Чтение онлайн

— Татьяна Воронина. Гарри вам о ней говорил?

— Та самая девочка из Друмора, которую взял в семью Масловский. Что с ней?

— Сейчас она в Париже, дает серию концертов. Дело в том, что она как приемная дочь Масловского имеет колоссальные возможности улизнуть за кордон, поэтому представляет для КГБ постоянный риск. Я подумал, а не поехать ли вам на встречу с ней? Есть прямой самолет из Дублина в Париж, летает каждый вечер.

— Да что я, к чертям вонючим, там должен делать? Заставить ее эмигрировать?

— Не исключено. Когда она узнает всю правду, Бог весть как ей захочется поступить. По крайней мере встретиться с нею надо, Лайам. Ей от этого хуже не будет.

— Ну, хорошо… А почему бы и нет? Пара глотков французского воздуха мне не повредит.

— Я так и думал. Обратитесь в справочное бюро «Эр Франс», на ваше имя будет забронировано место. В аэропорту имени де Голля вас встретят. Кто-нибудь из наших парней в Париже. Скорее всего Тони Хантер. Он обо всем позаботится.

— Да я в этом и не сомневаюсь.

Девлин быстро упаковал чемодан. Внутри все пело. Он себя чувствовал так, будто впервые надевает окопную шинель. Телефон вновь заверещал. На этот раз звонил Мак-Гиннес.

— Плохо дело. Что конкретно произошло?

Девлин рассказал ему все подробности. Когда закончил, Мак-Гиннес взорвался.

— Так он на самом деле существует, этот ублюдок?

— Выходит, да. Но вас сейчас должно в большей степени волновать то, как Кухулин узнал, что Левин сюда едет. Единственный человек, способный его узнать…

— Почему вы говорите это именно мне?

— Фергюсон считает, что утечка произошла с вашей стороны.

— Е… я хотел вашего Фергюсона.

— Я бы этого не посоветовал, Мартин. Послушайте, мне надо идти. Я должен успеть на самолет до Парижа.

— Какого черта?

— Ради женщины по имени Татьяна Воронина. Теперь лишь она способна узнать Кухулина в лицо. Я с вами свяжусь.

Когда Девлин заканчивал упаковывать чемодан, раздался стук в стеклянную дверь. Вошел Гарри Кассейн.

— Прости, Гарри, мне нужно лететь.

— Куда это вы собрались?

— В Париж. — Девлин ухмыльнулся. — Шампанское, веселые женщины, великолепная еда. Вы никогда не думали, Гарри, что выбрали не ту профессию?

Дверь за ним хлопнула. Кассейн слышал, как заработал двигатель автомобиля. Вернулся к себе. Поднялся на чердак, где было спрятано подслушивающее оборудование. Быстро перемотал пленку и стал слушать разговоры Левина за тот день, пока его самого не было. Информация оказалась очень существенной, но уж слишком запоздалой. Кассейн про себя выругался, спустился вниз к телефону и снова набрал номер Павла Черного.

Одеваясь к вечерней проповеди в ризнице деревенской церкви, Кассейн рассматривал себя в зеркало, как актер, готовящийся к выходу на сцену. Кто же я такой, думал Кассейн. Кухулин — безжалостный убийца, или Гарри Кассейн — служитель церкви? Михаил Келли не вписывался ни в то, ни в другое. От него осталось только эхо, полузабытый сон.

За двадцать с лишним лет он прожил тысячу жизней, но ни одна из них не стала главной. Он просто исполнял роли по заранее написанному кем-то сценарию, а потом о них забывал.

Кассейн надел епитрахиль и прошептал своему второму «я» в зеркале:

— Я в доме Господа, и я его слуга.

Повернулся и вышел из ризницы.

В аэропорту имени Шарля де Голля у таможенного выхода стоял Тони Хантер — высокий, с покатыми плечами, лет сорока, мягкие каштановые волосы давно не стрижены, костюм заждался утюга. Тони курил сигарету, читал «Пари Суар» и поглядывал на выход из таможни. Наконец там появился Лайам Девлин. На нем были свободного покроя плащ и черная фетровая шляпа. В руке Лайам держал портфель.

Хантер, получивший фотографию и описание Девлина по телеграфу, двинулся ему навстречу.

— Профессор Девлин? Я Тони Хантер. У меня здесь машина.

Вместе они пошли к выходу.

— Приятный полет?

— Лучше не бывает… Тысячу лет назад я летел из Германии в Ирландию на бомбардировщике «Дорнье». Тогда я воевал на стороне противников Англии. Выпрыгнул с парашютом на высоте шесть тысяч футов. Так до сих пор и не пойму, как это у меня получилось.

Они подошли к машине Хантера. Открывая дверцу, Тони предложил:

— Можете остановиться на ночь у меня. Квартира на авеню Фош.

— Неплохо устроился, сынок. Я не предполагал, что Фергюсон разбрасывается золотом.

— Вы хорошо знаете Париж?

— Можно и так сказать.

— Квартира не служебная, моя. Отец в прошлом году умер. Оставил приличное состояние.

— Как наша девушка? Живет в советском посольстве?

— Да Бог с вами, нет же. У нее номер в отеле «Рид». Она сейчас знаменитость, понимаете меня. Великолепная исполнительница. Вчера я был на ее концерте, она играла что-то из Моцарта. Просто превосходно.

— Говорят, она не стеснена в своих действиях?

— Дочь генерала КГБ Масловского — о чем говорить. Сегодня утром я сам за ней следил. Она погуляла в Люксембургском саду, потом позавтракала на одной из барж на Сене. Насколько мне известно, на завтра у нее запланирована репетиция с оркестром в Консерватории.

— Значит, для контакта остается не так много времени, да?

— Наверное. — Они уже ехали по Парижу, мимо Северного вокзала. — С другим утренним самолетом должен прибыть нарочный из Лондона с пакетом документов, подготовленных Фергюсоном. Ну там поддельный паспорт и прочее…