Чтение онлайн

– Ожидающий заката мира, – эхом отозвался Романцев, переведя процитированное Стоуном латинское выражение. – Так, кажется…

– Правильно, – кивнул Стоун. – Но даже этого самого «заката» вы не в силах дождаться. Вы так устали от собственных пророчеств и так возненавидели современный миропорядок, что готовы уже подставиться под любую смертельную опасность, лишь бы только не дожидаться предсказываемого вами «конца света»…

– Что же мне делать? – мрачно спросил Романцев. – Как дальше жить?

– Бороться, – ответил Стоун. – Исправлять собственные и чужие ошибки. Кто, кроме нас, этим займется? Нужно активно участвовать в нынешних боях без правил! И при этом стараться не растерять свое человеческое достоинство…

Романцев, когда этот эпизод неожиданно всплыл из самых глубин его подсознания, был удивлен. Ведь это пока единственное воспоминание о тех злополучных событиях трехлетней давности, что были кем-то стерты из его памяти, теперь было пережито им как бы заново…

Он был бы еще больше удивлен, если бы узнал, о чем сейчас разговаривают Лариса Сергеевна и прибывший недавно на объект Карпинский.

– Лариса, ты знаешь, какую ставку я намерен сделать на этого человека, – сказал Стоун. – Твои технологии, конечно, позволяют творить чудеса…

– Вы хотите, Игорь Юрьевич, чтобы все проходило по более жесткому сценарию?

– Я просто хочу быть до конца в нем уверенным. Тебе тоже не помешает знать, с кем придется в дальнейшем иметь дело… Ты специалист, Лариса, тебе и карты в руки! И не забывайте о мерах безопасности, потому что вас могут пробить в любой момент…

Специально оборудованный «Боинг-737», выделенный для нужд помощника президента по национальной безопасности и его команды, приземлился в начале девятого утра на бетонную полосу авиабазы «Эдвардс», что находится в пригороде Лос-Анджелеса Полмдейл. Двигатели лайнера еще работали, когда Спайк и трое его сотрудников уже забирались в салон небольшого элегантного «Лирджет-24В», дожидавшегося их прибытия на соседней полосе.

Спустя сорок минут под крыльями серебристо-голубой «птички» проплывали ландшафты центральной Калифорнии. В иллюминаторы стали видны западные склоны гор Сьерра-Невада, поросшие густым сочным папоротником и деревьями хвойных пород. Оставив слева от себя автостраду, служившую границей Йосемитского национального парка, пилот плавно пошел на снижение. Спустя несколько секунд, перемахнув через двурядное проволочное заграждение, «Лирджет-24В» приземлился на скромных размеров площадке, которая располагалась уже внутри тщательно охраняемого пространства, на территории спецобъекта «Секвойя».

По правде говоря, на бывшей базе ПВО, где некогда находились батареи ЗУР [26] и Центр «траккинг контроля», не было ни одного большого дерева, но зато на них можно было вдоволь полюбоваться в мощный бинокль: владения Национального секвойного парка начинались милях в пяти от проволочного заграждения. Не было здесь и бывших хозяев, «пэвэошников», поскольку данный объект, подвергшийся качественной модернизации, был в свое время передан на баланс вновь созданного Агентства по безопасности высоких технологий, который нынче, в связи с острым кризисом, вошел как важная составляющая часть в глобальную структуру ГИОП – последней руководит лично президент Соединенных Штатов, хотя, вернее сказать, его функции в данном случае являются чисто представительскими.

Штабной комплекс упрятан в недрах пологого холма, внутри которого проложен настоящий лабиринт бетонированных тоннелей. Эндрю Сатер дожидался визитера из Вашингтона в малом операционном зале. Они обменялись крепкими рукопожатиями, после чего Сатер поинтересовался:

– Какие новости вы привезли из столицы, Энтони?

– О подробностях недавней авиакатастрофы, Эндрю, полагаю, вам уже все известно. В остальном ситуация остается прежней: Аваддон и его структуры наращивают давление, которому мы, по понятным причинам, сопротивляемся пока не слишком активно…

Эти двое людей были знакомы уже довольно значительное время. Хотя Сатер был моложе, да и пост, который он занимал, с расплывчатой формулировкой «ведущий специалист», был вроде не слишком видным, многоопытный Спайк относился к нему в высшей степени уважительно, не просто как к равному партнеру, а как к личности, которая кое в чем, пожалуй, превосходит его самого.

– Я получил любопытное донесение, – помолчав немного, сказал Спайк. – Оказывается, по инициативе Даркмена люди из его ведомства, а также по его запросу Налоговая служба и Секретная служба Минфина намерены провести расследование с целью выяснить личности основных держателей пакетов акций «новых компаний», активно захватывающих рынок «хай-тек».

– Мы уже приняли свои контрмеры. В частности, по тем компаниям, в отношении которых Даркмен и Ко пытаются осуществить тотальную проверку, о чем, Энтони, вы не преминули нас немедленно предупредить.

– По заданию президента эксперты сейчас пытаются подсчитать убытки на тот случай, если все же придется под давлением обстоятельств выполнить все условия Аваддона.

– Но мы же знаем, что Аваддон не остановится на этом, – пожал плечами Сатер. – Это только первый шаг в цепи его стратегических замыслов. Если он добьется своего, важный для нас сектор «хай-тек» будет уничтожен, остальное вольется в его собственные структуры, пополнив тем самым его и без того сврхмощный арсенал «средств принуждения».

– Я видел цифровые выкладки, которые были представлены президенту, – улыбнувшись краешком губ, сказал Спайк. – В том случае, если будет принято решение уничтожить новейший сектор «хай-тек», с последующей компенсацией убытков владельцам этого бизнеса из бюджета и специальных страховых фондов, только прямые затраты на эти цели составят от пятисот до шестисот миллиардов долларов.

– Цифры значительно занижены. Но какое, в сущности, это имеет значение? Понятно, что Аваддон, обеспокоенный темпами роста нашего потенциала, будет стремиться ослабить нас, фактически разоружить. Точно так же понятно, что такой расклад нас абсолютно не устраивает. Тем более что наши оппоненты, как показывает анализ стекающихся сюда свежих разведданных, в последнее время сильно укрепили свои позиции.