Чтение онлайн

Пальцы Виктора бегали по клавиатуре, текст шел со страшными ошибками, но он сейчас не обращал на это внимания – потом исправит, сейчас не до того, сейчас идет, да так, как редко шло. Мир, пришедший в грезах, под его пальцами становился все более живым, цельным, реальным. Он оживал на глазах, превращался во что-то реально существующее. Пусть не здесь, пусть где-то там, но это неважно. Писатель улыбался сквозь слезы, понимая, что пишет настоящее, то, ради чего стоило жить.

Закончив главу, Виктор устало поднялся, потер лоб и тяжело потянулся к холодильнику, чтобы взять банку холодного пива. Эта глава далась очень тяжело, но вдохновение еще не ушло, а значит, нужно писать, пока есть хоть какие-то силы. Иначе муза «уйдет погулять» на несколько недель, как бывало уже не раз, поэтому лучше не рисковать.

Однако минут десять можно посидеть, покрутить в голове дальнейшее – не сюжет, ни в коем случае. Не раз сталкивался с тем, что все задумки летят в тартарары при написании. Есть, конечно, те, кто пишет логично, по плану, но их книги почему-то читать не хочется – в них не хватает чего-то неуловимого, что можно, наверное, назвать душой. А его герои живут, они поступают по-своему, не спрашивая автора, порой неожиданно для него.

Внезапно раздавшийся звонок телефона заставил Виктора поморщиться. Ну, блин же, почему обязательно нужно отвлекать от работы?! Посмотрев на экран мобильника, он хмыкнул и нажал на кнопку ответа – звонил коллега и старый приятель, Сашка Каверзнев.

– Привет! – напористо заговорил тот. – Тут такое!!!

– Привет, – отозвался Виктор. – Что стряслось-то? Я из дома третью неделю не вылезаю, пишу, как оглашенный. Книга не идет, а прет! За месяц почти десять листов накатал, представляешь?

– Да хрен с ней, с книгой! – чуть ли не в истерике выкрикнул Каверзнев. – Наших шестеро пропали бесследно!

– В смысле?.. – растерялся писатель.

– В прямом! – отрезал собеседник. – Ногин, Локушев, Ставицкий, Торин, Замаров, Хромов и Рогин! Никого из них найти не могут. Рогин, например, пропал чуть ли не глазах у жены – она утверждает, что входная дверь не открывалась! Она в туалет вышла, вернулась в комнату – а мужа нет. Только сигарета дымится в пепельнице и недопитая чашка кофе стоит. Одежда вся на месте, обувь тоже. Менты поискали, но ничего не нашли. С остальными было примерно также. Мишка Локушев вообще исчез из издательства – он же там писал, дома, при его безумной теще, не особо попишешь.

– Ни хрена себе… – растерянно протянул Виктор. – Расклады…

– Я тебе чего звоню-то, думал ты тоже… – буркнул Каверзнев. – Эти шестеро, как и ты, шизанутые. Вишь ли, верите в то, что пишете! Это же просто фантастика! Сколько раз я тебе говорил – не путай реальный мир с тем, что пишешь. Я вот для бабок пишу – сам знаешь.

Виктор насмешливо ухмыльнулся – прекрасно знал этот Сашкин пунктик. Он всем рассказывал, что пишет ради денег, но при этом писал талантливо – а талант с писанием только ради денег несовместим. Те, кто так поступают, просто теряют этот самый талант, иначе просто невозможно. Но раз Сашка так хочет, пусть так думает – его дело.

– А про то, что исчезают ролевики, барды, байкеры, ты слышал? – поинтересовался Каверзнев. – Байкеры вообще смотались в черные воронки в небе!

– Ты что, издеваешься?.. – обиделся Виктор. – Или до белой горячки допился?

– Ты телевизор давно смотрел?

– Его же у меня нет, я ящик для дураков десять лет не смотрю.

– Что, и в инет не залезал? – изумился Каверзнев. – Новости не читал?

– Да в работе я по уши! – раздраженно отрезал Виктор. – Неужто непонятно?!

– Да уж… Действительно не от мира сего. Тут такое творится, а он ни сном, ни духом…

– Плевать мне на все это! – окончательно озверел Виктор. – Закончу книгу, нажремся. А теперь пока, пишу я!

И отключил мобильник, матерясь сквозь зубы. Однако рассказанное Сашкой не давало покоя, и он все же залез в Интернет. Чем дальше Виктор читал новости, тем больше отвисала его челюсть. Прочитанное скорее походило на низкопробную фантастику, чем на реальность. Это розыгрыш, что ли? Но кто бы ради него, не столь уж известного писателя, стал устраивать такое?! Да и невозможно это, если разобраться – десятки популярных сайтов сообщали одно и то же. Виктор даже просмотрел видеозаписи ухода байкеров и вообще онемел – это выходило за все и всяческие пределы.

Неужели происходит то, о чем он давно мечтал? Господи, прошу, пусть будет так! Виктор сам не заметил, что по щекам потекли слезы радости и надежды. А ведь действительно, можно вспомнить те шесть случаев, когда ему казалось, что мир словно распахивается, кардинально меняется, а он сам взлетает – и писал, как сумасшедший. Но воспоминание о книге потянуло за собой другое – она не окончена. А осталась последняя глава. Так что неважно все, нужно работать.

Он снова сел за компьютер и принялся за дело. Случившееся вогнало Виктора в такое эмоциональное состояние, в котором он не бывал даже в лучшие времена, когда писал свою главную книгу, не помня больше ни о чем. А сейчас он вообще не видел мира вокруг – он был там, где вершил высший суд Плетущий Путь. И плевать на все остальное!

Вокруг писателя гремела торжественная музыка Сфер, но он не слышал, он творил, забыв о себе. Смыкались вселенные, изменялись миры, совмещалось несовместимое. Пальцы били по клавишам, но Виктор не видел экрана сквозь слезы.

И наконец последняя точка была поставлена. Руки обессиленно упали вниз, писатель смотрел на экран и глупо улыбался. Он не знал, что где-то невероятно далеко на чашу весов упала последняя гиря.

Внезапно экран подернулся помехами, и Виктор чуть с ума не сошел от страха. Текст!!! Если комп сейчас подохнет, то все пропадет!

– Рукописи не горят! – набатом прозвучал чей-то холодный голос. – Тебе ли не знать?

На экране появилось мертвенно бледное лицо, чьи глаза скрывали узкие черные очки. И Виктор задохнулся – но не от страха, а от неожиданности и надежды. Неужели?.. Это он?!. Но как?!.

– Пора! – прямо из экрана протянулась рука в белой перчатке. – Тебе здесь делать больше нечего.

– Эт-то т-ты?.. – Губы писателя, воочию увидевшего своего героя, дрожали. – Пришло время Суда?..

– Нет, – отрицательно покачал головой Палач. – Тебе пришло время уходить.

Виктор нерешительно протянул навстречу свою руку, улыбнулся дрожащими губами, ощутив холод ладони Плетущего Путь, и ступил прямо в экран компьютера.

В опустевшей комнате дымилась непогашенная сигарета в пепельнице и сиротливо стояла недопитая банка пива.