Террорист
Шрифт:
Пример номер два. Собственно кино нет, а есть две анимашки, опять же, одна под другой, но теперь их разделяет серебристый трубопровод.
На первой – два вождя: один в пожарной каске и с большой трубой в руках, а второй протягивает ему лукошко с пирогами, сырами и прочими вкусностями и просит (зеленая выноска): «Махнем не глядя?»
На второй: первый вождь вертит трубой у виска и кричит (темно-коричневая выноска): «Ты что, Батька, совсем сдурел? Мы тут всю страну годами приучаем жрать китайское г…но, все магазины им забили – народ уже вроде привык, притерпелся, а ты нам суешь свои качественные, вкусные и дешевые натуральные продукты?! Да ты просто саботажник, Батька!!!»
Музыкальный фон: рефрен из песни «Быдло» группы «Гнусные Годы»: «Мы всей страною жрем г…но, нам очень нравится оно!!!»
Ну вот, примерно в таком аспекте. В общем, за редким исключением, ролики выходят толковые и талантливые, людям нравится. Злые «сурки» обычно удаляют их отовсюду, куда могут дотянуться, но вы же знаете, как это бывает: если ролик скачали хотя бы несколько неравнодушных людей, они потом будут плодиться в Сети как тараканы (ролики, а не люди! Или люди тоже? Не знаю, в общем – сейчас я говорю о роликах), – непредсказуемо и массово.
– Лен, не газуй, – попросил я. – Есть ведь и хорошие новости.
– Это какие? – подозрительно уточнила Ленка.
– Теперь мы сможем без проблем взорвать все три клуба «Самообороны». Причем не просто «бахнуть», а буквально сровнять с лицом земли.
– Ну, хоть на этом спасибо, – пробурчала Ленка – и ее лицо слегка разгладилось. – С паршивого бомбиста хоть тротила кусок…
Без двадцати одиннадцать получили «смс» с координатами «шлюза». Некоторое время потратили на возню с картой: как обычно, никаких комментариев по расположению не прилагалось, хотя по логике понятно, что это где-то поблизости от точки ожидания.
Вычислив направление, неспешно покатили к «шлюзу».
В этот раз в качестве «шлюза» выбрали стоянку у рынка имени Хомейни. К моменту нашего прибытия все уже были там: автобус с зашторенными окнами, рядом знакомые машины, Третий и Пятый на улице – «привет-привет», вошли, внутри – Седой, Филин, Седьмой и Второй.
Седой мирно пил чай из термоса, остальные изучали какую-то схему на ватмане.
– Здравствуйте.
– Угу. Привет.
Нет радушия в наших отношениях. Мы не любим друг друга. Таких людей нельзя любить. Мы просто работаем вместе.
Как всегда, задачи давным-давно раздали всем, кроме нас.
Нас озадачивают в последнюю очередь.
– Объект – Вячеслав Псякревский, – сообщил Седой. – Есть необходимость в дополнительном информобеспечении по объекту?
Мы с Федей переглянулись и синхронно мотнули головами – нет, по этому типу нас просвещать не надо.
Вячеслав Псякревский – последний из «тройняшек»-саботажников по проекту «Возвращение». Третий по значимости, третий по счету. Первых двоих мы исполнили. Это были не только первые двое в «Возвращении», но и первые наши, мы именно с них начинали свое служение «Русскому Проекту». То есть, как это ни странно звучит, но – первые дважды. Так что мы про этих типов все знаем – учили, как говорится, и дополнительного информобеспечения нам не нужно.
– Работаем в студии телекомпании «Перегазовка». У нас сегодня только съемки, «исполнять» никого не будем. – Седой выдал нам тексты. – Вот ваши выступления. Времени будет достаточно, тут немного, почитаете…
Выдав тексты, Седой поставил задачу. Мы выслушали, вникли и заинтересовались. Это было нечто новое и необычное – у Ленки даже настроение поднялось.
Пока Седой ставил Ленке задачи по организации съемки, мы с Федей переодевались в «партикулярное платье»: специально для нас привезли представительные костюмы, туфли, галстуки и даже мелочи – заколки, запонки и носовые платки. Впрочем, последнее было вполне актуально: я, например, своим платком частенько револьвер протираю, так что, сами понимаете, в нагрудный кармашек пиджака его воткнуть нельзя.
Переоделись, полюбовались на себя в зеркало (сняли верхнее автобусное – нормальное зеркало почему-то привезти никто не догадался).
Да уж… Давненько я не был похож на приличного человека.
– Ого! – удивилась Ленка. – Да вы у меня просто красавцы!
А у меня от этой похвалы щемяще заныло в груди…
Да нет, ни фига мы не красавцы.
Мы – трупы. Одевать нас в цивильное платье – это примерно то же самое, что подразнить приговоренного к высшей мере: вывести его на последнюю прогулку перед казнью, накормить приличным обедом и дать подышать свежим воздухом…
– Ну все, красавцы, – резюмировал Седой, придирчиво осмотрев нас со всех сторон. – Сдали оружие – и пошли на посадку.
Сдали и пошли, но не сразу. В связи со сдачей возник вопрос по деталям. В задачах было сказано, что на последнем этапе придется демонстрировать оружие, а также готовность его применения.
– Не волнуйтесь, все будет, – пообещал Седой. – Поехали…
Мы покинули автобус, сели в машину Филина и покатили на улицу Академика Валетова, в студию телекомпании «Перегазовка», на передачу «Грызня у коновязи». Передача весьма популярная, но на всякий случай напомню: ведущий – Владимир Луциниевский, а суть в том, что двое грызунов выходят к коновязи и начинают разносить друг друга в хвост и в гриву (отсюда, наверное, и название передачи). Ведущий – умелый провокатор, всячески подзуживает дискутирующих, кроме того, каждая сторона имеет возможность в любой момент вызвать «защиту» – помощников, которые сидят неподалеку и ждут команды «фас». В общем, нескучная такая передачка, там регулярно бывают потасовки, а большие люди у коновязи порой в запальчивости говорят такие вещи, за которые им потом полжизни приходится оправдываться.
Прибыли на Валетова, 12, мы втроем зашли – Ленка, Федя и я, остальные уехали за угол. У проходной нас ждал Олег Самойлов со списком, который он тотчас же предъявил охране. Нас прогнали через «рамку», дополнительно прозвонили металлообнаружителями, поставили отметку в журнале и впустили.
Да, правильно сдали стволы – как-то у них тут все сурово.
Если кто запамятовал, я представлю: Олег Самойлов – Ленкин однокурсник и коллега, стрингер, работает в основном на врагов (западные СМИ). С некоторых пор Олег сотрудничает с РПК. Ленка как-то привлекла его по просьбе Седого – для дубляжа, познакомила, и теперь они работают напрямую, мимо нас. Однако Седой держит стрингера на дистанции и категорически запретил давать ему наши координаты. Впрочем, мог бы, наверное, про это и не упоминать: наши координаты священны, их нельзя сообщать никому, даже нашим близким родственникам. Аминь.
Олег провел нас по длинному коридору в небольшой холл и усадил на весьма затрапезного вида скамейку, а сам вошел в дверь расположенного неподалеку кабинета со словами: «Ну че, мы сегодня бум снимать кино или ну его в ж…?» В общем, сразу было понятно, что он здесь свой в доску и знаком с кучей нужных людей.
Пока сидели, Ленка нас просветила:
– Снимаем с трех камер: я, Олег и штатный оператор. Это один из друзей Олега, дубль записи потом передаст. Я вам его покажу, постарайтесь по мере возможности быть у него в фокусе, когда выйдете «работать».