Чтение онлайн

В этом мире, прежде всего, видны духовные прообразы всех вещей и существ, находящихся в физическом мире и в душевном мире. Представим себе картину, заключенную в духе художника прежде, чем он написал ее. Тогда мы имеем подобие того, что подразумевается под словом прообраз. Здесь безразлично, имел ли художник этот прообраз в голове до того, как начал писать, или же прообраз лишь постепенно возникает, по мере практической работы. В истинном «мире духа» подобные прообразы имеются для всех вещей, и физические предметы и существа суть лишь отображения этих прообразов.

Вполне естественно, если тот, кто доверяет лишь своим внешним чувствам, отрицает этот мир прообразов и утверждает, что прообразы суть лишь абстракции, которые сравнивающий разум получает от чувственных вещей, ибо он не может воспринимать в этом высшем мире, он знает мир мысли лишь в его призрачной абстракции. Он не знает, что видящий духовно так же точно близко знаком с духовными существами, как он сам со своей собакой или кошкой, и что мир прообразов имеет бесконечно большую интенсивность реальности, чем чувственно физический.

Правда, первый взгляд в эту «страну духов» действует еще более смущающе, чем взгляд в душевный мир. Ибо прообразы в своем истинном облике совершенно не похожи на свои чувственные отображения. Но так же несходны они и со своими тенями, с абстрактными мыслями.

В духовном мире все находится в постоянной подвижной деятельности, в непрестанном творчестве. Там нет покоя, остановки на одном месте, как они бывают в физическом мире. Ибо прообразы суть творческие существа. Они творцы всего того, что возникает в физическом и душевном мирах. Их формы быстро сменяются, и в каждом прообразе таится возможность принимать бесчисленные особые облики. Они как бы порождают из себя отдельные облики, и едва порожден один, как прообраз вновь стремится к тому, чтобы излить из себя следующий. И прообразы имеют между собой большее или меньшее родственное соотношение. Они не действуют обособленно. Для своего творчества один требует помощи другого. Часто неисчислимые прообразы действуют сообща для того, чтобы возникло то или иное существо в душевном или физическом мире.

Кроме того, что в этой «стране духов» может быть воспринято «духовным зрением», там находится еще нечто иное, что можно рассматривать как переживание «духовного слуха». А именно, как только «ясновидящий» поднимется из страны душ в страну духов, воспринимаемые им прообразы становятся также и звучащими. Это «звучание» — есть чисто духовное явление. Оно должно быть представлено без всякой примеси мысли о физическом звуке. Наблюдатель чувствует себя как бы в море звуков. И в этих звуках, в этом духовном звучании находят себе выражение существа духовного мира. В их созвучии, в их гармониях, ритмах и мелодиях запечатлены первозаконы их бытия, их взаимные соотношения и сродство. То, что в физическом мире рассудок воспринимает как закон, как идею, то для «духовного уха» является духовно-музыкальным. (Поэтому пифагорейцы называли такое восприятие духовною мира «музыкой сфер». Для обладающего «духовным ухом» эта «музыка сфер» не есть только нечто образное, аллегорическое, но хорошо знакомая духовная реальность.) Но только для того, чтобы получить понятие об этой «духовной музыке», нужно отбросить все представления о чувственной музыке, в том виде, как она воспринимается «материальным ухом». Ведь здесь дело идет о «духовном восприятии», следовательно, о таком, которое для «чувственного уха» должно оставаться немым. В последующих описаниях «страны духов» указания на эту «духовную музыку» выпущены ради простоты изложения. Надо лишь представить себе, что все, что будет описываться, как «образ», как нечто «светящееся», в то же время является и звучащими. Каждому цвету, каждому световому восприятию соответствует духовный звук, и каждому взаимодействию цветов соответствует гармония, мелодия и т. д.

Необходимо вполне усвоить себе, что там, где царит звучание, не прекращается и восприятие «духовного ока». Звук только присоединяется к свечению. Там, где в последующем говорится о «прообразах», надо мыслить также и «первозвуки». К этому присоединяются и иные восприятия, которые можно ради подобия обозначить как «духовный вкус» и т. д. Но здесь мы не станем вдаваться в обсуждение этих явлений, так как тут дело касается того, чтобы разбудить представление о «стране духов» посредством некоторых имеющихся в нас родов восприятия, извлеченных из целого.

