Тепло ли тебе, девица...
Шрифт:
И голос в этой синей мгле:
— Тепло ли тебе, девица?
А еще руки, поддерживавшие ее, и дыхание у самых ее губ.
Так странно и быстро это произошло, что Лена даже испугаться толком не успела. Это она что же, умерла? Или попала в другой мир? Лена тоже почитывала женские романы, знала, что с девушками иногда такое случается.
Но… почему голос так похож на голос того мажора, их сегодняшнего хозяина? Такой же снисходительно-насмешливый. Это что же, у него шутки такие, или решил что-то ей доказать? Вот еще, подумала она, не дождется.
И ответила, как положено в таких случаях:
— Тепло, Морозушко. Тепло, батюшка.
И прямо почувствовала его удивление, и почему-то странную радость.
— А так тепло? — спросил он глуше, как будто сам задохнулся.
Теперь голос подрагивал, а по поверхности воды над головой Лены побежали морозные узоры. Но он целовал ее и обнимал так нежно, удерживая в невесомости, его дыхание дарило ей жизнь. Наверное, потому Лене вдруг стало хорошо, а глаза сами собой закрылись от удовольствия.
— Тепло, Морозушко…
Ей показалось, она видит сон. И в этом сне они были вдвоем, и была страсть. И ведь вроде бы, ледяная вода кругом, а она будто горела огнем в его объятиях. Они горели. Оба.
— Тепло ли тебе, милая? — жарко прошептал он ей в губы. — Ответь, умоляю, Лена. Ответь, тепло ли тебе сейчас, со мной?
— Да, мне тепло. Мне… очень хорошо с тобой, Коля. Очень…
Это она так сказала? Вот этому мажору? Но все уже потеряло всякое значение, потому счастье взорвало мир на тысячи цветных искрящихся осколков.
— Да, милая! Да, милая! Да! — обнимал он ее и…
Куда-то нес?
— Все уже, все. Теперь мы вместе, ты со мной.
Голоса какие-то слышались Лене, речи странные.
— Отпусти ее! Ты! — это вроде Никита. — Так нечестно!
— Убрал руки. Лена трижды дала согласие. Она моя! — а это Коля.
Он уже Коля? Ну как бы да… Лена прижалась к нему теснее. И больше ей ничего уже не снилось, только чудесное ощущение любимого мужчины рядом. Как будто обещанное чудо свершилось.
Утром она проснулась с этим Колей в одной постели. Голая. И пока Лена ощупывала голову на предмет мыслей и приходила в себя от смущения, этот мажор заявил, что вчера она согласилась выйти за него замуж. При свидетелях.
Поскольку Лена мало что помнила, а Ядвига Марковна сказала, что такое бывает после новогодних корпоративов. И все доказательства ее легкомысленного поведения как бы налицо. То она…
Да. Она согласилась выйти за этого невозможного типа замуж. И совесть ее не мучила. Во-первых, сам напросился, вот сам пусть теперь и расхлебывает. А во-вторых, черт… Этот мужчина был так красив, что Лена сама себе завидовала.
И фамилия у него оказалась как раз-таки, не поверите, Мороз.
Ну… Что тут сказать… Скорым пирком да за свадебку.
На свадьбе у них, естественно, гулял весь Ленкин коллектив. А ее молодой красивый шеф напился вхлам. И пока жених с немым обожанием в глазах под дружный гомон зала зубами стаскивал кружевную подвязку с ножки невесты, Никита сидел в уголке и жаловался Ядвиге Марковне:
— Ну как? Где справедливость, Яга? Я за ней весь год… А он?! Пришел, увидел, побе… наследил?! Все же должно было быть понарошку, а он взял и женился! Нечестно!
— Тссс, тише ты, чего разорался, еще услышат. Ты вообще чем думал, когда самого Мороза вызывал на поединок? Да еще на его территории, а? Говорила я, что этот крутой маг тебе не по зубам!
— Что!? Да я сам потомственный колдун! И вообще, я самый молодой и красивый прекрасный принц в нашем регионе!
Добрая Яга с жалостью на него взглянула и выдала:
— Милый мой, фэнтези надо читать, любовные романы. Ты может и прекрасный принц, а он — властный герой.
Судя по тому, как сама Яга мечтательно вздохнула, посматривая в сторону Мороза, в смысле, счастливого жениха, выбор тут был очевиден.
Зато установилась традиция.
Теперь все так и ездили на к Лене и ее Морозу на Старый Новый год без приглашения.