Шрифт:
ЧАСТЬ 1. ЛЮДИ КАК ЛЮДИ
ДЕНЬ КОМПОЗИТОРА
Разбудила косилка. Таня скинула одеяло и спустила ноги с кровати. Выругалась про себя. Встала, подошла к окну. Напротив дома был детский сад. Дворничиха с остервенением косила траву электрокосой. Из здания детского сада тянулся провод удлинителя. Дворничиха косила рядом с забором садика, получается, за его пределами. Май. Начало мая. Трава только начала расти, только начали распускаться одуванчики, а их уже уничтожали. Уничтожали с воем, шумом мотора косы. Девять утра. Последний день праздников. Последний выходной. Таня вдохнула, взяла сигарету и вышла на балкон. Всё прошлое лето уже так было. Все выходные, с утра пораньше, эта ненормальная тётка всё лето ревела этой косой. Таня открыла пластиковые окна балкона, прикурила. Какой шум в таком тихом дворике. Она проснулась потому, что на кухне было приоткрыто окно. Теперь на ночь нельзя будет открывать окна, даже на кухне, если хочешь поспать. Дворник будет терроризировать все выходные, всё лето. Включать кондиционер? Социум… Общество. Вот что ей скажешь? В прошлом году несколько человек пытались поставить эту дворничиху на место. Куда там. Облаяла. Она не нарушает закон, а для садика, так вообще, такая чума – это бесценная находка. Что в голове у этой тётки? И траву жалко. Только появилась – и под корень.
Затушила сигарету в пепельнице. Зашла в квартиру. Зайдя на кухню, включила чайник и села на диванчик рядом с холодильником. Раздавшийся звонок в дверь застал врасплох. Утро, никого не ждала.
– Привет, мам.
– Ты чего, Олег? С Лерой поссорились?
– Я пришёл обратно, мам. Мы не можем вместе жить.
– Что случилось?
– Не спрашивай, мам… Не спрашивай.
Сын, кинув сумку в коридоре, прошёл в комнату.
Музыка, как всегда, рождалась в голове. Нужно было записать. Упустишь – уйдёт. Припарковался на обочину. Достал ноутбук. Звуки рождались в голове. Чувства рождались в голове. Пока загружался компьютер, смотрел на проезжающие машины. Не видел и не слышал их. Слышал музыку. Чем всё закончится, он не знал. Так всегда. Рождаются первые звуки. Нужно начать записывать – и мелодия будет рождаться сама. От него не зависит. Он только записывает. Он испытывает только чувства, они переходят в звуки. Зазвенел телефон.
– Борь, Олег пришёл.
– Да? И что?
– Да! Пришёл сейчас с утра! Со мной не говорит, говорит, не спрашивай. Закрылся в комнате.
– …
– Ты где?
– На дачу еду.
– Приезжай, поговори с ним.
– Зачем?
– Как зачем, Боря?! Это твой сын! Тебе как всегда всё пофиг! То дача, то ещё чего. У сына проблемы, какие могут быть у тебя дела? Они расстались с Лерой!
– Ну-у-у…
– Что ты нукаешь? Ты приедешь?
– Да.
– Давай, приезжай быстрее.
Борис вздохнул. Музыка ушла. Ушла, как и не было. Попытался вспомнить. Нет. Ничего уже нет. Шум машин. Музыки как и не было. Вспоминать бесполезно – он это знал. Включив поворотник, он развернулся обратно в город.
Компания была большая. Приехали на пяти машинах. Уже третий год после окончания института собирались все вместе на праздник. Выезжали на речку с ночёвкой. Было пасмурно, но весело. Серёгин с Костей пилили бензопилой столбы для навеса. Девушки накрывали стол. Олег ставил палатки. Павел рядом надувал матрац ножным насосом.
– Похоже, Олег, дождь будет.
– По прогнозу вроде так, но им верить-то… Будем надеяться.
– У тебя как с Леркой, потомства не планируется?
– Мы работаем над этим вопросом, Паш.
– Ха! Так и мы с Светкой работаем! Усиленно работаем! Хотелось бы уже результаты работы увидеть-то!
– Мы не спешим… Нет такой цели. Для себя пожить нужно, Паш.
Олег вбил последний колышек, закрепил на нём верёвку и взял в руки сумку со второй палаткой.
– Эй, труженики! Давайте к столу! Тяпнете немного, потом доделаете!
– Ща, Свет, придём! Доделаем – да придём!
– Да ладно, чё ты, Паш, пошли сейчас, потом сделаем.
– Блин, Олег! Тучи видишь? Давай до дождя всё быстро сделаем, а там уж и тяпнем.
Света резала салат. Крикнув мужу с Олегом, она задумчиво смотрела на реку.
– Что задумалась, Свет?
– Не придут они, пока не закончат, я своего Пашку знаю, Лер.
– Придут, Свет. А я своего Олега знаю. Ему полежать, посидеть, поиграть в компьютер… но главное – ничего не делать, – Лера взяла пакет майонеза и начала выдавливать его в салат.
– Давайте без них шампанского бутылочку откроем! Эй, шашлычник! Кирюха! Открой нам бутылочку!
– Для тебя, Лер и прекрасных девушек с удовольствием!
Кирилл встал со стула, предварительно перевернув решётку с мясом. В это время из леса появился Серёгин с Костей. Пыхтя и сопя, они кинули на землю столбы перед столом.
– А нам, что покрепче, девочки.
– А где Паха с Олегом? Рыбу ловят?
– Палатки собирают. Водку или коньяк?
– Нифигасе… Олег тоже? Я думал, он лежит с планшетником как всегда. Мне водку… Кирюх, долго ещё шашлык ждать?
– Минут пять… Мне коньячку, девочки, достаньте. А ты, Кость, коньячку или водочки?
– Я не хочу пока… Сочку. Пойду за парнями схожу, может помочь чё…
Костя с пластиковым стаканом сока подошёл к мужчинам.
– Ну что, господа? Вам помощь профессиональная не требуется?
– Закончили уже, Кость.
– Так пошли к столу. Там всё готово… Я ща удочку тогда из машины сразу возьму тока.
– Пошли… А я тогда планшет свой захвачу.
– Да, Олег, ты уже тут поражаешь всех! Уже часа два мы тут, а ты без планшета, не в кресле! И даже что-то делаешь.
– Что ты хочешь сказать этим, Кость?
– Что хотел то и сказал.
– Да лан… хорош вам, ребят. Пойдём к столу. Дождь вон начинается.
Сидели под навесом из натянутой на столбы плёнки. Дождь был несильный, но заканчиваться даже не собирался.
– Это ведь фонарь противоводный?
– Да, Лер! Включаешь его – и дождь заканчивается!
– Ну-у! Почему ты со мной как с дурочкой разговариваешь!
– Фу! Мамочки! Тут одни слизни под сумками! У кого есть вакцина от слизней!
– Олег! Ау! Оторвись от планшета, поговори с нами!
– Давайте споём, ребят! Инет работает, давайте «минусовки» найдём и споём?
– Серёгин! Ты уже готов совсем! Мужики! Сатурну больше не наливать!
– Почему за костром никто не следит? Шашлычник! Твоя обязанность?
– Завтра как выезжать-то будем? Буксовать придётся, всё размоет.
– Не парься, Паша, выедем, подай балычка. Давайте выпьем. Наливай, Кирюха.
Дождь стучал по палатке. Олег лежал с планшетом рядом с Лерой. Тусклый свет компьютера освещал его лицо. Лера задумчиво смотрела на него.