Теперь, прежде всего, необходимо установить различие между разнообразными родами прообразов. И в «стране духов» для того, чтобы ориентироваться, также необходимо различать известное количество ступеней или областей. Как и в «стране душ», здесь не надо представлять себе отдельные области в виде пластов, лежащих один над другим, но как взаимно проникающие и пронизывающие друг друга. Первая область содержит в себе прообразы физического мира, поскольку он не одарен жизнью. Здесь мы находим прообразы минералов, далее прообразы растений, но лишь, поскольку они являются исключительно физическими, т. е. поскольку мы оставляем в стороне находящуюся в них жизнь. Здесь мы встречаемся также с физическими формами животных и людей. Этим не исчерпывается еще все, что находится в этой области, мы лишь поясняем самыми ближайшими примерами.

Эта область образует основной скелет «страны духов». Ее можно сравнить с твердой почвой нашей физической земли. Это есть масса материка «страны духов». Его отношение к физически телесному миру может быть описано лишь путем сравнения. Можно получить об этом представление, например, таким образом. Вообразим себе какое-нибудь ограниченное пространство, заполненное физическими телами самого разнообразного вида. Теперь представим себе, что эти физические тела исчезли, а на их месте полые области, имеющие их формы. Промежутки же между ними, бывшие ранее пустыми, представим себе заполненными разнообразнейшими формами, состоящими с прежними телами в различных соотношениях.

Нечто подобное является взору в низшей области мира прообразов. Вещи и существа, воплощенные в физическом мире, являются в ней как «полые области», а в промежуточных пространствах разыгрывается подвижная деятельность прообразов («духовной музыки»). При физических воплощениях эти полые области как бы заполняются физической материей. Тот, кто одновременно смотрит в пространство физическим и духовным оком, тот видит физические тела и в промежутках между ними подвижную деятельность творческих прообразов. Вторая область «страны духов» содержит в себе прообразы жизни. Но здесь эта жизнь представляет собой совершенное единство. Как текучий элемент, струятся она в стране духов, пульсируя повсюду, подобно крови. Ее можно сравнить с морями и водами физической земли. Однако распределение ее ближе подходит к распределению крови в животном теле, чем к распределению морей и рек. Текучая жизнь, образованная из материи мысли, — так можно было бы обозначить эту вторую ступень «страны духов». В этом элементе обретаются творческие первосилы всего, что в физической действительности возникает в виде живых существ. Здесь становится очевидным, что вся жизнь — есть единство, что жизнь в человеке родственна жизни всех его собратьев по творению.

Как третья область «страны духов» должны быть обозначены прообразы всего душевного. Здесь находят себя в гораздо более тонком и прозрачном элементе, чем в обеих первых областях. Пользуясь сравнением, его можно определить как воздушную сферу «страны духов». Все, что совершается в душах обоих других миров, находит здесь свое духовное подобие. Все ощущения, чувства, инстинкты, страсти и т. д. еще раз появляются здесь, в духовном виде. Атмосферические явления этой «воздушной сферы» соответствуют в других мирах страданиям и радостям творений. Как тихое дуновение, воспринимается здесь тоска человеческой души, как бурный вихрь — взрыв страсти. Тот, кто в состоянии воспринимать здесь, тот может услышать вздох каждого создания, если он направит к нему свое внимание. Временами, например, здесь можно видеть что-то вроде бурных гроз, со сверкающими молниями, с раскатами грома, и если углубиться дальше, в исследование этого, то мы увидим, что в этих «духовных грозах» выражаются страсти какой-нибудь битвы или сражения, происходящего на земле.

Прообразы четвертой области не имеют непосредственного отношения к другим мирам. Это в некотором роде существа, которые властвуют над прообразами трех нижних областей и способствуют их взаимодействию. Поэтому они заняты распределением и группировкой этих подчиненных прообразов. Поэтому из этой области исходит более всеобъемлющая деятельность, чем из нижних.

Пятая, шестая и седьмая области существенно отличаются от предыдущих. Ибо обитающие в них существа доставляют прообразам нижних областей побуждения к их деятельности. В них находятся творческие силы самих прообразов. Тот, кто может подняться до этих областей, знакомится с замыслами, которые заложены в основе нашего мира. Как живые, зародышевые зерна еще лежат здесь прообразы, готовые принять разнообразнейшие формы мысле-существ. Когда эти зародышевые зерна вводятся в нижние области, тогда они как бы начинают всходить и проявляются в самых различных обликах. Идеи, с помощью которых человеческий дух творчески выступает в физическом мире, суть лишь отражения, тени этих зародыше-мысле-существ высшего духовного мира. Наблюдатель, обладающий «духовным слухом», поднявшийся из нижних областей «страны духов» в эти верхние ее области, видит, как звучание и звуки превращаются в «духовный язык». Он начинает воспринимать «духовное слово», через которое вещи и существа уже в «словах», а не только в музыке, открывают ему свою природу. Они говорят ему, как называется это в «духоведении», свои «вечные имена».