Чтение онлайн

– Подожди, а как же "Варяг"?

– Может, как и был - потонет лет через десять в Чемульпо. Только потом наши будут оборонять не Артур, а Нагасаки. После разгрома Китаем Японией Россия попытается утвердиться на Японских островах, а заодно - и в Корее. Китаю это не понравится.

– Ну, а дальше?

– Дальше завтра посмотрим. Знаешь, что я после всего этого думаю...

– ???

– Запретят нам скоро все эти любительские вмешательства в историю морских войн. За одним, может, исключениям...

– Каким?

– Сражение у Лиссы. Итало-австрийская война 1866 года. Первое морское сражение броненосных эскадр.

– А почему именно это не запретят?

– Потому, что при любом исходе сражения у Лиссы итоги войны оставались бы неизменными. Австрийцы так и так капитулировали перед Пруссией, а итальянцы получали Венецию. В общем, воевали у Лиссы, по большому счету, из чистого интереса. Прямо как мы!

ФЛАГ КИТАЙСКОГО ИМПЕРАТОРСКОГО ФЛОТА

'Ныне мы удостоились любви Неба! На сердце у Нас царит радость. Борьба с японскими варварами всегда была трудным делом. Японцы неоднократно беспокоили Нас, намеревались захватить корейские земли, близкие от мест возникновения Нашей династии. Если бы эта опасность не была устранена, спокойствие Поднебесной могло быть нарушено. Мы постоянно уделяли этому вопросу серьезное внимание. Мы тщательно подготовились к войне, снарядили боевые корабли и военные части. После этого по точному расчету было начато решительное наступление, подняты в поход войска и использована благоприятная обстановка. Так как войско Наше было отборным и сильным, имело надежное и превосходное оружие, то японцы не могли противостоять Нам и вынуждены были молить о пощаде'.

В восточном зале дворца Илуандянь, где собрались многочисленные военные и гражданские чиновники, адмирал Тинг коленопреклонно слушал указ по случаю своей победы. Впереди, спиной к украшенным тонкой резьбой широким окнам сидели на своих яшмовых тронах император Гуан Сюй и вдовствующая императрицы Цы Си в парадных раззолоченных одеждах. Плечи Тинга также покрывал теперь золототканый кафтан, а голову бархатная шапочка с драгоценным павлиньим пером - знак высшей императорской миссии. Рядом находились отличившиеся морские офицеры и иностранные советники - фон Ганнекен, Тейлор, Мак-Гиффин, еще не отошедшие от удивления от произошедшего. Вот кому Тинг сейчас завидовал - не орденам Двойного Дракона, полученным иностранцами, конечно, а то, что им позволили сидеть на специально поданных стульях. В отличие от привычных к придворному ритуалу чиновников, адмиралу было страшно тяжело так долго стоять на коленях с застывшей радостной улыбкой. Радоваться, по большому счету, тоже было нечему.

Гладкие торжественные фразы о закономерной победе Поднебесной над варварами противно было слушать. Выигранное сражение Китаю принесли несколько кораблей с экипажами из перерожденных. Война же в целом складывалась далеко не лучшим образом. Сосредоточенная на границе с Кореей 100-тысячная китайская армия еле-еле сдерживала натиск 30-тысячного японского корпуса. Да и то - перейти пограничный Ялуцзян японцам помешали в основном канонерки, вовремя посланные туда Тингом. Конечно, японцы не смогли бы действовать на материке так успешно, если бы удалось перерезать их коммуникации с островами метрополии, лишить подвоза боеприпасов, снаряжения, продовольствия. Прокормится самим в разоренной гражданскими войнами, жестоко голодающей Корее было весьма трудно. А потом пришла бы зима, к которой японцы с их легким снаряжением совсем не готовы. Но после сражения близ устья Ялуцзяна корабли Тинга вынуждены были встать в Порт-Артуре, ожидая своей очереди на единственный на севере Китая судоремонтный завод. Вдобавок надо было еще ремонтировать трофейные японские крейсера, с большим трудом отбуксированные с Гайятонга

