ТораДора
Шрифт:
– Идиот! Я же просила тебя подождать! Что ты здесь делаешь?!
– Ай!…
Тайга, словно телепортировавшись, быстро сунула свою ледяную руку ему за воротник.
Это оказалось намного эффективнее простого удара. Неожиданное ледяное прикосновение толкнуло Рюдзи в тёмную бездну преисподней.
– Я выскочила за тобой, но ты уже куда-то подевался. Так что я расспрашивала встречных, не пробегал ли тут уродливый страшный тип. Трясущийся от страха прохожий рассказал, что ты побежал на дорожку вдоль реки искать добычу. Ты такой дикий пёс… Даже устроил нервное потрясение ни в чём не повинному человеку…
Они шли плечом к плечу по высокой траве, почти в человеческий рост. Белые облачка дыхания предупреждали о холодной ночи. Тела дрожали от холода.
– Слушай… Ты действительно побилКитамуру-куна?…
– Нет.
– Тогда чем ты занимался? И о чём вы говорили?
– Не скажу.
Рюдзи намеревался унести секрет разговора с Китамурой с собой в могилу. Это со мной Китамура готов был поговорить об истинных причинах своего поведения. Даже если Тайга изобьёт меня, поразит все чувствительные точки, распнёт на кресте, бросит на необитаемом острове или даже публично казнит… я не расскажу ей.Рюдзи непроизвольно посмотрел на свои ноги, но был неожиданно атакован сзади.
– Гр-р!… кхе!…
Он никак не ожидал, что его действительно будут душить. Река, мирно текущая рядом, теперь казалась кровавой рекой из ада, будя в Рюдзи желание бороться за свою жизнь.
– Подожди-ка.
– Ха?…
Рюдзи почувствовал, как что-то мягкое обвилось вокруг его шеи.
Тайга замотала шею Рюдзи шарфом так же, как он в своё время повязывал шарф ей. Она тянулась изо всех сил, чтобы достать до его шеи. Её грубое и жестокое удушение – это всего лишь следствие разницы в росте. Наконец шарф был завязан на шее, словно петля.
– Кхе!
– Заткнись…
Шарф неожиданно затянулся… Нет, это просто сигнал, что Тайга закончила свою работу. Рюдзи поспешно ослабил этот кашемировый шарф, наконец-то распустив узел, не дающий ему нормально дышать. Его быстро окутало мягкое тепло.
Аромат, который он уловил, не был его собственным – это был запах волос Тайги, нежный запах цветов. Одолженный несколько раз шарф уже пропитался им.
Это запах девушки или запах шампуня? Или это запах её шеи и ушей? Что бы это ни было, это было очень тепло. Рюдзи, подражая действиям Тайги, сунул нос в шарф, ещё хранящий остатки тепла её тела, дыша в ладони, чтобы согреться. Под замораживающим ночным ветром Рюдзи наконец поднял голову.
На дорожке не было ни души. Только отдалённые звуки машин, звуки ветра, их с Тайгой шагов и реки. В безбрежном ночном небе ярко сверкали звёзды. Хотя они были очень далеко, хотя он не мог по-настоящему видеть их, хотя это могли быть всего лишь тени прошлого, звёзды продолжали ярко сиять над головой Рюдзи. И они, наверное, будут там и завтра. Плачь или смейся, они всё равно будут там. Вот о чём думал Рюдзи. Ночь, когда на землю льётся холодный дождь, ночь, когда он не может перестать трястись от холода, ночь, когда он не захочет открыть глаза. Даже в такую ночь звёзды будут продолжать сиять по ту сторону облаков.
Они всё ещё там.
Вещи, столь же неизменные, как и звёзды, должны быть одинаковыми.
– Не замёрзла?
– Я очень горячая.
Голос Тайги был почти обычным, с лёгким оттенком холода и недовольства, как звёзды, сияющие в порывах холодного ветра. Рюдзи помог ей натянуть капюшон на голову, на спутанные волосы. Тайга ничего не сказала, просто ждала, пока он закончит вытаскивать волосы из-под капюшона, чтобы натянуть его до самых глаз.
– …Так что ты здесь делал?
Говоря тихим голосом, Тайга прятала лицо за капюшоном и волосами.
– Я уже сказал, что не скажу.
Без разницы, может он видеть её лицо или нет.
Они продолжали свой обрывочный разговор, дыша в ладони, чтобы согреться. Почти закоченевшие тела потихоньку отогревались.
Они сунули руки в карманы, продолжая идти плечом к плечу. Хоть они и не держались за руки, Тайга не отходила от Рюдзи, шагая в ногу с ним. Из-под капюшона и волос скрытно блестела пара глаз.
Тайга,беззвучно позвал Рюдзи.
Тайга, Китамура – не звезда. Он не образ в десятках тысяч световых лет отсюда.
Он, как и ты, человек, который иногда расстраивается, иногда оступается, но всегда идёт вперёд под внимательными глазами звёзд, сияющих над ним. Все звёзды в конце концов гаснут, правда? Тайга, Китамура, я и остальные увидим одно и то же умирание звезды. Люди всегда смотрят на звёзды в ночном небе, думая, что кое-кто где-то смотрит на ту же звезду, и затем продолжают идти.
Тайга, ты точно не одинока. Даже если говоришь «Я могу жить одна, никаких проблем». Но точно будет человек, который будет смотреть на ту же звезду вместе с тобой. И сейчас это я. Даже если однажды небо изменится, всегда найдутся звёзды, висящие над головой.
– Рюдзи, я голодная.
– Ох… Зайдём в круглосуточный и купим одэн?
Через некоторое время…
– Хорошо!
В вечерней тишине прозвучал голос Тайги.
* * *
Следующим днём была пятница.
Китамура, уже покрасивший волосы в свой обычный чёрный цвет, что нельзя назвать иначе, чем «Маруо», натягивал тапочки у входа в школьное здание. «Это не Китамура?» «Он вернулся в мир живых» «Это значит… не может быть?!» Среди всего этого шёпота…
Китамура медленно шёл вперёд, его цель…
– Завтра день голосования!
– Я пошлю всех, кто не проголосует, в самые глубины ада… А?
Тайга и Рюдзи, оба с микрофоном в руке, боролись за голоса. Увидев Китамуру, они онемели.
– Китамура…
– Китамура-кун…
Китамура улыбнулся…
– Извините, но вы уже достаточно всего натворили… Нет, я не позволю вам продолжать это! Я, Юсаку Китамура, поведу школу к величию!
В этот момент.
– Мы ждали этого! – Школьники, прогуливающиеся по зданию, зааплодировали Китамуре. Участники заговора захлопали вместе со всеми. Ами, только что вошедшая в здание, поначалу казалась шокированной, когда ей сообщили эту новость, но потом тоже начала хлопать с видом, соответствующим её публичному образу.