Чтение онлайн

– Плати! Прямо сейчас плати! Хватить обманывать людей!

– Никто никого не обманывает!
– снова встрял букмекер.
– Вы чего лезете?

– Платите!
– крикнул стоящий справа зевака.

– Платите!
– подхватил его друг.

– Платите! Платите! Платите!

Толпа ревела от восторга. Окружающие хлопали меня по плечам и спине, пожимали руки. Народ занял сторону того, кто пошёл против системы и выиграл.

На мой счет поступил миллион двести пятьдесят тысяч, и игроки радовались этому даже больше чем я. К слову, на то были свои причины. Это для них бой выглядел напряженным и непредсказуемым, а я следил за ним, как за одним большим планом по тому, как забрать у белобрысого деньги. Спектакль прошёл по моему сценарию от начала и до конца.

Пораскинув мозгами, я всё-таки понял, как букмекер дурит людей. Он подкупает волатильностью ставок и примерно равными итоговыми суммами. Лучше всего схема работает, когда в сражении есть ярко выраженный фаворит.

Игроки ставят деньги на потенциального победителя, и в какой-то момент разница между суммами общих ставок превращается в пропасть, это становится первым сигналом к действию.

Потирая кулаком лоб, букмекер запускает процесс. Подставные люди делают ставки на отстающего, чтобы сократить разницу в общей ценности. Затем приём заявок заканчивается, и на сцену выходит Ник с волшебными бутылочками.

Варевом псих занимается в камере. Растворить в бутылке голубую таблетку - ничего сложного, заминки возникают, когда нужно изменить дозировку и сделать одного противника сильнее другого. Отщепить от таблетки нужно ювелирно точный кусочек, чтобы даже сам боец не почувствовал разницу, но получил приличную фору.

В липовом поединке побеждал слабейший, но никто не замечал подвоха, потому что ставки на обоих бойцов почти не отличались друг от друга. Вот и вся схема. Мои пять сотен отправились бы в карман к белобрысому, если бы я сыграл по его правилам, но у меня были другие планы.

Патрик всё же пошел со мной на контакт и помог осуществить главную часть плана. Он пожаловался охране на то, что Ник не разъяснил правила поведения в тюрьме, сразу после того, как зелье для боев было приготовлено. Пока Ника распинали в суде, наш парень поменял местами содержимое бутылок. Самат получил ту, где концентрацию дебафа снизили.

На Самата я поставил не только потому, что верил в его силу, кавказцы оказались идеальной кандидатурой, потому что конфликтовали с белобрысым. Я пообещал парням сто тысяч, если они помогут отстоять мой выигрыш.

Самату осталось лишь поддержать интригу и выиграть на последнем издыхании, чтобы увлечь толпу. Именно заключенные сыграли решающую роль в том, чтобы я получил свои деньги в полном объёме. Толпа разошлось настолько, что сломала бы к херам букмекера вместе с бандой белобрысого. Кидалы испугались и перевели мне положенный выигрыш.

В следующий раз я вышел во двор спустя две недели. Срок заключения сократился до шестидесяти дней, а количество знакомых лиц на прогулочной площадке поубавилось.

Большинство заключенных, не считая участников банд, редко проводили в форте больше двадцати дней. И путь многих игроков я не знал, пара десятков уважительных взглядов всё же проводили меня к деду.

– Я хочу стать постоянным клиентом тренировочной комнаты.

– Привет, Мирон, - старик походил ферзем, а затем отодвинул доску в сторону.

– Привет. Мне нужна комната.

– Не тебе одному, сынок. Мы соблюдаем очередь.

– Я заплачу.

Дед залез во внутренний карман и достал портсигар:

– И как часто ты хочешь там быть?

– Четыре часа через каждый день!

– А как же работа? Тебе придётся ещё немало проторчать здесь.

– С этим я как-нибудь разберусь.

Морщинистая рука достала самокрутку и принялась тщательно раскатывать:

– Одно внеочередное посещение стоит тысячу, но, думаю, мы сделаем скидку. Ты сыграл против наших конкурентов. Семь сотен.

– Идёт.

Неделя, проведённая в тюрьме, теперь обходилась в тринадцать тысяч - катастрофа, особенно если учесть, что платил я за то, чтобы кушать баланду без крыс и спокойно работать. Успокаивало, что все мои затраты оплатили белобрысый и его команда.

Во время следующего посещения тренировочный комнаты собрать магический огонёк на ладони получилось уже спустя пятнадцать минут, а к окончанию четырёх отведённых часов я отделил его от руки.

Шарик, диаметром пять сантиметров, оставляя после себя трассирующий след, улетел в направлении деревянного манекена. Бросок оказался недостаточно сильным, и снаряд упал, не преодолев даже половины пути. При падении шарик развалился на пылающие крошки будто миниатюрный коктейль Молотова, пламя потухло секунд через пять, оставив на земле чёрные пятна. У меня получилось.

Вместе с невероятным ощущением счастья от проделанной работы пришло и опустошение, физическое опустошение. Я не уставал так и за восьмичасовой рабочий день. Крошечный сгусток энергии, вылетевший из ладони, вымотал меня будто двадцати километровый марш-бросок.

Остаток дня я провалялся на койке, беспокоясь о том, хватит ли мне сил на завтрашнюю работу. К счастью, за ночь силы вернулись, и я продолжил жить в заданном ритме.

Я не выходил в реал даже по воскресеньям. Один день работал, а следующий проводил в тренировочной комнате.

Огненный орешек увеличивался в размерах, летел дальше, а осколки горели дольше. По истечении двух недель тренировок количество шаров увеличилось до пяти за сеанс, и каждый их них с силой разбивался о деревянный манекен, всё глубже прожигая верхние слои породы.

– На выход!
– дверь камеры отворилась.

Я окинул взглядом помещение, ставшее моим домом на три месяца. Сокамерника ко мне так и не подселили, из-за чего пустующая койка в памяти так и осталась койкой странного чувака по имени Лёха.