Чтение онлайн

Я издала смешок.

— Не знаю. — Конечно, я знала. Я выросла с матерью, которая не очень-то интересовалась искусством, если только ваше определение искусства не было журналом «People», который она время от времени таскала из наркологической клиники.

И почему обращение к ней даже в прошедшем времени все еще причиняет такую боль, даже спустя столько лет?

Я снова сосредоточилась на песне. Это было красиво, трогательно и как-то невыносимо грустно. Я расслабилась рядом с Трэвисом, наконец-то научившись «доверять и следовать» и позволив себе это.

Несколько мгновений мы просто покачивались, и зазвучала другая песня.

— Как ты думаешь, тогда все было проще? — тихо спросил он. — В этих старых песнях любовь всегда звучит так... легко.

Я думала об этом, слушая, как мужчина сравнивает лицо своей возлюбленной с цветком.

— Не знаю, была ли когда-нибудь любовь простой, — сказала я. Но я знала, что он имел в виду. Одна только песня, казалось, передавала мысль о том, что любовь — это все, что тебе нужно.

Я знала, что это неправда.

И мужчина, который сейчас прижимался ко мне, недавно тоже усвоил этот урок, если еще до этого не знал об этом.

— Мой брат уехал из города восемь лет назад.

Я посмотрела на него, удивленная сменой темы.

— Твой брат?

— Мхм. Арчер владеет Пелионом и управляет им. Земля, на которой он находится, принадлежит моей семье с момента основания города. Она переходит от одного первенца к другому.

Вау.

Понятия не имела, что семьи владеют целыми городами.

Корни Хейла, должно быть, очень глубоки.

— Почему твой брат уехал? — спросила я.

Трэвис пожал плечами, слегка приподняв их.

— Чтобы найти себя, я думаю. Вроде как ты, может быть.

— Неужели?

Трэвис на мгновение замолчал. Выражение его лица было каким-то отстраненным и грустным, и у меня возникло странное чувство, что он не очень-то часто обсуждает эту тему. Казалось, он тщательно подбирал слова, как будто вступил в разговор, который не собирался начинать. Но с чего бы это? Это была его история. Его семья. Его брат.

— Да, — сказал он наконец. — Как бы то ни было, в тот вечер, когда он вернулся, в этом самом доме была вечеринка, вот почему я об этом подумал. Здесь до сих пор о нем ходят легенды. Когда появился Арчер, Бри, теперь его жена, была кое с кем на танцполе. Толпа расступилась, земля зашевелилась, ангелы запели, и с тех пор они были вместе каждый день. У них теперь трое детей — племянники и племянница, о которых я упоминал, — но они все еще смотрят друг на друга так, как, я думаю, смотрели в ту ночь, — закончил он почти про себя.

Я вздохнула. Была очарована видением и знанием того, что два человека, о которых он мне рассказывал, создали прекрасную семью.

Семья. Корни. Богатая история.

Мое сердце внезапно сжалось.

На что это должно быть похоже?

Песня подошла к концу, и мы отошли друг от друга, задержав взгляды. Я слегка покраснела, мои эмоции были дезорганизованы.

— Мне нужна вода.

Мы подошли к краю танцпола, и Гейдж внезапно появился перед нами, как бог из небытия.

— Трэвис. Хейвен, — сказал Гейдж, подходя к нам с теплой улыбкой. — Какой приятный сюрприз! Спасибо, что пришли.

— Гейдж.

Мужчины пожали друг другу руки.

— Привет, — сказала я, улыбаясь, чувствуя себя уже лучше, более уверенно, когда Гейдж стоял перед нами. — Дом твоей семьи прекрасен.

— Благодарю. Трэвис бывал здесь сотни раз, но я был бы счастлив сопроводить вас обоих наверх, где установлен бар.

— Я, э-э, вообще-то вижу кое-кого, с кем хотел бы поздороваться, — сказал Трэвис, махнув рукой куда-то вправо. — Но Хейвен хотела выпить. Найдешь меня позже, Хейвен?

— Конечно, — ответила я, чувствуя странную боль в животе после его ухода.

И вот теперь я наедине с Гейджем.

Это ведь было именно то, чего я хотела.

— Я не знал, что вы с Трэвисом Хейлом встречаетесь, — сказал он.

— О нет, — объяснила я, когда он повел меня к парадной лестнице. — Мы просто... друзья. — Словно услышав что-то странное в моем тоне, он посмотрел в мою сторону, задержав взгляд на моем лице.

— Гейдж, дорогой, — сказала пожилая женщина, направляясь к нам, ее темные волосы были собраны в гладкий шиньон, а платье цвета шампань являло собой образец элегантности и утонченности, — ты видел своего отца? Я снова потеряла его. Клянусь, мне нужно держать этого человека на поводке. — Ее голос наполнился смехом.

— Он в бильярдной, пробует сигары, которые принес мистер Гендерсон.

Матери Гейджа удалось придать закатившимся глазам утонченный вид.

— Мне следовало догадаться. Он всегда там прячется.

Бильярдная.

У меня закружилась голова, и мне вдруг захотелось смеяться и плакать одновременно. Я была с Гейджем. В его прекрасном, совершенном семейном доме. Там, где была бильярдная. Я даже не знала точно, что это такое, за исключением того, что ее, вероятно, использовали для бильярда и, очевидно, прятались от жены.

— Мам, это Хейвен Торрес, — сказал Гейдж. — Она работает в клубе.

— Приятно познакомиться, миссис Бьюкенен. — Я на мгновение напряглась, ожидая реакции миссис Бьюкенен на тот факт, что я работала обслуживающим персоналом. Но она и глазом не моргнула.

— Хейвен, дорогая, так приятно познакомиться. Разве ты не прелесть? Боже мой, чего бы я только не отдала за твои волосы.

Я улыбнулась. В этой женщине не было ничего фальшивого. Она была теплой и любезной, и ее комплимент казался искренним. Она была совершенством. Конечно же, была.