьен прищурился.

– Браво, отважная Эвелин! Я, пожалуй, уйду... сейчас. Но я еще не закончил дела с твоим отцом. Да и с тобой.

– Другого я и не ожидала от тебя услышать. – Эвелин не отводила своего взгляда, ее глаза полыхали гневом и какими-то другими, не поддававшимися разгадке чувствами.

Люсьен отступил на шаг, отвесил издевательски короткий поклон и зашагал вниз по ступенькам.

Из уст Эвелин вырвался обреченный вздох. Все эти пять лет были такими трудными. Ее отец, несмотря на мольбы дочери, все больше времени проводил за карточным столом. Эвелин никто не предлагал выйти замуж, однако поступало много других, менее достойных предложений... особенно от сквайра Лофтона. Бывший прежде учтивым, ее сосед теперь, после того как ее падение было предано огласке, более всех досаждал ей своими настойчивыми домогательствами.

В девичестве Эвелин мечтала о красивом муже, но сейчас она не могла смотреть на мужчин иначе, как только через призму горечи и разочарования. Когда стало общеизвестным, что она переспала с мужчиной – а прошло всего лишь несколько месяцев, и Эвелин уже не могла скрывать правду, – отношение мужчин к ней переменилось. Из их обращения исчезло почтение к леди, взамен же появился жадный блеск в глазах, несмотря на учтивость слов, слетавших с их языков. Не один раз Эвелин приходилось отбрасывать ощупывавшую ее руку бывшего хорошего знакомого или убегать от похотливого воздыхателя, пытавшегося приласкать ее в уединенном местечке.

Эвелин теперь не верила ни единому их слову. Она получила хороший урок и больше никогда не будет такой доверчивой.

В финансовом отношении после происшествия с отцом дела шли все хуже. Как только прошел слух, что он стал инвалидом, объявилась масса кредиторов, непрестанно стучавших в двери дома, требуя оплаты счетов. Им перестали отпускать в кредит в деревенских лавках. Из-за запятнанной репутации Эвелин стала даже испытывать трудности при продаже своих вышивок. В конце концов, ей пришлось уговорить экономку выдавать ее изделия за свои, только таким образом они смогли покупать себе еду.

Люсьен может кричать и угрожать, сколько хочет. Что бы он сейчас ни сделал, это не идет ни в какое сравнение с тем, через что ей уже пришлось пройти.

Снизу донесся знакомый, родной голос, отогнавший заботы Эвелин и вызвавший улыбку на ее губах. Этот голос принадлежал существу, которое было самым дорогим в ее жизни.

– Здравствуйте, а вы кто? – поинтересовался голос.

– Я Люсьен. А ты кто?

Встревоженная Эвелин вскочила с кресла и поспешила вниз по ступенькам, но остановилась на полпути, пораженная открывшейся ей картиной.