Чтение онлайн

Аборигены умирали каждый день. Десятками, а то и больше. А к концу стройки их почти не осталось. Впрочем, похоже, что так и было задумано!

Запомнилось Курту еще одно событие. Спустя неделю после гибели базы в лагере завоевателей приземлился летательный аппарат. Из него синие солдаты вытащили нескольких истерзанных пытками тевтонов в лохмотьях, оставшихся от мундиров. Судя по цвету ткани, один из них оказался офицером, остальные – рядовые. Скорее всего это были уцелевшие защитники какого-то форта. Несчастных поставили на колени, а потом кто-то в черном мундире мечом снес головы пленным, причем каждый особо удачный удар синемундирники встречали громкими криками и аплодисментами. Закончив казнь, одетый в черное палач удалился, поклонившись на прощание…

Было еще одно событие, также запавшее в душу Вальдхайму. В один из дней, когда строительство уже близилось к концу, по Небесной Нити на землю спустилась кабина орбитального лифта, из которого в сопровождении множества охранников, одетых в черные мундиры (такие же, как у чужака, убившего пленных тевтонов), появился невысокий мужчина, облаченный в длиннополое одеяние с очень широкими рукавами, края которых касались земли. Судя по оказываемому приезжему почету, это был высокопоставленный господин. Через два дня он улетел…

Выпив уже остывший настой, Курт еще раз пробежался по данным, копируемым на памятный кристалл раухера [18] люгера, затем проверил напоследок охранные системы бункера и улегся спать. У него имелось уже достаточно информации о чужаках, и теперь ее было жизненно важно доставить на Новую Тевтонию…

Утро началось необычно. Прежде всего, Вальдхайм проснулся от того, что сработала сигнализация: кто-то вошел в периметр, контролируемый датчиками. И не просто вошел – там, где побывал неизвестный, оповещатели отключались! Причем наглухо. Создавалось полное ощущение того, что их уничтожают. Чужаки?!

Парень торопливо облачился в привычный маскировочный доспех, ругая себя за то, что затянул с возвращением на Новую Тевтонию. Теперь важные сведения, собранные ценой стольких тевтонских жизней, так и погибнут, и грош им цена! Мельком бросил взгляд на выкрашенный в алый цвет рубильник системы самоликвидации убежища. Если это чужаки, он будет драться до последнего, а потом замкнет механизм системы самоуничтожения. Она не электрическая, так что вуку-вуку, если тот окажется среди врагов, захватчикам не поможет…

Тяжелая «крысобойка» удобно легла в армированную чешуйками металлопласта перчатку. Курт осторожно прильнул к окулярам обычного оптического перископа, обозревая окрестности бункера. Мгновенно отшатнулся назад, схватившись за рукоятку тесака, потом опомнился и вновь заглянул в перископ – прямо напротив тщательно замаскированного люка сидел абориген. Очень старый. Очень худой. И этот чернокожий шрехт был самым настоящим вуку-вуку. Впрочем, худоба его объяснялась легко: поглощение электричества требовало колоссальных затрат биологической энергии. Но не это поразило тевтона.

Самое странное было в другом. Вуку-вуку не просто сидел и смотрел на раскрывшиеся в булыжнике линзы смотрового прибора. В руках негер держал щит, на котором вместо привычной глазу очередной уродливой рожи была надпись на родном языке Вальдхайма. Курт еще раз взглянул в перископ – да, ему это не мерещится. Ассегай аборигена аккуратно положен на землю, чуть поодаль. До него сразу не дотянуться, если что. Другого оружия у чернокожего нет. Да и датчики начали потихоньку включаться по мере заряжания энергией от конденсаторов. Может, колдун хочет поговорить? Но как? Ладно. Посмотрим.

Датчики показывают, что вокруг, кроме негера, больше никого. И поскольку оповещатели вновь работоспособны, невидимок тоже нет. Впрочем, насколько Курт понял, вуку-вуку чужакам враги… Дверца в массивном камне распахнулась, и гауптман шагнул наружу, держа чернокожего под прицелом. При виде появившегося из толщи базальта закованного в броню тевтона абориген не пошевелился, только на усталом морщинистом лице появилось облегчение. Не отходя от проема, Курт повел стволом автомата в сторону гостя:

– Ты хотел поговорить? Выкладывай, с чем пришел.

К его безмерному удивлению, вуку-вуку ответил на языке людей:

– Здравствуй, бледный демон.

– И тебе привет… Колдун…

– Я пришел к тебе, бледный демон, потому что ты и твои соплеменники – зло. Но вы – меньшее зло, чем остроухие демоны.

– Как это – «меньшее зло»? – насторожился Курт.

Происходящее нравилось ему все меньше и меньше. Но абориген, по-видимому, понял, что творится в душе тевтона и, чуть прикрыв глаза, сглотнул. Помедлив, Вальдхайм снял с пояса флягу, бросил вуку-вуку. Тот перехватил сосуд на лету, открыл, жадно сделал глоток воды, затем кивнул:

– Благодарю тебя, бледный демон… Я очень долго шел сюда, а осталось мне немного. Жизни. Но то, ради чего я пришел, поможет тебе и твоим людям…

– Моим людям?!

– Тем, кто живет на твоем мире.

– Откуда ты…

– Оттуда, где узнал и твой язык. Но, прошу, помолчи. Мне нужно тебе многое рассказать. А времени почти нет…

Внимательней всмотревшись в негера, Курт понял, что тот говорит правду – шрехт был на грани смерти. Иссохшая грудь почти не поднималась, а под седыми курчавыми волосами выступили капли кровавого пота.

– Ты отравлен?

– Нет. Но – молчи. Хотя бы из уважения к умирающему выслушай слова последнего вуку-вуку Фобоса…

Торопливый глоток воды, и вновь полились слова:

– Они называют себя – фэллы. Или йон. Это остроухие демоны. Появились они в нашем мире пять лет назад. Тогда они назвали себя друзьями, помогли с оружием для борьбы против вас. И мы обрадовались им, как союзникам в борьбе с вами. Но нас жестоко обманули. Очень жестоко! Вначале пришельцы подчинили себе наших вождей. Мы – мирный народ. И если с вами мы как-то уживались, то когда появились демоны с острыми ушами, мы впервые начали воевать, даже не задумываясь о причинах этой войны. Теперь-то я понимаю, что нас заставили сделать это их колдуны. Но – к делу…