Первым делом Тинг привел в порядок наименее пострадавшие крейсера "Чинг-Юань", "Цзи-Юань", "Гуан-Кай" и "Гуан-Ши", сформировав из них рейдерский отряд с базированием на Вейхавэй. Особенно большие надежды возлагались на 18-узловой "Чинг-Юань" (остальные ходили на 15 узлах). Увы, успехи крейсеров были более чем скромные и сводились, в основном, к нескольким минным поставкам на подходах к корейским портам. У рейдеров Тинга не хватало сил, чтобы успешно атаковать конвои, которые японцы теперь отправляли под сильной охраной. Как-то раз три их безбронных корвета обратили в бегство парочку китайских патрульных крейсеров, которые попытались приблизиться к идущим в Чемульпо пароходам. При равном тоннаже и чуть меньшей скорости хода корветы типа "Кацураги" значительно превосходили "Гуанов" в артиллерии - пять 4,7-дюймовых и два 7-дюймовых орудия против трех 4,7-дюймовок. Наиболее результативным, как ни странно, стал отправленный на охоту самый большой у китайцев миноносец "Фу-Лунг". Водоизмещение в 120 тонн делало его вполне мореходным, угля хватало на три тысячи миль экономным ходом, к тому же его мачты были приспособлены для парусного вооружения. "Фу-Лунг" под командованием молодого капитана Цай Тин Кана действовал у самого побережья Японии, потопив несколько каботажных пароходов и джонок. Самым большим успехом "Фу-Лунга" было торпедирование у острова Цусима старого деревянного корвета "Цукуба". Против вредного миноносца японцы направили свой самый быстроходный корабль - 20-узловую авизо "Яйеяма", чьи три 4,7-дюймовые орудия не оставили бы никаких шансов двум 1,5-дюймовым пушконкам миноносца. Но "Фу-Лунг", где заменили старые прогоревшие котлы на новые, смог уйти от авизо, развив положенные ему 24 узла.

МИНОНОСЕЦ "ФУ-ЛУНГ"

В целом, на море продолжали, по существу, господствовать японцы. Дошло до их попытки взять полный реванш и покончить с Бэйянским флотом. Октябрьской ночью к Порт-Артуру были посланы пароходы-брандеры для затопления на узком фарватере, чтобы запереть тем самим флот Тинга в артурской бухте. Одновременно поблизости готовился к высадке 20-тысячный десантный корпус под личным командованием военного министра маршал Оямы - чтобы с ходу взять слабоукрепленный с суши Артур вместе с находившимися там кораблями, то есть повторить Гайятонг в большем мастштабе.

Однако Тинг оказался готов к появлению брандеров. Появившиеся ночью близ Артура японские пароходы перехватили и потопили дежурившие на внешнем рейде "Пин-Юань", канонерки и миноносцы, внесли свой вклад и береговые батареи. Когда же наблюдатели сообщили о появлении у Бидзыбо японской десантной флотилии под охраной пяти корветов и четырех канонерок, Тинг вывел в море "Дин" и "Чин-Юань", на палубах и в трюмах которых еще шли вовсю ремонтные работы. Заметив броненосцы, дежурившая у Артура стремительная "Яйеяма" тут же понеслась на север, и маршал Ойяма немедленно отменил высадку, дав указание уходить к Корее.

АВИЗО "ЯЙЕЯМА"

Северный Бэйянский флот был пока не в состоянии препятствовать действиям японцев, Положение могла бы исправить переброска на север части сил трех остальных, южных, китайских флотов. Сейчас, когда японцы лишились своих самых сильных крейсеров, южнокитайские эскадры, состоящие из легких патрульных судов, вполне могли бы справиться с задачей блокады Кореи. Увы, флоты в южных Шанхае, Фучжоу и Кантоне подчинялись местным губернаторам, которые дали понять, что не имеют никакого отношения к войне, идущей у северных границ Китая. Наконец, после неоднократных распоряжений из Пекина, на юге была собрана эскадра для действий против Японии. Эскадрой командовал престарелый адмирал Чжан Пей Лун. Однако вместо того, чтобы идти на помощь Тингу, адмирал Чжан отправился завоевывать Ликейские острова, которые японцы называли Рюкю.

В плавание из Фучжоу вышли шесть самых сильных крейсеров тамошнего флота: заказанные в начале 1880-х в Германии "Нань-Дин" и "Нан-Цзин" и построенные позднее на местных верфях по их образцу "Хуан-Таи", "Цы-Син", "Фу-Чжин", "Ян-Бао" и "Кан-Чи". Все эти корабли имели водоизмещение в 2,5 тысячи тонн, скорость в 15 узлов и были вооружены каждый двумя или тремя 8-дюймовыми и семью-восемью 4,7-дюймовыми орудиями. Кроме того в южную эскадру были включены меньшие корабли "Хуан-Таи", "Хын-Хай" и "Фу-Чжоу". "Хуан" и "Хын" имели по два 6-дюймовых и пять 4,7-дюймовых орудия, "Фу-Чжоу" же был кабельным судном - китайцы планировали проложить на Ликеи собственную телеграфную линию. Наконец, было зафрахтовано пять пароходов для перевозки отряда войск 'нового строя'.